В иракском Курдистане 25 сентября состоялся референдум по вопросу о независимости. Около четырёх миллионов жителей, имеющих иракские паспорта, выразили своё мнение насчет того, стоит ли им оставаться в составе Ирака или создать своё государство.
Сама постановка вопроса неоднозначна. Фактически курды - самый большой в мире народ, не имеющий собственной государственности, - впервые за сто лет смогли официально и законно высказаться по насущной проблеме, ведь после соглашения Сайкс-Пико 1916 года курды были разделены между Турцией, Ираком, Ираном и Сирией, а ранее попытки получения независимости жёстко пресекались.
Хотя в Уставе ООН говорится о праве народов на самоопределение, Генеральный секретарь организации Антониу Гутерреш отнесся к данному референдуму со скепсисом и просил отложить его проведение. Подобные просьбы поступили от администрации США и правительств ряда европейских стран. Хотя Вашингтон на протяжении тридцати лет активно поддерживал курдов в Ираке, в том числе поставками оружия, в данном вопросе Белый дом оказался на стороне Багдада. За этим решением видно не столько желание контролировать весь Ирак, что у США не получается, сколько отсутствие стратегического видения и приемлемых политических методов.
Несмотря на протест Багдада, а также соседних Турции и Ирана, референдум состоялся. По данным избирательной комиссии Курдистана, в нём приняли участие 72.16 % населения, из них 92,7 % сказали «да». Для Турции и Ирана результаты референдума являются поводом для беспокойства в отношении своих территорий, населенных курдами, однако подходы двух стран отличаются.
Тесные связи курдов с Ираном были установлены ещё при шахе, до исламской революции 1979 года. Позже Иран поддерживал курдов во время десятилетней ирако-иранской войны, активизировались контакты и в последнее время - в 2014 г. в связи с продвижением «Исламского государства» (организация запрещена в России) Тегеран стал больше взаимодействовать с иракскими курдами по линии безопасности. На данный момент иранско-иракская граница в районе Курдистана открыта, через неё продолжают идти автокараваны с нефтью.
Турция имеет больше поводов для беспокойства в связи с действиями Рабочей партии Курдистана на своей территории. Конечно, идеальный проект независимого Курдистана подразумевает объединение всех четырёх зон - Бакур, Машуд, Рожава и Рожилат (буквально: Север, Юг, Запад, Восток), т. е. турецкой, иракской, сирийской и иранской территорий, населённых курдами. Однако сегодня такие воображаемые проекты, как правило, далеки от практического воплощения.
Что касается Багдада, его беспокоит не только возможность окончательного отделения Курдистана, но и потери других земель, которые официально не входят в зону ответственности Курдского регионального правительства. Постановка вопроса на референдуме была такой, что в нём упоминалась не только официальная курдская автономия в составе Ирака, но и курдские территории за пределами этой зоны.
Сложность в том, что границы некоторых территорий до сих пор не определены и являются спорными. Курдская сторона утверждает, что при Саддаме Хусейне большое количество курдов было выселено с их мест исторического проживания. Особенно это касалось нефтеносных районов в окрестностях Киркука. На их место были переселены лояльные режиму арабы. Багдад ответил на это постановлением парламента об отправке в эти районы, где находятся отряды пешмерга, военной силы. Кроме того, Багдад дал трое суток на то, чтобы курды передали полный контроль над границей и аэропортами в Эрбиле и Сулеймании.
Правда, ввод войск на спорные территории нарушает статью 9 Конституции Ирака, где сказано, что "Вооруженные силы Ирака и силы безопасности не могут быть использованы против какой-либо части Ирака". Поэтому курды постановление иракского парламента не признают. В зоне Киркука сконцентрировано около 80 тысяч бойцов пешмерга, готовых противостоять Багдаду. По всей видимости, однако, никаких реальных действий против курдов предпринято не будет. Показательно, что, несмотря на серьезные риторические угрозы со стороны Турции, полёты в Курдистан из этой страны не отменены. Продолжают летать самолеты и из ряда европейских государств.
Кстати, в самом Курдистане считают, что ключевой игрок, который может поставить точку в решении вопроса о курдской независимости, это не США, а Иран. По крайней мере, так говорят инсайдерские источники из Эрбиля.
Однако в происходящем можно разглядеть не только тенденцию к распаду Ирака, но и возможность создания политического субъекта иного типа, а именно конфедерации. После демонтажа светской государственности страна была разорвана конфессиональными противоречиями. Если курды смогли выделиться и солидаризоваться на основе своей этнической идентичности, то арабское население было ввергнуто в войну по религиозному признаку. Поскольку США после оккупации при создании нового правительства сделали ставку на шиитов, это привело к дисбалансу и радикализации суннитов, в том числе к выступлениям «Аль-Каиды». В какой-то мере способствовало это и созданию ИГ, костяк которого составили офицеры-баасисты Саддама Хусейна. Больше всего в этой бойне пострадали арабы-христиане, а во время экспансии ИГ и йезиды - представители древнейшей религии, близкой к зороастризму.
При создании конфедерации возможно выделение суннитского и шиитского регионов. Ныне претензии курдов касаются не только постоянных задержек платежей за проданную нефть, но и банальных бюрократических проволочках, коррупции, а также проблем безопасности. Модель конфедерации могла бы стать решением не только для Ирака, но и послужить примером для других государств региона, которому присущи высокие уровни этнорелигиозного напряжения.
Разведывательно-аналитическая компания «Стратфор» ещё до проведения референдума отмечала роль России в перекраивании энергетической карты Ближнего Востока. Например, проект "Роснефти" в иракском Курдистане предусматривает годовую добычу 30 миллиардов кубических метров газа, создание новой инфраструктуры и её интеграцию в существующие трубопроводы. При этом часть топлива будет поставляться на местные заводы и распределительные участки, а другая транспортироваться в сторону Турции и далее в Европу. Соответственно, Анкара, испытывающая энергетический голод и давно потребляющая нефтяные ресурсы Курдистана (трубопровод Киркук - Джейхан с участком Так Так -Хурмала, введенным в 2013 г.) станет более лояльна к Эрбилю.
Ещё одна компания, ранее работавшая в Курдистане, это Pearl Petroleum Co. из ОАЭ. Есть договорённость, что часть активов этой компания будет использована для проекта, над которым работает «Роснефть». Такая связка может стать дополнительной гарантией стабильности региона.
