Президент России Владимир Путин 14-15 мая примет участие в международном форуме "Один пояс - один путь", который пройдет в Пекине. Фактически программа предполагает формат официального визита в КНР.
"Один пояс - один путь" - китайская инициатива, направленная на продвижение идеи нового Великого шелкового пути, призванного связать Евразию единым экономическим поясом. Для Китая данная идея, которая заключается в максимальном развитии сухопутных и морских связей Запада и Востока Евразии, важна стратегически. Свободный, с минимальными транспортными издержками доступ китайских товаров на рынки Европейского союза, а китайской экономики к необходимой ресурсной базе - едва ли не единственный способ, при помощи которого Пекин может сохранить устойчивое экономическое развитие, укрепить социальную стабильность и содействовать перезапуску мировой экономики.
Пекин накануне форума "Один пояс - один путь"
Существенное, коренное отличие Поднебесной от России заключается
в том, что Китай, отнявший у Европы и США звание "мировой фабрики",
критически нуждается в доступе на платежеспособные рынки. Предлагаемые
Россией для мирового рынка товары (создание объектов ядерной энергетики,
продукция ракетно-космических технологий, вооружение, специальная
техника, продовольствие и сырье) во многом эксклюзивны и в условиях
ограниченной конкуренции и неограниченной востребованности всегда
пользуются спросом. Китай же, производящий все для всех (от полотенец
и одежды до планшетов и автомобилей), нуждается в постоянном рынке
сбыта.
Поэтому системный кризис, в который вступила вестернизированная
глобальная экономика, задевает жизненные интересы Китая значительно
сильнее, чем России.
В условиях, когда платежеспособность традиционных потребителей китайской продукции в Европе и США падает, а проект создания миллиарда принадлежащих к среднему классу потребителей в Юго-Восточной Азии далек от реализации (в лучшем случае необходимо еще 10 тучных лет), снижение издержек ради сохранения уровня потребления выпускаемой продукции критически важно для китайской экономики.
При этом средние зарплаты в Китае устойчиво растут, и их снижение без подрыва социальной стабильности невозможно. Следовательно, снизить стоимость продукции за счет предельного удешевления рабочей силы, как это было на заре китайского экономического чуда, Пекин уже не может. Единственный способ добиться нужного эффекта - трансграничные транспортные коридоры, насквозь прорезающие Евразию.
В этом отношении интересы Пекина и Москвы совпадают. Совпадают хотя бы потому, что самые короткие, самые дешевые и самые надежные, с точки зрения обеспечения военной защиты, транспортные коридоры, связывающие Азиатско-Тихоокеанский регион с Европой, пролегают через территорию России или по принадлежащему России Северному морскому пути.
Грузовое судно в акватории Суэцкого канала. Архивное фото
Для Пекина крайне важно обеспечить свободу необходимых ему транспортных коридоров от американского контроля. Пока что это может гарантировать только Россия. Более того, развитие событий на Ближнем Востоке свидетельствует о том, что в ближайшие годы и южный путь, через Суэцкий канал, может оказаться под полным или частичным контролем Москвы. К тому же через Суэц, до которого надо еще добраться, удобно доставлять товары в Южную Европу и на Балканы, в то время как для доставки в Восточную, Центральную и Западную Европу удобнее российский континентальный транзит, а на север Европы (вплоть до Великобритании) быстрее и дешевле доставлять товары по Северному морскому пути.
В свою очередь, для России замыкание на нее большей части китайско-европейского транзита также должно сыграть роль важнейшего экономического стимула. Транзитные коридоры требуют создания и поддержания необходимой сложной инфраструктуры. Это не просто порты, трубопроводы, железные и шоссейные дороги (хоть и для них необходимы постоянные огромные объемы строительных материалов, металла и т.д.). Это еще и заправочные станции, мотели, гостиницы, кафе и вся сопутствующая инфраструктура. Это жилье для тех, кто будет все это обслуживать, школы и детские сады для их детей, стадионы, бассейны, театры, рестораны, торговые центры для решения проблем отдыха и быта.
В конечном итоге это новые города и поселки в той самой малонаселенной части страны за Уралом, куда давно не едут на комсомольские стройки и не многих манит "дальневосточный гектар". Это десятки тысяч рабочих мест. Это доходы бюджета от транзита. Это китайские и европейские инвестиции в развитие российской инфраструктуры в наиболее проблемных с этой точки зрения регионах. Это ремонтные предприятия, а также предприятия по производству сопутствующих товаров. К тому же это перенос производства ближе к потребителю (ради снижения издержек). То есть в Россию. Причем не только китайского производства. Европа ведь не только покупатель, но и продавец. И обратный поток товаров (из ЕС в Китай) тоже требует удешевления.
Самое главное - занятие центральной позиции в мировой системе торговли гарантирует политическое влияние. Все партнеры заинтересованы с тобой дружить. Да и товары традиционного российского экспорта за счет развития транспортной инфраструктуры получают доступ на новые рынки. Диверсификация потребителей обеспечивает стабильность для производителей. Тридцать восемь миллиардов кубометров газа, которые планируется ежегодно поставлять в Китай по газопроводу "Сила Сибири", в перспективе полностью компенсируют "Газпрому" потери из-за резко упавших (по причине уничтожения национальной промышленности) украинских закупок.
Сварка шва на церемонии соединения первого звена магистрального газопровода "Сила Сибири" на Намском тракте у села Ус Хатын. 2014 год
С точки зрения национальной безопасности, Китай так же заинтересован в прочном российском тыле, как Россия в прочном китайском. Москва пока достаточно осторожно реагирует на прозрачные намеки Пекина относительно желательности заключения обязывающего военно-политического пакта. Но реальное военное и военно-техническое сотрудничество ни у кого не оставляет сомнений в высоком уровне взаимодействия Китая и России в оборонной сфере. И это существенно помогает обеим странам в дискуссиях с нашими "западными партнерами".
В принципе, план де Голля о создании единой Европы от Атлантики до Урала, развернутый Путиным в план единой Евразии от Атлантики до Тихого океана, и план нового Великого шелкового пути, активно реализуемый Си Цзиньпином, - различные интерпретации одной и той же идеи, реализация которой сделает Евразийский континент центром мировой политики и экономики.
Так что программа у российского президента в КНР будет сложная и насыщенная. Несмотря на то что сотрудничество Москвы и Пекина началось далеко не вчера и развивается высоким темпом, на самом деле мы находимся только в самом начале большого и перспективного пути.
