Попросили дать короткий комментарий к интервью Геннадия Корбана.
Поскольку весь днепропетровский серпентарий я знаю чуть ли не изнутри и
поимённо, я поробую дать краткий анализ сказанного Корбаном.
Во-первых,
надо понимать, что Корбан - это правая рука Коломойского и озвучивает
он только те мысли, которые согласованы с шефом. Это Боря "вешать будем
потом" Филатов у нас вольный художник, который иногда морозит чудесное и
такое, что хоть синагогу проветривай, а Геннадий всё-таки птица другого
полёта: прошлая его жизнь научила его беречь и себя, и свои слова.
Поэтому
можно сказать, что если сделаны заявления столь хлёсткой природы -
значит таки в "Израиле на Днепре" что-то таки сдохло. Или, по крайней
мере, стало сильно подванивать.
Ну а теперь о том, что было сказано (за вычетом лирики, звонков телефона, оповещений Вайбера и прикуривания сигарет).
1.
Несколько областей Юго-Востока (по факту: Днепропетровская,
Запорожская, Одесская, запад Донецкой) были даны группе Коломойского в
окормление под обязательство зачистить там пророссийский протест.
При
этом группе "Приватбанка" была предложена, в общем-то, весьма
прозрачная сделка: вы удерживаете области от крена в сторону России, а
мы позволяем вам делать на вашей "феодальной вотчине" всё, что вы
захотите.
Области, понятное дело, передавались под крыло шефа Корбана
не все сразу: вначале туда, ещё в начале марта попал Днепропетровск
(помните знаменитое: "Путин - шизофреник?"), к апрелю к Днепропетровску
подтянули Запорожье ("300 запорожских спартанцев" на 12 апреля), а после
событий 2 мая в орбиту "феода" Коломойского включили и Одесскую
область.
Кроме того, в начале мая структуры Коломойского попытались
взять под свой контроль и запад Донецкой области, но тут уже дело
запахло большими жертвами, поскольку первые же стычки боевиков
Коломойского с реальными жителями Донбасса привели к кровавым и грязным
убийствам, как в день референдума в Красноармейске. Стало ясно: в
отличии от Одессы, где даже небольшая, но показательная кровь поставила
под контроль миллионный город - в случае Донбасса методы Коломойского не
сработали.
Именно так, в общем-то и надо рассматривать первую треть интервью Корбана. Бойцы вспоминали минувшие дни и битвы в которых сражались они.
Это отчёт о проделанной работе.
"Мы
играли на данный результат - мы его вам предоставили. И не надо нам
говорить теперь, что это не наше по нашему же праву. Это всё наше, и нет
сил, которые могут у нас это оспорить".
2. Вторая часть интервью Геннадия посвящена разбору того, что произошло на Донбассе.
И
тут мы внезапно видим в руках у Корбана книгу Владимира Корнилова
"Донецко-Криворожская республика: расстрелянная мечта". И заявления о
том, что на Донбассе, оказывается, люди сражаются за идею.
И что
похожая фронда, со сходными, вредоносными идеями, зреет у команды
Коломойского в их ближайшем тылу - на территории их собственного
Кривбасса.
И вот тут мы в первый раз видим выход Геннадия из
равновесия. На фоне казалось бы простых вопросов журналистки он теряет
самообладание и начинает бурно реагировать на весьма ожидаемые подколки.
Судя
по всему - именно упорное сопротивление донбасских республик в казалось
бы понятной и прогнозируемой для Корбана ситуации и бесит его больше
всего.
Опереточная война, которую "Приватбанк" начал ещё весной с
санкционированного из Киева захвата Днепропетровска и продолжившаяся в
Запорожье и в Одессе, забуксовала на Донбассе.
Корбан вынуждено
говорит о страшном: "Мы пока не зарабатываем на войне. Пока", он
пытается понять, почему "Захарченко не сдаётся" и уже со злостью
говорит, что "Киев не понимает, что тут творится на местах".
Слёзы
Корбана о "разбитых судьбах", в общем-то, достаточно крокодильи, но
понять его можно: после выполнения первой части сделки между Киевом и
Беней, внезапно выяснилось, что война идёт по настоящему, а на
форс-мажор никто не закладывался.
Это у нас разбор риск-менеджмента проекта и честное признание того, что риски были серьёзно недооценены.
Итогом
лета и осени 2014 года явилось то, что Днепропетровск оказался
передовым форпостом Киева в борьбе с Донбассом, неся при этом основную
ношу расходов и тягот военного времени, но ничего не получая взамен.
Выгодное
весеннее предприятие Бени оказалось весьма опасной авантюрой. Хотели
построить себе "украинский Сингапур", "Израиль-на-Днепре", а получилось
поучаствовать в гражданской войне, да ещё и реконструированной
практически полность по лекалам 100 летней давности.
3. Ну и, наконец, третья часть интервью Геннадия Корбана. Геополитическая.
Тут мы слышим сакраментальное "ни войны, ни мира". И выход из ситуации: "давайте уже или воевать - или мириться".
И вот тут важно понять, что говорит Корбан на самом деле.
Здесь
нет никакого раскаяния в содеянном. Нет никакого желания что-либо
отдать или уступить. Есть чёткая заявка: всё что наше - останется нашим.
Всё что ваше - решайте как-то сами.
Хотите - будем мириться. Не хотите - будем воевать.
Корбан
хорошо и внятно артикулирует ситуацию с "украинским хутором",
подчёркивая, что именно украинский хутор сейчас борется с российской
империей.
Забывая, правда, сказать при этом, что внутри этого хутора
по-прежнему стоит еврейская синагога, которая и строила все эти 25 лет
после развала СССР тот самый "украинский Сингапур". Правда, имеющий
очень мало общего с реальным, китайско-малайско-индусским Сингапуром,
который ещё и сохранил бывший имперский британский дух.
Строили свой
"Израиль-на-Днепре", густо замешанный на контрабанде, рэкете,
рейдерстве, спекуляциях землёй, грабительских кредитах и коррупции - и
совершенно не похожий на "Израиль-на-Иордане".
И эта третья часть интервью, в общем-то не что иное, как
Декларация о намерениях на будущее и предложение будущим партнёрам по закрытию сделки.
Да, будем договариваться с кем угодно. Если за нами оставят то, что мы считаем нашим по праву. Киев в посредники- не предлагать.
Да, будем воевать до последнего украинца. Можем и два года воевать, можем с кем угодно воевать, можем и без Киева.
Да, обидно получилось с "шизофреником". Но слов своих мы назад не берём. Ибо - хуцпа.
В общем, где-то так...
