«В конце войны, когда резервы Германии были исчерпаны и даже фольксштурм уже был отправлен на фронт, Гитлер изобрёл новый способ комплектования вермахта. Он "создавал" новые дивизии, корпуса и даже армии просто росчерком пера», - пишет политолог Ростислав Ищенко в статье «Метод Гитлера», опубликованной на сайте издания Украина.ру.
«Если командованию таких "соединений" везло, они получали в качестве "свежих дивизий", переименованные бригады, разгромленные в предыдущих боях.
Если не везло, то штабу новой "дивизии" просто подчиняли без всякой системы любые остатки любых частей, которые удавалось собрать после разгрома вермахта на очередном участке фронта. В отельных же случаях командир "свежей дивизии" так и оставался в одиночестве, не имея не только подчинённых частей, но даже штаба», - напомнил эксперт.
«Потом Гитлер, с марта 1945 года переехавший в бункер под рейхсканцелярией, удивлял своих генералов, обрушивая на них номера, лишь на бумаге "созданных" дивизий и требуя с помощью этих, виртуальных, соединений не только дыры во фронте затыкать, но даже наступать. Так, например, вместе с пресловутой 12-й армией генерала танковых войск Вальтера Венка, наносившей контрудар с Юго-Запада, спасать Берлин, наступая с Севера, должна была армейская группа обергруппенфюрера СС и генерала войск СС Феликса Штайнера. Однако, когда Штайнер прибыл в расположение вверенных ему войск для организации наступления, он выяснил, что пять подчинённых ему гренадёрских дивизий по численности в лучшем случае равны полкам и не располагают никакой техникой, мощнее пулемётов и ручных гранат. Штайнер так и не начал наступление», - пишет Ростислав Ищенко.
«За месяц до этих событий тот же Штайнер, назначенный командующим 11-й армией, должен был нанести удар из Померании во фланг советским войскам, наступавшим на Берлин. Но и тогда выяснилось, что имея около десяти тысяч солдат разбитых ранее дивизий и пару десятков танков практически уничтоженного танкового корпуса, он должен был наступать против стотысячной группировки советских войск, располагавшей мощной артиллерией, сотнями танков и авиационной поддержкой. Естественно наступление провалилось.
Даже если подобные дивизии, создававшиеся Гитлером в конце войны, удавалось укомплектовать личным составом и техникой, они гибли в первом же бою, - напомнил политолог. - В принципе, военные давно, ещё до нашей эры, пришли к выводу, что пополнения гораздо эффективнее использовать для восстановления боеспособности старых формирований, чем для создания новых с нуля. Если же вам удаётся набрать больше людей, чем необходимо для пополнения старых формирований до штатной численности, новые лучше создавать не целиком из новобранцев, а путём раздела старых и слияния новобранцев с опытными кадрами. Такой подход значительно сокращает срок боевого слаживания, повышает боеспособность и боевую устойчивость войск».
«Кроме того, - продолжил он, - необходимо иметь в виду, что уже с конца XIX века боеспособность соединений всё больше зависит от частей усиления и огневой поддержки, чем от линейных частей. То есть, если у вас нет техники для формирования артиллерийских полков, сапёрных, понтонных и разведывательных батальонов и прочих частей дивизионного подчинения, то у вас нет дивизии, а есть просто несколько тысяч пехоты, объединённых общим командованием. Эти несколько тысяч не могут выполнить задачу дивизии ни в обороне, ни в наступлении.
Сформированные в начале войны советские дивизии народного ополчения, по вооружению и обеспечению также были лишь очень большими батальонами и понесли огромные потери. Их существование было оправдано задачей – задержать врага до формирования и подхода из тыловых районов к фронту нормальных регулярных частей. Как только эта задача была выполнена, дивизии народного ополчения были отведены в тыл и переформированы в обычные стрелковые дивизии».
«Также характерно принятое советским командованием в конце 1941 года решение по понижению уровня соединения танковых войск с механизированного корпуса до танковой бригады. Решение это было вынужденным – в результате огромных потерь в технике нечем было комплектовать корпусные части обеспечения и огневой поддержки, а без них сведённые вместе три-четыре танковые бригады – одна большая бригада, но не корпус и задачу корпуса выполнить такое соединение не может. Как только появилась возможность в 1942 году, были сформированы новые танковые и механизированные корпуса и даже танковые армии (ещё более высокий уровень объединения, предназначенный для решения стратегических задач в качестве главной ударной силы фронтов).
В общем, целесообразно формировать то количество соединений и объединений, которое вы способны укомплектовать в соответствии со штатами. Если же вам необходимо использовать недоукомплектованные и/или недообученные соединения, то их более низкий уровень боевой подготовки и устойчивости должен читаться уже в названии, а само их использование не может быть продолжительным и фактически должно быть ориентировано на выигрыш времени, необходимого для замены их на фронте укомплектованными по штату и полноценно обученными частями», - пишет политолог.
«Всё это прекрасно понимал главком ВСУ генерал Александр Сырский. Поэтому он обеспечивал рост уровня штабов мотивированных нацистских частей в ВСУ, превращая их из батальонов в полки, затем развёртывая полки в бригады, а бригады в корпуса. Таким образом, Сырский наращивал новое мясо на старые кости, обеспечивая передачу приобретённого боевого опыта новым пополнениям.
Однако в среду (24 июня) Сырский сообщил, что ВСУ, в связи с возникновением и ростом угрозы на новых направлениях, планирует создать десятки новых бригад. Совсем недавно тот же Сырский жаловался на некомплект фронтовых частей ВСУ в 200-300 тысяч человек. То есть у него не хватает людей для приведения к штатной численности уже существующих соединений. На хроническую нехватку техники в воющих бригадах ВСУ жалуются с окончания наступления Залужного в 2023 году Следовательно, создать новые бригады в соответствии с требованиями классической военной науки. Он создаёт типичные соединения для выигрыша времени. Но что он собирается выиграть?» - задаётся вопросом автор статьи.
«Украина находится в том же положении, что Гитлер в 1945 году. Из собственных ресурсов – только карандаш и бумага, для написания приказов о создании новых ("бумажных") дивизий (бригад) + можно наловить какое-то количество неподготовленных новобранцев, основная масса которых погибнет в первом же бою. У Сырского действительно есть два горящих направления (Сумы и Харьков), где у него не осталось войск для сдерживания российского продвижения. Вскоре у него будет гореть весь фронт (от Одессы, до Чернигова)», - не сомневается политолог.
«Гитлер надеялся на распри между союзниками, Зеленский надеется на вступление НАТО в войну на его стороне, - отметил автор статьи. - Ради этой надежды оба готовы воевать до последнего своего подданного. Но, как свидетельствует опыт Гитлера, ускоренное сжигание пушечного мяса в составе псевдосоединений лишь дезориентирует собственный командный состав, не всегда чётко представляющий, что за громкими названиями новых соединений и объединений на деле стоят неорганизованные и плохо вооружённые толпы, не способные к ведению боевых действий. Даже собственных союзников такими трюками в заблуждение ввести не удастся. Не случайно же поляки вдруг "увидели" на Украине нацистов».
«Это состояние агонии, когда для продления жизни режима на часы, уничтожаются будущие поколения, гитлеровские нацисты называли "за пять минут до двенадцати". Они уверяли всех (и себя, и других), что "за пять минут до двенадцати" победят, но в результате, уничтожив дополнительно к уже погибшим несколько сотен тысяч немецких мужчин, самоубились. Зеленский и его банда самоубиваться не планируют – они рассчитывают сорвать неплохой куш, на каждой дополнительно отправленной на убой чубатой голове, а потом на "заработанное непосильным трудом" жить припеваючи на Западе.
Их ждёт гигантское разочарование. Но тем, кто погибнет из-за их глупости и амбиций "за пять минут до двенадцати" легче от этого не станет», - заключил Ростислав Ищенко.
