Бытие, глава шестая, стих 14-й: «Сотвори́ ýбо себѣ́ ковчéгъ от дрéвъ [негнiю́щихъ] четвероугóлныхъ».
В дошедшем до нас не исправленном, подлинном тексте Ветхого Завета, в котором Бог дает наставление Ною из чего и как строить Ковчег Спасения, на первый план выходит значение сборной конструкции кивота, в которой каждый из элементов строго ориентирован на четыре стороны подобно Кресту. То есть – Ковчег Ноя это, прежде всего, Собор. Собор тех, кто имеет на себе Крест.
Сотвори себе «собор» из древ «крестных» в нём же твое спасение. Таким образом, Ковчег Ноя стал и сборной конструкцией, и символом церковного Собора членов Церкви. И, очень важная черта, хотя он и был собран, Ковчег не был сконструирован…
Идея, что Спасение есть Таинство, осуществляемое в материальном мiре, была высказана в повелении Господом «сотвори некоторую вещь». И если посмотреть какова эта вещь и чему она послужила (в жизни Ноя спасению в воде), то увидим и Таинство. В данном случае – Крещение, «баптисма» (погружение).
Как Христос в воскресении вывел души праведников из бездны ада, символом которой была вода, так и Ной был спасён в водном Потопе посредством Ковчега.
То есть спасение в Ковчеге знáменует спасение в Таинстве погружения в воду, Таинстве Крещения. А древо ковчега – это собор древ крестных.
Апостол Петр в своем первом послании (3:21) открывает нам: «Так и нас ныне подобное сему образу крещение, … спасает Воскресением Иисуса Христа».
Итак, Ною поручена работа сплотить собор из древ крестовидных. Оттого Завет Бога с Ноем открывает нам Тайну – почему Христос был плотником.
Просмолё́нный Ковчег внутри и снаружи таким образом становится символом святости Церкви и абсолютной непроницаемости для греха.
Защита Ковчега от проникновения воды, то есть смерти (вода вне Ковчега Спасения – это вода царства мёртвых), достигалась во время постройки с помощью двух технических решений.
Первое. Взаимная подгонка и оттого сплоченность четвероугольных древ Ковчега. Это та самая любовь брата к брату, которая отличает детей Божиих от детей дьявола. Без этой сплоченности нет Ковчега. Не любящий брата своего это как бревно неотёсанное. И то, что нельзя сплотить – останется во вне.
Второе техническое решение: древá ковчега имеют двойное покрытие. Внешний слой смолы ковчега есть охрана Церкви от внешнего мiра, его соблазнов и прямой агрессии. А внутренний слой смолы для внутренней чистоты от греха и от междоусобиц.
На Кивоте Спасения нет ни паруса, ни руля, ни капитана, нет наместника Бога. Поэтому наместник Бога на Земле – это так же нелепо, как капитан на ковчеге. Только сам Бог водит Свою Церковь и, следовательно, не человек руководит Церковью.
А для нас это событие должно ощущаться еще и как некий таинственный переход от личного Богообщения к Соборному. Что это значит? Что Община – Собор человеческий – может быть только собрана, но не сконструирована.
Община – самоорганизованная, самостоятельная и сплоченная общность людей, образующая целостный живой организм. В основе которого лежат единые духовные, морально-нравственные, культурные и иные ценности. Община не формируется указом сверху, не регулируется внешними законами и не управляется сторонним руководством. Она не разрабатывается, не проектируется и не строится чужеродными посторонними силами. В противном случае это будет мертворожденный организм, не способный к деятельной, творческой и продуктивной жизни.
То есть, выходит, что человек свою человеческую природу имеет не наедине с самим собой, а имеет вместе с теми, кто ему подобен. Царь и псалмопевец Давид удивительно точен: «С преподобным преподобен будеши, и с мужем неповинным неповинен будеши, и со избранным избран будеши, и со строптивым развратишися» (Пс. 17:26)
После Великого, страшного и очистительного Потопа, Ной стал отцом всех людей обновленной Земли, современного человечества и современной Истории. При этом Ной знает, что он не новый Адам. Но он сын Адама. И он всё ещё грешный человек.
«И благословил Бог Ноя и сынов его и сказал им: растите и множьтесь, и наполните Землю и примите господство над Нею» (Быт. 9:1).
Сыны Божьи должны были наполнить Землю и воспринять господство над Землёй, следовательно, доминировать во Всемiрной Истории.
Первое что делает Ной как священник – иерей Божий единственный тогда на Земле, ступая на твердую и сухую землю из Ковчега Спасения: «и построил Ной жертвенник Богу и взял от всех скотов чистых и от всех птиц чистых и вознес возношения на жертвенники» (Быт. 8:20).
Второе, что делает Ной на Земле уже как человек: «И начал Ной человек быть земледельцем Земли, и насадил виноградник» (Быт. 9:20).
Ной в Ковчеге, и по выходе из Ковчега, живёт одновременно в двух измерениях, в двух мiрах, и пребывает в двух ипостасях. Ной знает эти различия, различает их и исполняет: сперва иерейское служение – жертвенник, второе – дела человеческие на Земле – виноградник.
Таким образом, о Ное сказано, что он положил начало дел на Земле, когда насадил виноградник, но ни когда построил жертвенник и принёс жертву.
Преподобный Ефрем Сирин в своей великопостной молитве выразительно сказал – «Господи, даруй ми зрети моя прегрешения...». Видеть грех другого человека – это испытание, а лучше сказать – искушение. Сын Ноя Хам не справился с первым испытанием: «И увидел Хам, отец Ханаана наготу отца своего» (Быт. 9:22). Здесь следует отметить, что важно не то – кому отец Хам, а то, что он уже отец.
Утрата Сынами Божьими своего сыновства началась от Хама. Процесс этот стал необратимым и ход его было уже не остановить. И что самое важное в этом процессе, сын Ноя – Хам – сам был отцом.
Ведь сыновство выражает собой самые близкие отношения не только по плоти, но и по духу. Сим и Иафет сохранили сыновство от своего отца Ноя, от Адама и от Бога. Сим и Иафет – те, кого Писание называет Сыны Божии.
Если хранить сыновство, то этим можно избегнуть двух крайних опасностей в деле спасения, во-первых, уклониться и не попасть в сети лукаваго; во-вторых: противостоять цивилизации «Каин» и цивилизации «Вавилон». Кто не от Адама, как «Каин» и «Вавилон» – тот не от Бога.
«И не осуждати брата моего», продолжает преподобный Ефрем. А как не осуждать другого человека? Проще всего не смотреть. А если невольно увидел, то, как не осуждать? Нужно пресечь корни, откуда растёт осуждение. А откуда оно берётся? Святой преподобный Ефрем Сирин продолжает: «Дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми». Праздный человек не ленивый, он деятельный. Деятельный на осуждение, а осуждение ищет выражения в слове. И осуждающий человек, таким образом, празднословный. Вот в чём корни осуждения. Об этом говорит нам Писание в истории с Хамом.
А что нужно было сделать чтобы «не зрети», даже если знаешь? Преподобный Ефрем Сирин продолжает: «Дух же целомудрия, смиренномудрия, терпения и любве даруй ми, рабу Твоему».
То есть Сим и Иафет поступили целомудренно, смиренномудренно, терпеливо и любовно. Их поступок по отношению к ближнему, а для них к самому ближнему (отцу), указывает на одну из главнейших христианских добродетелей. Сим и Иафет поступили по любви, нашли способ не смотреть на наготу отца. Да ещё сделали так, чтобы и другие не видели. Покрыть наготу ближнего – это урок Сынам Божьим и тем, кто хочет быть Сынами Божьими.
Происшествие в семье Ноя имело такой аспект, который не позволяет говорить о Хаме как только о непочтительном сыне. А о Симе и Иафете только как о сынах почтительных, потому что семья Ноя, как некогда семья Адама (а затем как семья Авраама) была вся Церковь. Хам, увидев наготу отца (не забываем, священника), не устрашился огласить об этом и надсмеяться. Хам празднословил о священстве Церкви.
После Божиего благословения, Ной не проклинает, но пророчествует сынам своим – за грех отца проклятие Ханаану, младшему сыну Хама – «раб рабов будет он у братьев своих» (9:25), дает благословение Симу: «благословен Господь Бог Симов; Ханаан же будет рабом ему» (9:26). Следующее благословение предназначено другому сыну Иафету: «да распространит Бог Иафета, и да вселится он в шатрах Симовых; Ханаан же будет рабом ему» (9:27).
От Ханаана начинается рабство – эту тираническую невольничью сферу человеческой деятельности создал один поступок, один грех одного человека. Священное Писание впервые упоминает об этом институте и фиксирует на нем наше внимание.
На основании этих благословений мы видим, что Симу был поручен удел прáотца Авеля, скотовода по роду деятельности и молитвенника по духовному устроению. Симу было дано/даровано священство. Именно по этой причине Сим являлся скотоводом, так как скотовод – пастух (иначе – пастырь), не привязывался к земле, но лишь только в мистическом единении с Богом совершал движение по ней вместе со стадами. Таким образом, ни государственное строительство, ни земледелие, не входили в сферу обязанностей Сима. Ему было поручено Богообщение.
Другое благословение было дано другому сыну – «да распространит Бог Иафета» (9:27), ибо само имя Иафет переводится как – распространитель. Согласно своему имени, Иафет должен был распространяться, расширяться во все стороны света, заполнить собою все уделы. То есть, должен был овладевать всеми земными пространствами до той степени, чтобы в итоге «вселиться в шатрах Симовых» (9:27) (т.е. мы можем рассудить – принять Бога Единаго – Авт.), покорив одновременно и Ханаана, который «да будет рабом ему» (9:27).
Иафет в этом плане открыватель, покоритель, «конкистадор», «завоеватель», «цивилизатор», и распространитель, и педагог, и учитель.
Но, несмотря на то, что Хам остался (за свой грех) без благословения, тем не менее, его внук от другого, старшего сына Хуша – Нимрод становится Царем.
Нимрод – первый Царь в Священной Истории. Царская власть возникает не от Сынов Божьих, но пред Господом Богом. Начало царства пошло не от симитов, которым будет доверено нести Имя, а от хамитов – сына Хуша, внука Хама.
Из сынов Хама явилось великое богоугодное дело – Царство. Политическая организация жизни народа, государственное начало, особая сфера жизни.
Хамиты, в отличие от иафетидов и семитов, с самого начала вели оседлый образ жизни, а потому, руководить ими должны были не вожди и не пророки, но поставленные Богом Цари. Привязавшимся к земле, им было дано послушание заниматься её обработкой. С другой стороны, хамиты положили градостроительство и развитие ремесел, продолжив дело Каина, основателя первой урбанистической цивилизации. Библия указывает на четыре таких города – Вавилон, Уру́к, Аккáд и Хáлне.
С другой стороны, потомки Хама положили начало второй человеческой цивилизации - земледельческой.
Они же явились создателями сословного общества, чего не было поначалу у потомков Сима и Иафета. И хотя эта первая послепотопная цивилизация еще не являлась техногенной, по каиновому образцу (техногенной ее сделают иафетиды), но, тем не менее, начало урбанизации, с сословным устроением общества, и с монархом во главе, было положено потомками Хама.
Если общественный строй семитов являлся священническим (неслучайно, что именно потомки Сима создали церковную иерархию и построили Храм), то хамитам было дано царство с государственным строительством и сословным разделением общества. Если же говорить о призванных овладевать землею иафетидах, то государя у них не могло быть по той причине, что они еще не имели государства.
Отчего иерархия у иафетидов была не родословной по наследованию, как у хамитов, и не поставляемая патриархами, как у семитов?
Вот как об этом пишется в 18-й главе книги «Исход»: «…и сказал Иофор Моисею: «ты же усмотри себе из всего народа людей способных, боящихся Бога, людей правдивых, ненавидящих корысть, и поставь их над ним тысяченачальниками, стоначальниками, пятидесятиначальниками и десятниками» (Ис. 18:21). Как видим, в этой главе «Исхода» указан пример «ксении», – доброго совета со стороны тестя Моисея, Иофора, благодаря которому элемент иафетического общественного соборного устройства передается (прививается) семитам-израильтянам.
Ценность совета тестя Моисея состоит в том, что главный упор сделан не на безликий Закон, ставший для семитов основополагающим, а на личностные моральные качества человека – «людей способных, боящихся Бога, людей правдивых, ненавидящих корысть».
Стремящимся с самого начала жить по Правде Божией иафетиды, выбирающие себе вождей в соответствии с этой Правдой, Закон был не нужен.
Напротив, израильтянам и хамитам был дан Закон, так как исполнение Закона являлось более легким бременем, чем жизнь по Правде. Будучи подобием уздечки, Закон не требовал постоянной работы души. В то время, как жизнь по совести требовала этой работы ежеминутно, ежечасно, ежедневно – непрерывно!
Эта работа требовала уже не мистического, как у семитов, Богообщения и не подчинения Богу по страху наказания, как у потомков Хама, но Богообщения на уровне сердца. В связи с чем, ценность межобщественной прививки, данной Израилю Иофором, состоит в том, что эти два аспекта – совесть и стремление жить по Божией Правде, являются главными условиями для сплочения народа уже не с инстинктом стадности, и не с роевы́м чувством, но духом Соборности.
Без духа Соборности и без духа личностного самосознания Народ превращается в стадо. Причем если говорить о стаде, приводя аналогию, то более всего оно будет походить на стадо коровье. Может возникнуть вопрос – почему коровье? Ведь все мы прекрасно знаем образ стада овечьего из текстов того же Священного Писания. Образ овцы был понятен людям, так как был хорошо известен в их повседневных трудах. У овец есть еще одна характерная особенность: они, как правило, передвигаются плотной группой. И несмотря ни на что они всегда держатся вместе, идут бок-о-бок, прижавшись друг ко другу.
Но, если вдруг одна овца теряется, а пастырь отправляется на ее поиски, остальные остаются одним стадом, плотной группой, не разсеиваются, туда пастырь и возвращает заблудшую.
У коров тоже есть пастух, но они всегда разбредаются в разные стороны, где каждая сама по себе.
Так вот без духа Соборности такой народ и поступает, как коровье стадо.
Такой народ уже не может принимать важные для себя решения, не может самостоятельно выбирать достойных начальников, но может лишь управляться кнутом Закона.
Из всего вышесказанного мы можем констатировать, что в лице трех сыновей Ноя, во Всемiрной Истории человечества появились три формы общественного существования:
1. Священство, или ношение Имени Бога – доставшееся Симу и его потомкам.
2. Царство – особая сфера существования общества с политической организацией жизни народа, с государственным началом и с сильным централизованным правлением – которое положил Нимрод, внук Хама от старшего сына Хуша.
3. Соборное общежительное совестливое житие по Правде Божией, данное Иафету и его потомству.
Вот они – мудрость и пророческий дар Ноя, положившие послепотопному современному человечеству три пути следования: Симу и его потомкам – невидимый до поры крест иерейства; потомкам Хама – незримый крест царского государствоустроения; Иафету и его наследию – сокрытый крест соборного жития.
После Боговоплощения, Крещения и проповеди; исполнения Закона и Пророков Ветхого Завета; Крестными Страданиями («Уплатил Собезначальный долг на Кресте и ждет спасения человека», – по словам Нила Мvроточиваго), по словам же Самого Спасителя: «Не мните, что пришел Азъ разорить Закон или Пророков: не разорить пришел, но исполнить» (Мф. 5:17), наступает новый этап человеческой Истории – эпоха Нового Завета.
В своем Послании к Галатам Апостол Павел выражает наступившую новую эпоху в такой форме: «…закон (Ветхий Завет – Авт.) был для нас как детоводитель во Христа... А когда пришла вера, мы уже не под детоводителем. Но чрез веру вы все Сыны Божии о Христе Иисусе. Все вы, поелику во Христа крестились, и облеклись во Христа. Тут нет ни Иудея, ни Еллина, ни раба, ни свободного, ни мужескаго пола, ни женскаго, но все — един во Христе Иисусе. Если же вы Христовы, то вы семя Авраамово и по обетованию наследники» (Гал. 3:24-29).
Так появились благословенные и установленные Апостолами традиции новозаветного соборного устроения жизни во Христе, каждого члена общества по отдельности, и самого общества в целом.
Первые христианские общины первых веков Христианства так и жили. Сообща трудились, молились, избирали из своего числа добропорядочных, уважаемых и благочестивых мiрян и ставили себе священниками. Десятина от общины назначалась им на содержание. Все вопросы обсуждались сообща и решения по ним определялись соборно. Не стоит путать с демократическим – «единогласно» или «большинством». Пока каждый из общинников осознанно не приходил к единому согласию с общим мнением – вопрос считался нерешённым. Так было и на Вселенских Соборах, и на Поместных, и на всех остальных, рангом ниже.
Читая редкие мысли святых отцов о политике, поражаешься их простоте и очевидности. Святой Иоанн Златоуст так написал о происхождении и смысле существования государства: «Изначально с общего согласия было решено, чтобы правители содержались на наш счёт, потому что они, пренебрегая своими делами, заботятся об общественных и тратят на это всё своё время, благодаря чему и наши дела идут хорошо» (Гомилия 23 на Послание к Римлянам).
Причиной трансформации соборного устроения общества и, как итог, умаление участия Общины в делах государственных, явилось попрание установленных Апостолами принципов Соборности. И это, безусловно, духовный корень произошедшего.
Другой немаловажной причиной, приведшей к замене соборности иерократией, стало изменение экономической составляющей в общинной жизни. Ибо, если раньше содержание прихода осуществлялось благодаря пожертвованиям со стороны общинников (десятина являлась главным источником церковного дохода), то со времени христианизации государства именно оно, Государство, и стало главным жертвователем Церкви. Цари, вельможи и состоятельные члены общества строили на свои деньги монастыри и храмы, выделяли земельные участки, оказывали щедрые пожертвования церковным обителям. Роль общины, которая и была первые три века главным меценатом прихода, стала умаляться. Вместе с умалением экономического влияния Общины, стала минимизироваться и ее роль в деле выбора церковного клира и управления приходом.
Император Иоанн Цими́схий рассуждал так: «Я признаю две власти в этой жизни: священство и царство. Создатель мiра вручил первой заботу о душах и последней – заботу о телах; если ни одна из них не ущемлена, мiр находится в безопасности».
Основой же идеологии «Симфонии властей» принято считать шестую и 131-ю новеллы царя Юстиниана Великого. Шестая говорит следующее: «Величайшие блага, дарованные людям высшею благостью Божией, суть священство (ierosini) и царство (wasileia), из которых первое заботится о Божественных делах, а второе руководит и заботится о человеческих делах, а оба, исходя из одного и того же источника, составляют украшение человеческой жизни. Поэтому ничто не лежит так на сердце царей, как честь священнослужителей, которые со своей стороны служат им, молясь непрестанно за них Богу. И если священство будет во всем благоустроено и угодно Богу, а государственная власть будет по правде управлять вверенным ей государством, то будет полное согласие между ними во всём (simfonia tis agaphi), что служит на пользу и благо человеческого рода. Потому мы прилагаем величайшее старание к охранению истинных догматов Божиих и чести священства, надеясь получить чрез это великие блага от Бога и крепко держать те, которые имеем».
Но!.. Постепенно, со временем, происходит трансформация нераздельно-неслиянного единства «Симфонии Властей» до степени политического антагонизма между автократией и иерократией. Умаление Соборности привело к образованию политических качелей.
Из государственного управления выпала третья сторона полновластного, до сего момента, треугольника. Соборность становится лишь послушным исполнителем воли двух оставшихся ветвей власти, неким придатком для Государства и Церкви.
Самой главной, корневой, исходной, как мы указывали выше проблемой, было попрание установленных Апостолами принципов Соборности.
Государство к началу VI века (на что указывает Кодекс Юстиниана) подменило собой Общину не только в вопросах экономической жизни, но и в вопросах власти, и в вопросах права. Подмена эта была столь серьезной, что в течение пятисот лет, от времени Константина Великого и до Чина Торжества Православия, государство не оставляло попыток подчинить Церковь себе. В свою очередь, и церковная иерархия, стремясь преодолеть автократию василевсов, создала в качестве противовеса управляемый сводом правил иерократический институт, что и сделало невозможным возврат Церкви к традициям святых Апостолов.
Контроль же должен исходить от народа Божьего.
Со времени св. Юстиниана Великого народ Божий был отодвинут от церковного управления на приходах. С этого времени началось противостояние между автократией кесаря и иерократией священства. «Симфония властей» реально стала устанавливаться только после Чина Торжества Православия. По большому счету, с конца IX столетия, когда был создан свод церковных правил «Эпанагóга» (давшей начало Кормчей/Номоканону) и государственных законов – «Василикá». Но, народ Божий так и остался в стороне. Эта же болезнь перешла и к нам, на Русскую Землю. Хотя на приходах самоуправление по факту было.
При Императоре Петре закрылась и эта отдушина. Хотя, надо принять, это была не прихоть, а веление времени и государственного устроения России на тот момент. Потому что империя не терпит инициатив снизу. Она автократична.
Император, как правило – автократор (самовластец), горячим противником чего был Царь Иоанн Васильевич Грозный.
И если мы желаем реально восстановить принцип «Симфонии властей», а вместе с тем возродить основанную на Апостольских традициях Соборность, то должны решительно отказаться от этих качелей во взаимоотношениях Церкви и Государства – священство или царство.
Мы должны озаботиться делом восстановления трех главных оснований человеческого Бытия:
1. Соборности (как в обществе, как в Государстве, так и в Церкви);
2. Державности* (со всеми Царскими институтами);
3. Богообщения, как необходимого условия жизни: в Церкви, Царстве и Обществе – по заповедям Творца.
Первому человеку Господь благословил господствовать и начальствовать над Землей. Над видимым мiром. С задачей не уступать Землю невидимым враждебным злым духам и их хозяину – сатане. Человек должен был хранить ту Землю, которую Господь ему дал. Поначалу это была небольшая земля, ограждённое место – Рай. Человек должен был трудиться, возделывая Сад, с задачей расширения границ Эдема на всю остальную землю. Богоуподобляться, имея возможность прямого и непосредственного Богообщения, и должен был не уступать эту землю врагу рода человеческого, однако уступил.
После грехопадения начальствовать над Землёй человек уже не мог.
Лично не уступать сатане, по примеру Иова Многострадального, человек может. Но над землёй он уже не начальник.
Однако: «И благословил Бог Ноя и сынов его и сказал им: растите и множьтесь, и наполните Землю, и примите господство над Нею» (Быт. 9:1). То есть Сыны Божьи должны были наполнить Землю и воспринять господство над ней, а, следовательно, доминировать, как уже было сказано, во Всемiрной в Истории.
Рассмотрение послепотопной Истории, указанной в трех благословениях – Царства, Священства и Соборности, позволяет нам сказать и о трех Тайнах земного Бытия.
Тайну Соборной души мы видим у потомков Иафета, ибо только при наличии в народе Соборного духа, он может выбирать богоданных вождей.
Тайну мистического предстояния пред Богом – Священства по чину Мелхиседекову, когда народом управляют пророки, видим у потомков Сима (Мелхиседек – «царь Салима», являющийся одновременно и священником (Быт. 14:18; Пс. 109:4)).
А Тайну Царства, Тайну «сердца царева в руце Божией», с иерархией государственной власти и сословным делением общества, которые мы видим у потомков Хамовых.
Разумеется, так как природа человека изуродована грехом, то у каждого дарования (озвученных выше Тайн) существуют и свои искажения.
В государственном и общественном строительстве эти искажения выражены в тирании, олигáрхии, охлократии и т.п.
В священстве, а если быть более точным, то в «священнической аристократии» – архиерействе – иерократия, столь свойственный семитам, когда священство (став подобием олигáрхии) возводится в степень едва ли не небожителей, в степень единственных хранителей истины и учителей народа. Слова Спасителя: «Горе вам книжники и фарисеи, лицемеры» (Мф. 23:13), произнесены именно по этому поводу.
Главным же перекосом хамитов является абсолютизация власти монарха (причем, не обязательно в тиранической форме), как в отношении гражданских лиц и гражданского общества, так и в отношении представителей духовенства как по отдельности, так и к Церкви вообще.
В свою очередь, перекос иафетидов состоит в уклонении от жизни по Правде Божией, что с неизбежностью приводит, в одних случаях к олигáрхии, а в других к охлократии и анархии.
Осмысление во всей полноте Тайн Священства, Соборности и Царства невозможно без опоры на Священное Писание, в общем, и богословии древних святых отцов – в частности.
Без рассмотрения этих феноменов с позиций нераздельно-неслиянного единства (по образу Троицы) нельзя восстановить триаду – Соборности-Священства-Царства, а значит нельзя возродить Самодержавное Царство (не следует путать или смешивать с имперской властью и Империей), Церковную Соборность (согласно Апостольским традициям) и Соборное гражданское самоуправление (жить по Правде).
Повторное применение опыта Второго Рима, когда была сделана попытка выстроить «Симфонию» без опоры на Соборность, ни к чему другому, как вырождению, либо в автократию хамитов, либо в иерократию семитов, не приведёт.
Итогом такого вырождения, как свидетельствует Всемiрная История, станет новый бунт самостийности, которому, как в начале прошлого века, не были нужны – ни царство, ни священство.
В сегодняшний момент истории от нас требуется поставить на первое место не общие рассуждения и не слепое копирование чьего-то опыта, но осмысление действительности, основанное на правильном научном богословии.
Академик Фотий Шипунов в середине 80-х годов прошлого века высказал такую парадоксальную вещь: «…в структуре познания любого государства 95 процентов должно быть богословскими науками, 3-5 процентов – философскими науками и доля процента – классическими эмпирическими науками». На этот аспект также указывали и другие современники Фотия Яковлевича Шипунова, митрополит Антоний Сурожский, протоиерей Георгий Флорóвский, Виктор Николаевич Тростников, а в нулевые годы и Игорь Анатольевич Непомнящих. Более того, на этот фактор указывал учитель Церкви святитель Григорий Богослов. Именно эту позицию Григория Богослова во всём поддерживал и протоиерей Павел Флоренский, доказавший своими трудами возможность синтеза религии и науки.
Идеалом устройства христианского общества Достоевский считал братскую Общину, основанную на свободе, всеобщем доверии и самопожертвовании каждого её члена: «Поймите меня: самовольное, совершенно сознательное и никем не принуждённое самопожертвование всего себя в пользу всех есть, по-моему, признак высочайшего развития личности, высочайшего её могущества, высочайшего самообладания, высочайшей свободы собственной воли. Добровольно положить свой живот за всех, пойти за всех на крест, на костёр, можно только сделать при самом сильном развитии личности» (Достоевский Ф.М. «Зимние заметки о летних впечатлениях». Гл. 6. Опыт о буржуа).
Писатель верил, что именно Россия должна показать пример такого устроения жизни.
Русскiй Мiр, Слава Богу, еще жив. Но Россия во всей своей полноте, как Русское Царство, как Святая Русь, во главе с Самодержавным Царем, с обновлённым Священством и возрождённой Народной Соборностью, воскреснет при встречном условии, что мы – Русская Закваска, во всех своих мыслях, во всех своих начинаниях и во всех своих делах будем опираться и руководствоваться исключительно Священным Писанием и богословскими трудами отцов Церкви. И ни в коей мере не будем пользоваться научной методологией духовно умершего смердящего Запада.
Сейчас не только Россия, но и весь мiр, по слову пророка Даниила, максимально приблизились к краю за которым: «мани́ – исчислил Бог царство твое и положил конец ему; Ѳеке́л – ты взвешен на весах и найден очень лёгким; фа́рес – разделено царство твое и дано Мидянам и Персам» (Дан. 5:26-28).
Все точки невозврата человечеством как будто бы пройдены.
От правильного, или наоборот, неправильного богословия, зависит, в какую сторону приведет Всемiрная История нас.
Послесловие. Человек трёхсоставен по своему устроению: дух, душа и тело.
Трёхсоставен по своему устройству и Храм: притвор, сам храм и Алтарь (Святая Святых).
Такими же трёхсоставными свойствами должна обладать и Русская Держава: государственно-устроенное общество, в котором живёт, трудится и творит человек – Соборность, Священство и Царство со всеми его институтами.
Все эти разные формы: человек, Храм и государственно-общественное устроение, – как мы можем заметить, имеют одну общую особенность: троичность в своей основе.
И если всмотреться повнимательнее, то во всём этом можно разглядеть гармонию всего мiроздания, выраженную Образом Святой Живоначальной Троицы – триединства в Любви.
Аминь! И Богу Слава!
Игорь Иванович Комиссаров, сценарист, документалист, диктор; директор киностудии Русского документального кино «ШТАНДАРТЪ» (г. Подольск, Московская губ.)
Доклад, прочитанный на Научно-практической конференции «Образ будущего: Русский Удерживающий», г. Калязин, 18-19 апреля 2026 года.
При подготовке были использованы труды русского мыслителя, богослова, филолога, философа Евгения Андреевича Авдеенко (†2014 г.); а также мысли и выдержки из статей русского писателя Александра Степановича Сороковикова, с его благословения.
* «Держава» у В.И. Даля определяется как «земля, государство, самостоятельное владение, народ и правительство его».
