«Свято-Николаевский Белогорский мужской монастырь, что стоит близ границы Курской и Сумской областей, в селе Горналь, принял на себя удар вражеской артиллерии ещё в начале СВО. А в пору курского вторжения враг сжёг главный монастырский храм. И вот теперь ВСУ, этот смертельно раненый зверь, в последнем отчаянии вгрызаясь в курскую землю, дерзнул превратить горнальскую обитель в укрепрайон», - пишет член Изборского клуба, кандидат филологических наук, преподаватель Оренбургской духовной семинарии Михаил Александрович Кильдяшов в статье «Монастырь-воин», опубликованной в газете «Завтра».
«Украинские ракеты, дроны и танки стали бить по монастырю ранним утром, когда шла Литургия. Но монахи, следуя библейскому завету "будь верен до смерти", не прервали Таинства и не прекратили службы. Прежде белоснежный, под лазурным русским небом монастырь, что напоминал архангела Гавриила с лилией, охватила удушливая завеса тьмы.
Власть, для которой ничего не значат ни каноническая Православная Церковь, ни Красный Крест, ни ЮНЕСКО, уже не первый раз использует обители как укрепрайоны, храмы – как огневые точки. Тот, у кого не осталось ни памяти, ни совести, кто потерял страх Божий, не дрогнет превратить святыню в живой щит, укрыться за монастырскими стенами, как укрывался за спинами детей и стариков, когда наши воины в честном бою штурмовали многоэтажные дома. Враг знает, что молящаяся русская армия никогда не станет ровнять храмы с землёй, даже стремясь уничтожить самое лютое зло.
Но укрепрайона не получилось. Не получилось даже подобия "Азовстали", где, какое-то время выдерживая осаду, враг копил бы звериную ненависть и умножал адскую скверну. Монастырь – оборона только для тех, кто пребывает на светлой стороне, оборона для праведников и мучеников, а не для осквернителей и мучителей.
Горнальский монастырь – сам монастырь-мученик. Удары наших беспилотников прицельны: они, сберегая храмы, обрушиваются на хозяйственные постройки, где затаился противник. Наши штурмовики в полной боевой готовности, и для взятия высоты, на которой находится обитель, у них достаточно высоты духовной.
Но и сам монастырь воюет. Монастырь-мученик стал монастырём-воином. Монастырь дал бой. Не его захватили, а он захватил. Захватил тьму, запер её в своих стенах, чтобы окончательно истребить, чтобы у тьмы не было путей отхода. И носители этой тьмы уже мечутся, рвут на части своих, всякого, кто, осознавая собственную обречённость, пытается вступить в переговоры с нашими войсками.
Главная святыня обители – Пряжевская икона Богородицы – целительница недугов. Теперь она врачует тяжёлый исторический недуг, помогает одолеть славянский раздор.
В 2002 году, - напомнил он, - когда Украина ещё не впала в майданный морок, в возрождённом Горнальском монастыре возобновили дореволюционную традицию крестного хода с Пряжевской иконой. Богомольцы шли восемь километров до украинской границы, переходили мост через реку Псёл, а на том берегу с хлебом и солью их встречал братский народ. В этот день для молящихся граница беспрепятственно открывалась, пограничники с обеих сторон вливались в крестный ход – и так, не зная вражды и разделений, продолжал идти единый народ. Нёс на руках утомлённых дальней дорогой детей, пел "Богородице Дево, радуйся", чувствовал над собой общий покров Божьей Матери».
«С 2014 года крестный ход украинскую границу не пересекает, мост через реку разрушен. Но именно здесь, где смыкаются Курская и Сумская области, однажды будет наложен первый шов на зияющую рану раздора. Именно здесь начнётся то примирение, которое не достигается никакими дипломатическими переговорами. Мост наладят. Икону через него снова пронесут. Молитву в едином хоре вновь пропоют.
Не потому ли в действительности враг ополчился на Горнальский монастырь? Не для того ли, чтобы воспрепятствовать этому подлинному, глубинному примирению?
ВСУ начали захват монастыря в Лазареву субботу. Нынешняя Украина подобна четверодневному Лазарю. Порой кажется, что нет уже никакой надежды на воскрешение. Но вот слышен призыв: "Лазарь, гряди!"» - заключил Михаил Кильдяшов.
