Рассказал мне эту историю воин Сергей. Произошло это 5 января 2025 года, как раз под праздник Рождества Христова. Мы готовились продолжить общее наступление под населенным пунктом Соленое Донецкой области. В расположение нашей части пришёл православный священник, поговорил с нами, благословил нас, раздал нательные крестики тем, у кого их нет, и иконки с изображением Николая Чудотворца. К сожалению, мне ничего не досталось, но он тут же вынул из сумки шеврон с изображением Господа Иисуса Христа, вышитый такой, красивый, и дал мне. Я подумал-подумал, что с ним делать, и тут-же сел и пришил его накрепко на левое плечо поближе к сердцу.
А 6-го числа затемно нашу группу в шесть человек послали неожиданно напасть на ряд оборонительных сооружений противника. Интересно, что перед нами два дня подряд пытались эту группу сооружений взять наши союзники, но по итогу ничего не смогли сделать. Им пришлось откатиться, у них были большие потери. А у нас это почти сразу получилось. Мы нахрапом кинулись в тумане утром и устроили у них там полный разгром, нам уже показалось, что задание выполнено, но командир противника вовремя успел вызвать подкрепление, и нам пришлось на время остановить свой наступательный порыв. Мы незаметно отошли и залегли в одном кирпичном доме недалеко от вражеских позиций, оставаясь незамеченными в тумане.
Чуть маленько прояснело, наши «птичники» передали нам, что очевидно, противник растерян, понес большие потери трехсотыми, а группа их штурмовиков, пришедшая на помощь, перенаправлена на эвакуацию раненых. Тут же пришел приказ от нашего штаба воспользоваться этим замешательством и ворваться во вражеские оборонительные точки. У командования была информация, что против нас воюют наёмники, потому второй приказ был не жалеть, всех кто там был с оружием. Мы быстро рассредоточились, обдумали план наступления и по команде снова ворвались во вражеские укрепленные здания, ведя безостановочный направленный автоматический огонь. Я шел в первом ряду, прикрывая напарника, а он меня со спины прикрывал.
И тут, как я сейчас думаю, очевидно, Бог решил кого-то спасти, т. е. решил кого-то пожалеть и спасти от верной смерти. У меня, как назло, заклинил автомат. Я стал дергать затвор, пытался выдернуть магазин. Всё как-то в замешательстве, и в какой-то момент их «Баба Яга», это дрон большой, скинула прямо через проем в потолке бомбу, и она упала в полуметре от моей левой ноги, между противником и мной упал этот смертельный боеприпас. В общем, я очнулся в двух метрах от этого места, где стоял при взрыве, голова гудит, еле открыл глаза, минут, наверное, двадцать ничего не мог рассмотреть и понять. Потом как-то быстро пришел в себя.
Напарник мой был жив, а противники либо убиты, либо сильно затрехсочены (ранены). Мы потом насчитали семь человек убитых пулевыми ранениями. Ещё поогляделся, жуть, сколько мёртвых. Они были у меня первыми, и при том ни какой злости к ним не было, но только сожаление или безразличие, не знаю. Потом я осмотрел себя, пощупал. Ого-го!!! Я наполовину голый, бронежилет разорван в клочья и болтается на каких-то непонятных кусках. С левой стороны тела куртки, кофты, рубахи нет, левой штанины нет, а правая держится на ремне на голое тело. Всё ощупал, палец на левой ноге явно сломан, так прямо болтается, а сама ступня поджарилась до голеностопа, но в целом всё чувствует, на голени несколько ран от небольших осколков. Осколком порезало фронтальную часть левого колена, несколько мелочей в левом бедре, три – в левой руке. Чем-то зацепило и порезало левую щеку. Кровь уже не бежит, свернулась. И тут я вспомнил прошлый день, батюшку, беседы, этот шеврон, и понял, что со мной случилось настоящее чудо. Я жив! И практически невредим при таком-то взрыве. А напарник и вовсе отделался легкой контузией. А еще враги, которые должны были точно все быть убитыми, трое из них выжили. Наш плен не смерть, он кончается. Пусть тоже порадуются возможности выжить и жить.
Я прямо закричал: «Слава Богу за всё! Слава Богу за всё!». Стал искать шеврон, искал-искал, гляжу, он почти весь сгорел. Это же надо как, прямо как с Богом: Господь на крест ради нас вошел, чтобы спасти нас. А здесь образ Божий сгорел, чтобы мы с напарником живы остались перед самым праздником Рождества, чтобы могли праздновать. Тут я пообещал Господу, что в ближайшее время побываю на исповеди. И вот я перед вами, батюшка, я здесь в этом госпитале. Осколки вытащили, голову и ногу залечат, и обратно к братьям на передовую пойду с этим моим переживанием великого чуда, которое Бог явил мне. И вы знаете, там на передовой таких чудес немало.
Мы с ним помолились благодаря Бога: «Слава Богу за всё, честь, хвала и благодарение». Аминь!
Протоиерей Вячеслав Пушкарёв, историк, писатель, Иркутск
