Что происходит с креативным классом постРоссии

Недавно мне довелось прикоснуться к жизни Православного Минска. Позже непременно вернусь к разговору на эту важную для всего русского мира тему, а пока что хотелось бы высказать несколько мыслей, возникших в ходе дискуссий с гостеприимным хозяином, нашим постоянным автором – Дмитрием Валерьевичем Куницким.

Речь пойдёт сейчас о том, что наши соратники, православные консерваторы, которые в силу обстоятельств жизни не очень близки художественному миру, абсолютно неверно понимают мотивацию антидержавно настроенной интеллигенции.

Нужно чётко понимать, что никто в этой среде не питает ни малейших симпатий ни по отношению к Шарикову со Швондером, ни по отношению к Бандере с Мазепой.

Весь нигилизм и анархизм обусловлен вовсе не, условно говоря, идеями «зеркала революции Л.Н.Толстого», но духом обличителя пошлости А.П.Чехова.

Кому-то может показаться странным, что существует достаточно значительная прослойка людей, которым вот эта пошлость буржуазная совершенно реально отравляет жизнь. И люди искренне ищут тех, кто, наконец, сломал бы тот уклад, который обеспечивает существование буржуазной масскультуры.

Дело в том, что в нашем православно-патриотическом сознании как раз вот все эти такие-сякие либералы являются как будто бы заказчиками шансонов и камеди-клабов, но в сознании наших соотечественников всё воспринимается совсем иначе. Согласно интеллигентской мифологии, именно государство поддерживает профессиональных оболванивателей. А поскольку эти самые оболваниватели являются раздражителями, оскорбляющими своей навязчивой пошлостью самые светлые натуры (я тут почти без сарказма), то – согласно такой логике – чтобы избавиться от раздражающих певцов буржуазной пошлости, необходимо лишить этих специалистов государственной поддержки. Т.е. сменить государственную культурную политику.

А если для этого придётся ломать государство – ну, что поделать, если нет иного способа…

Так было и во Франции в конце XIX века, когда любители пуантилизма в салонах неоимпрессионистских с лёгкостью воспринимали самые радикальные анархически идеи. Так было в Америке эпохи Вудстока и Советском Союзе эпохи рок-клубов, когда любители электрогитар становились революционерами. Но становились таковыми не вследствие любви к «эстраде», а в следствие как раз протеста против того духа, который эстрада транслировала – хоть Синатра, хоть Кобзон.

То же самое и сегодня. Либеральные блогеры крутят свои фиги в карманах вовсе не из любви к вышиванкам, а просто потому, что вся эстетика СВО в их сознании идёт в одном смысловом ряду с камеди-клабами и шансонами. Ну, это то же самое, как для подростка из провинции Русская Церковь нынче воспринимается в одном смысловом ряду с расхитителями капиталистической собственности из госструктур, а также собственно капиталистами-собственниками. Отсюда и все эти новоязычники и новолеваки.

Чехов, а вовсе не Толстой настроили интеллигенцию против Исторической России, которая в глазах интеллигентов была той базой, которая поддерживала буржуазную культуру с её пошлостью. То же самое происходит и с креативным классом РФ.

Я ни к чему не призываю. Я услугами российского телевидения не пользуюсь уже без очень малого 20 лет. И мероприятия стараюсь по возможности избегать, предпочитая иной способ проведения досуга.

Но, услышав в очередной раз про рок-эстраду, подготовившую молодёжь к разрушению Союза ССР, не могу молчать. И делюсь этим комментарием.

Да, рок-ролл подготовил молодёжь к разрушению Союза ССР. Но не потому, что был эстрадой, а потому, что выступал против эстрады. Поддерживал анархические настроения, которые были реакцией на пошлость, олицетворением которой была, в том числе и эстрада.

Сейчас всё точно так же.

Как во Франции конца XIX века, Америке конца 1960-х и Союзе середины 1980-х.

Сапиенти сат.

Павел Вячеславович Тихомиров, помощник главного редактора «Русской народной линии»