Часть лета я с большим удовольствием провожу в деревне, в Воронежской области, где пару лет назад купил дом. О том, как здесь здорово: своих впечатлениях и наблюдениях, если Бог даст, напишу несколько позже. В этом материале о своих впечатлениях в связи со СВО.
Село Белогорье довольно крупное даже по прежним временам. Да и сегодня здесь постоянно проживает более 2 000 человек: есть школа, детский сад, Дом культуры, ФАП, работают несколько магазинов. Летом население по понятным причинам увеличивается – места эти необыкновенны по своей неповторимой, просто уникальной красоте. Нет здесь проблем и с работой: доска объявлений возле здания администрации пестрит предложениями работодателей. С недавних пор здесь появились и объявления о приёме на военную службу по контракту.
Ими то и воспользовались два моих соседа по улице, на которой я живу. Оба, кстати, Дмитрии, оба примерно ровесники – им немного за 30. Первый – с опытом участия в боевых действиях в Чечне, женатый, имеет дочь. Работал на предприятии в соседнем городке, что на противоположном берегу Дона. О нём все узнали в связи с мятежом Вагнеров – именно здесь, на трассе «Дон», близ Павловска в ходе перестрелки, как сообщили СМИ, пострадало несколько строений! Но к тому времени Дмитрий уже несколько месяцев служил добровольцем в одном из подразделений другой ЧВК где-то на Луганском направлении. Где конкретно неизвестно, до его благополучного, если Бог даст, возвращения, ведь не у всех ЧВК такая мощная информационная поддержка, как у «оркестра под управление Пригожина», отслеживающем каждый шаг «героев»!
Второй Дмитрий, имея за плечами два года «срочки», заключил контракт непосредственно с МО и попал со слов родителей в учебное подразделение, где готовят наводчиков-операторов БПЛА для артиллерийских подразделений. На днях, перед отправкой на фронт он получил небольшой отпуск и прибыл домой. Увы, мне увидеться с ним не удалось, но со слов родителей, их неженатый сын рвётся в бой и настроен весьма решительно! Вот только у соседей о нём не очень высокое мнение, мол, любитель выпить, долго не мог найти работу и на СВО пошёл, дескать, чтоб вернуть долги и окончательно не спиться. Что ж, будем его судить-рядить, как мои соседи? Или примем за факт, что иных добровольных защитников Родины на нашей немаленькой улице, носящей «гордое» имя 8 марта, не нашлось и что он, как ни крути, и есть тот самый обычный герой нашего времени! Лично я этот факт принял безоговорочно!
Тем более что помимо него есть первый Дмитрий, которого, как соседа «через забор», я знаю лучше. Он мне рассказывал о своей службе снайпером в Воронежском ОМОНе, действовавшей в составе СОГа в горной Чечне в т.н. «первую чеченскую» и о тех переделках, где ему удалось побывать. Зная не понаслышке о тех местах, хорошо представляю, что ему удалось там пережить! Дима прекрасно понимал, куда шёл, заключая контракт с ЧВК, уже имея семью, работу и хоть небольшой, но стабильный доход, в т.ч. машину. Он просто не мог отсиживаться дома! Этот мотив остался непонятен моим досужим соседям, и на его жену они смотрели скорее с жалостью и осуждением, мол, зачем отпустила мужика? Неужели денег не хватало? Впрочем, Димина супруга Светлана призналась, что муж её мнение особо и не спрашивал – собрался, успокоил, что контракт у него «всего на полгода», что он будет ей регулярно звонить и оставил ей свою карту, куда вскоре начали «капать» деньги.
Как, наверное, поняли читатели, мои соседи в основном женщины, поэтому общение с ними на фронтовые темы поставило больше вопросов, чем дало ответов. Много было панических слухов и «замирских» разговоров. Например, рассказов о том, как какого-то призванного из села солдатика убило еще по дороге на войну – автобус (?) в котором они ехали на фронт, якобы попал под обстрел и все до одного погибли… Пугали женщин и вертолёты, частенько пролетавшие довольно низко над селом… Со всем этим пришлось потом разбираться, взяв на себя подзабытую обязанность замполита-политинформатора. «Свои вертушки, – втолковывал я им, – над головами гораздо лучше чужих – вражеских, тем более что до старой границы с Украиной всего то 100 с небольшим километров и летают низко не для того, чтоб пугать женщин и радовать ребятишек. Они отрабатывают упражнения, используя рельеф местности, благоприятную погоду и любую возможность учиться, ведь всего через 40 минут лета на запад им придётся уже рисковать своими жизнями».
Пришлось напомнить и как протекала Великая Отечественная война, коснувшаяся в полной мере Белогорья, которое на 7 месяцев попало под оккупацию. Враги пришли сюда летом 1942 на плечах поспешно отступавшей Красной Армии. Как раз здесь, по старой паромной переправе через Дон, где скопилось много техники и личного состава, 7 июля немцы нанесли массированный налёт бомбардировочной авиацией, нанеся большой урон советским войскам! Сегодня на той стороне – за линией фронта, всего в нескольких сот километров от их домов, скопились огромные силы, пользующиеся абсолютной поддержкой всего Запада, жаждущие нашей крови и ненавидящие всё русское, российское. И наша армия, состоящая из таких вот неблагополучных и непонятных Дим и таких вот шумных вертолётчиков, героически сдерживает этот бешеный натиск, готовясь переломить хребет этой силе, чтоб перейти, наконец, в наступление. Напомнил и о сталинских маршалах победы, многие из которых прежде того отсидели в лагерях, попав под каток репрессий. Их вспомнил в связи с разговорами о ротации на фронте популярных командиров и слухах в связи с этим.
Не знаю, насколько удалось мне повлиять на настроения соседей, но вникая в обстановку и изучая её, я нашёл убедительные примеры, что СВО непременно завершиться нашей победой и для этого у нас есть неиспользованные резервы. Прежде всего, мне стало это ясно после общения с главой администрации сельского поселения, с которым встретились в местном храме. Александр Николаевич Острогожский, который здесь алтарничает, с негодованием отверг слухи о якобы погибших односельчанах, признав при этом, что есть несколько раненых. Семья первого из них уже получила положенную компенсацию в три миллиона рублей и решила потрать их на строительство нового дома.
Порадовавшись такому раскладу, я предложил главе популяризировать односельчан, убывших защищать Отечество, исполняющих свой священный долг, не дожидаясь похоронок, как у нас это обычно принято. В Белогорье накоплен хороший опыт. Здесь не только чтут земляка-танкиста Героя Советского Союза Николая Слюсарева, погибшего в Великую Отечественную, чей бюст установлен в мемориальном парке. Одна из улиц села носит имя Николая Волохова – односельчанина, погибшего в Афганистане. На фасаде местной десятилетки – посвященная ему памятная доска, возле которой проходят все торжественные линейки.
Ни что ведь не мешает оформить стенд с фотографиями героев и доступной информацией о них – живых, возможно, с отзывами командования. Это же можно и нужно делать в школе, хотя бы в формате вводимого с нового учебного года урока – аналога начальной военной подготовки. Да и недавно отреставрированный Дом Культуры с его площадями и предназначением – самое для этого место! А районная газета вполне могла бы встрепенуться и дать вместо унылой телепрограммы серию очерков о своих земляках – вобщем, путей реализации этой темы даже в селе – огромное количество!
Кто посмеет отрицать известную фабулу, что Родина должна знать своих героев? И не ставших почти мифическими, когда-то и где-то павших за какие-то идеалы, чьими именами названы улицы, площади и станции метро, а нынешних, которые вернувшись со щитом или на щите должны быть окружены не только заботой государства, но и искренним уважением местных жителей, соседей, представителей власти! Не на каждой же улице, как на моей, есть аж два героя-добровольца! Чем не повод для гордости?! Почему уже сегодня не установить на их домах соответствующие таблички, например. Или специальные вымпелы, государственные флаги. И окружить нелицемерным вниманием уже сейчас их родных, прибавив к имеющимся государственным и региональным льготам, неформальную соседскую, земляческую заботу и тепло в виде хотя бы ненавязчивого шефства школьников, работников ФАПа и аптек, владельцев магазинчиков и т.д. Со своей стороны очень надеюсь на будущий год, после нашей Победы выказать должным образом обоим Дмитриям своё почтение и уважение, согласно сложившихся традиций!
Вместе с тем есть и другая сторона медали, которую нельзя обойти стороной. Есть проблема дезертиров и уклонистов. Их немного – всего шесть человек на весь район. Люди, оказавшиеся в один миг вне закона, ставшие в одночасье преступниками, поддавшиеся страху ли, пропаганде, уговорам. Какое это теперь имеет значение? Их имена и адреса известны не только в военкомате, но и органам внутренних дел, администрации, соседям, родственникам, а сами они вынуждены скрываться, менять места нахождения и бояться. Жить оставшуюся жизнь с пятном в биографии, зная, что и твоих потомков буду знать, как детей труса – в деревне именно так… Не дай Бог это пережить.
Впрочем, вопрос выбора по большому счёту стоит перед каждым из нас, ведь мобилизация совести уже прошла. И если мы не считаем, что обязаны поддержать нашу армию хотя бы помогая воинам рублём, руками, молитвой – то, может быть, мы уже «на той стороне»: вместе с теми, кто сеет панику и распространяет слухи, ругает наше руководство, судит армию, осуждая и укоряя её офицеров и солдат? Или попросту от неё уклонились, засунув «голову в песок», живя по принципу «моя хата с краю…», «мудро» пережидая «чем всё это закончится?». Но на двух, а то и трёх стульях сразу, усидеть ни у кого не получалось. И скоро придётся взглянуть в глаза вернувшимся героям. Со щитом или на щите.
Роман Алексеевич Илющенко, ветеран боевых действий
Фото предоставлено автором
_1.jpg)
