«Я хочу вспомнить одно событие, которое произошло десять лет назад. Оно произошло на Кипре, но резонанс был по всему миру, в том числе в России», – пишет в статье «Кипрский прецедент, который может стать нормой любой страны» д.э.н., профессор, председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова Валентин Юрьевич Катасонов. Статья опубликована на сайте Фонда стратегической культуры.
«Весной 2013 года я опубликовал несколько статей по Кипру. Их общая мысль сводилась к следующему: данное островное государство стало испытательным полигоном для мировой финансовой олигархии. В банковском секторе Кипра был проведён масштабный эксперимент по частичной экспроприации средств вкладчиков, размещенных на депозитах кредитных организаций.
Кипр стал жертвой серии событий и более раннего времени, причем за пределами островного государства. После мирового финансового кризиса 2008-2009 гг. в Европе в особо тяжелом положении оказалась Греция, у которой образовались очень больше внешние долги. Властям Эллады стало существенно труднее размещать новые транши облигаций на международных рынках. Банки Кипра, однако, продолжали приобретение долговых бумаг Греции. Делали это банки без особого удовольствия, приобретения имели оттенок добровольно-принудительных операций. Однако Кипр был членом ЕС, и многие решения в банковском секторе острова принимались под давлением наднациональных институтов Европейского союза. Основной приток денег на депозиты кипрских банков был от российских клептоманов, которые любили этот остров с его достоинствами офшорной юрисдикции. Их деньги кипрские банки использовали для покупки греческих облигаций, т. е. деньги российского происхождения перемещались в казну Эллады», – отметил автор.
«В 2012 году финансовое положение Греции ухудшилось. Основными ее кредиторами были МВФ, ЕЦБ, а также банк Голдман Сакс. Чтобы получить назад свои деньги с процентами треугольник главных кредиторов решил организовать реструктуризацию греческого долга, а реструктурировать долг должны были “прочие” кредиторы. Среди них и банки Кипра. Списание греческих долгов перед “прочими” кредиторами составило от 50 до 70 процентов. Греков спасли, но при этом в тяжелейшем положении оказались кипрские банки.
Теперь перед Брюсселем и ЕЦБ стояла задача спасения банков Кипра. Однако за чей счет? И родилась идея спасать кипрские банки за счет… клиентов, тех клиентов, которые разместили свои средства на депозитах кредитных организаций. События в банковской системе Кипра можно назвать коротко словом “конфискация”. Техника конфискации вторична. Это может быть “разовый налог”, это может быть замораживание средств на долгие годы. Наконец, это такой метод, как конверсия части депозитов в акции местных банков. Клиента банка насильно превращают в инвестора и акционера банка, даже если так называемые инвестиции заведомо убыточны», – подчеркнул экономист.
«Долго длившийся спектакль под названием “защита депозитов клиентов банков” закончился. Мировые ростовщики посчитали, что с клиентами церемониться больше не надо. Маски были сброшены.
Значительная часть депозитов кипрских банков принадлежала гражданам российского происхождения. Когда они услышали об инициативе Брюсселя, поддержанной Никосией, они дали этой инициативе название: “стрижка”. The New York Times в номере от 10 января 2013 года, описывая и прогнозируя ситуацию на Кипре, даже использовала русское слово strizhka. Газета изложила планы Брюсселя и Бонна провести “стрижку” на офшорном острове. Она писала: “Россияне, которым на Кипре принадлежит примерно пятая часть всех банковских вкладов, сильно пострадают”. В том, что американские журналисты знали, что произойдет на Кипре через два месяца, удивительного ничего нет. Удивительна беспечность многих российских клиентов кипрских банков, которые верили в незыблемость офшора», – отметил профессор.
«С каждого депозита, размер которого превышал 100.000 евро проводилось единовременное списание 9,9%. В СМИ эту величину называли “кипрской десятиной”. С депозитов меньше этой суммы – 6,75%. Решение распространяется абсолютно на всех – от корпораций до школьников и граждан других государств. По оценкам Еврокомиссии (заметно заниженным), клиенты двух крупнейших банков Кипра – Laiki bank и Bank of Cyprus – потеряли из-за “стрижки” депозитов 8,3 миллиарда евро. По тогдашнему курсу – более 10 миллиардов долларов. Незастрахованные депозиты были заморожены на неопределенный срок.
Точная сумма депозитов российских граждан в банках Кипра неизвестна, однако ранее опрошенные Financial Times эксперты оценивали их в сумму от 8 млрд до 35 млрд евро. Таким образом, россияне, по оценкам, потеряли от 800 млн до 3,5 млрд евро. Но это еще не все российские деньги на Кипре на тот момент времени. Международное рейтинговое агентство Moody's подсчитало, что российские корпорации в конце 2012 года держали на депозитах в кипрских банках 19 млрд долл. Еще примерно 12 млрд долл. приходилось на депозиты российских банков. Итого еще около 3 млрд долл. потерь», – говорится в публикации.
«“Стрижка” была проведена в марте 2013 года. А в апреле того же года президент Республики Кипр Никос Анастадиасис сказал: “Я искренне надеюсь, что этот прецедент в отношении Кипра не будет применяться где-нибудь еще в Европе. Хотя, как известно, прецеденты на то и создаются, чтобы их использовали для разработки норм и принципов, которые должны применяться постоянно и повсюду”.
И действительно, опыт Кипра стал обсуждаться в практической плоскости сразу в нескольких странах – Новой Зеландии, Канаде, США и некоторых других. А также в Европейском союзе. Начали готовиться законопроекты, легализующие “стрижки” депозитов. Так, в Канаде в 2013 году правительством был подготовлен документ под названием “План действий в экономике”. Вот любопытный фрагмент из “Плана”: “Для системообразующих банков правительство предлагает в случае необходимости вводить режим принудительного вовлечения держателей обязательств банков в процесс оказания экстренной помощи. Этот режим будет действовать таким образом, чтобы в случае неблагоприятной ситуации истощения капитала системообразующих банков они могли ре-капитализироваться и вернуть жизнеспособность через быструю реструктуризацию определенных обязательств банков в регулятивный капитал”. В переводе на понятный язык это означает, что средства держателей депозитов могут использоваться для спасения банков.
Тогда добиться законодательного одобрения “стрижки” депозитов нигде не удалось. Но кипрский прецедент произошёл. И проекты законов, легализующих конфискацию средств клиентов, хранятся в архивах. До поры до времени. Есть признаки того, что в США, Европейском союзе, Великобритании и других странах в этом году может начаться грандиозный банковский кризис. Но власти наверняка вспомнят о кипрском прецеденте. Было бы неплохо, чтобы и миллионы клиентов кредитных организаций по всему миру (в том числе в России) о нем также не забывали», – заключил Валентин Катасонов.
