Накануне Великого поста — времени нашей сугубой молитвы, — перед Неделей о Страшном Суде мы совершаем поминовение всех от века усопших православных христиан. Церковь учит нас молитве. Чтобы никогда она не была у нас отвлеченной. А всегда — перед лицом той реальности, которая есть смерть наших близких и нас самих. Такой молитвой молился наш Господь в Гефсимании накануне Крестных Страданий, призывая Своих учеников бодрствовать и молиться с Ним. Мы все помним слова преподобного Силуана Афонского, что «молиться за других — кровь проливать». Молитва — это сражение любви. Каждый из нас в меру своих дарований призван быть на первых рубежах в этом сражении любви против греха и смерти. Чтобы стали живыми все чада Божии — алчущие, жаждущие, больные, заключенные в темницы здесь на земле и в вечности. В этом сражении молитвы мы остаемся немощными — мы никогда не умеем, не знаем, как молиться. Сами мы не можем любить так, как заповедует нам Христос. Но мы знаем, что Бог есть любовь. И любовь Божия, как свидетельствует апостол, излилась в сердца наши Духом Святым, Которого Отец наш Небесный дает не мерою и без конца. Если у нас нет любви, то, что мы совершаем, — еще не молитва. Молитва — это любовь, все отдающая. Только даром этой любви мы сможем узнать Христа в каждом из Его братьев, в каждой из Его сестер здесь на земле и в вечности.
Сегодня, в эту родительскую субботу, как и в Димитриевскую — оттого что происходят такие события, — мы сугубо молимся о всех невинно убиенных в Новороссии, среди которых множество женщин, стариков и детей. О всех за веру и Отечество живот свой положивших. На всех верных усопших изливается Христова любовь, но и души даже некрещеных не лишаются некоего утешения, как это было показано в видении преподобному Макарию Великому — то, что мы читаем в Синаксарии в Неделю о Страшном Суде. На войне все находятся на грани внезапной катастрофы, смерть рядом каждое мгновение. Но в отличие от нас, воины должны найти в себе силы принять этот жребий. Пусть многие из них не достигли еще тайны Христовой, но сама эта готовность принять смерть ради защиты других людей делает их близкими Христу. Сам этот подвиг во многом роднит их с подвигом христианских мучеников.
В каком-то смысле мы молимся за всех усопших как за воинов Христовых, потому что жизнь наша — война, до тех пор, пока не будет упразднен последний враг — смерть (1 Кор. 15, 25—26). Каждый, кто знает эту тайну, должен готовиться к последней встрече с самым страшным врагом, со смертью, чтобы воспринять свою собственную смерть и смерть самых дорогих и близких как из рук Божиих.
Наша молитва за усопших есть уготовление и к нашей собственной смерти. К обретению способности положить нашу жизнь за других. Разумеется, мы не можем сказать, что большинство воинов, о которых мы молимся, желали смерти подобно апостолу Павлу: «Имею желание разрешиться и быть со Христом» (Флп. 1. 21—23). Но мы знаем, что, «глубиною мудрости человеколюбно вся строяй», Господь сподобил их именно такой смерти, которая причастна смерти Христа, Первомученика и Первовоина, отдающего Свою жизнь за спасение других.
Есть у смерти совершенное время для каждого человека. Так что если бы дано нам было увидеть свою жизнь со стороны вечности, мы не избрали бы никакого другого часа для своей смерти, кроме этого, который даровал нам Господь. И вот о чем заставляет нас это задуматься. Если Господь сподобил этих людей принять именно такую смерть, то это значит, что они приняли особенный дар Божий — быть исключительным образом причастными Его Крестной смерти. А значит и Его Воскресению.
Все воины, о которых мы особенно сегодня молимся, не были совершенными людьми, большинство их не достигали по жизни своей святости, но своим служением они устремлялись к правде Христовой, ко Христу. И Церковь исповедует, что благодать Божия всегда сильнее человеческого греха, подобно тому как и избыточествующая жизнь Христова всегда побеждает смерть. «Нет больше той любви, как кто душу свою положит за друзей своих», — говорит Господь (Ин. 15, 13). И потому непоколебимо, в благодати Духа Святого звучит молитва Церкви о всех православных усопших: «Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих».
Протоиерей Александр Шаргунов, настоятель храма свт. Николая в Пыжах, член Союза писателей России
.jpeg)
