7 июня 1952 года на Троицу в хуторе Долгом Урюпинского района Волгоградской области родилась поэт Мария Сухорукова. На следующий день после дня рождения Великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина. И это не случайно. Это промыслительно. Наша духовная мама, схимонахиня Мария (Кудинова), Старица Макарьевского монастыря, что на Волге, показывая на Марию, говорила: «Пушкин».
В роду Сухоруковых был известный историк Дона Василий Дмитриевич Сухоруков, писатель, автор двухтомника «Историческое описание Земли Войска Донского». Это про него Александр Сергеевич Пушкин писал в очерке «Путешествие в Арзрум»: « Вечера я проводил с умным и любезным Сухоруковым…». И если Донские казаки называли своего талантливого писателя Михаила Шолохова «Новым Заветом», то Василия Дмитриевича Сухорукова называли «Ветхим Заветом».
Когда девочку Марию Сухорукову, чтобы крестить, внесли в храм, влетел белый голубь, и священник сказал: «У этой девочки будет большой дар». И так оно и случилось. С семи лет начала Мария писать стихи, прекрасно их читала. В школе её называли: «Не от мира сего». А бабушка Евдокия, вдова репрессированного священника, иерея Иоанна Макарова, погибшего на Соловках за Веру Православную, водила Мариюшку в храм Божий. И это не приминуло в дальнейшем отразиться на её творчестве. И пять её стихов-молитв вошли в антологию «Молитвы русских поэтов. XX – XXI век».
Молитва Богородице
Дева Ты моя Премилостивая,
Я к Тебе взываю в тишине.
Горлица моя чадолюбивая,
Помолись о грешной, обо мне.
Райский Свет, Заря Багряновидная,
Радость, просиявшая во мгле,
Средь неверья чёрного, постыдного
Ты – Одна Надежда на земле.
Сына Благодатного Страдалица,
Матерь Непорочная Его,
Не давай душе моей отчаяться,
Дай мне лучик Света Твоего!
В храм спешу, Тебе Одной покорная,
Освети грехов слепую глушь.
А Твои иконы чудотворные –
Родники целебные для душ.
Припадаю к ним, прошу прощения.
И в какой уже не знаю раз,
Льются слёзы, слёзы очищения
Родниковой влагою из глаз…
По линии матери Анастасии Петровны дед был казачьим атаманом. В нелёгкую годину гонений на казаков, когда по Декрету ВЦИК, составленному Троцким, казаки, «как самая организованная часть русской нации, способная к самоорганизации», подлежали уничтожению, атаман Пётр Васильевич Сухоруков эмигрировал в Канаду, и следы его затерялись.
О своём казачьем роде Мария создала две книги: «Песнь казачки» и «Малое стадо».
Казаками деды были,
И в святые наши дни
Крест Георгия носили
На своей груди они.
Русь любили, Русью жили,
Нянчили её зарю
И Отечеству служили,
Вере, батюшке Царю.
И молились перед боем,
И когда из боя шли.
И благодарили Бога
За красу небес, земли.
За кусок ржаного хлеба
И за подвиги в борьбе
Пели дружно, звонко, лепо:
«Слава, Господи, Тебе!»
Ладным, складным, чутким хором
Собиралися они,
Грянув молодо, соборно:
«Боже наш, Царя храни!»
Кровь казачья сон тревожит.
Я Отчизною горю.
И служить я жажду тоже
Родине, но не безбожной,
Вере, Батюшке Царю.
Александр Сергеевич Пушкин призывал поэтов «глаголом жечь сердца людей». Такой и была поэт Мария Сухорукова. Бичевала грехи наши смело, открыто, талантливо.
Базар
Вся Россия в базар превратилась:
Разговоры базарные сплошь.
Бизнесмены кругом, воротилы,
И где правда, где ложь, не поймёшь.
И торговки кричат повсеместно,
И девицы себя продают,
И душе моей мрачно и тесно,
Не хватает её воздуха тут.
Убегаю к берёзам осенним,
Да к рябиновым зорям в лесу.
Но и здесь не найду я спасенья,
От страданий себя не спасу.
От сомнений, отчаянья, боли,
От моих каждодневных тревог.
Дали осенние, и голубое
Онемело пространство у ног…
И недаром так сердце скрутило,
Тьма в глазах, ничего не видать.
Вся Россия в базар превратилась,
Скоро души начнут продавать.
Хаос дикий вокруг, бездорожье,
В тучах луч засверкал, словно меч.
Богородица, Господи Боже,
Как мне душу свою уберечь?!
И кому в этом треске сорочьем
Нужен иволги песенный дар?!
Всюду властвует, пьёт и хохочет
Оголтелый, безумный базар.
Слог её стихов был настолько красив и прост, что на её стихи писали и пишут песни многие профессиональные и самодеятельные композиторы. Казаки Александр и Геннадий Заволокины, организаторы Всероссийского конкурса «Играй, гармонь», так полюбили свою «чалдоночку» (человек с Дона), что создали целых 13 песен на её стихи. И, пожалуй, самая красивая из них – песня о России.
Русь
Моя Православная, мудрая Родина,
К истокам твоим устремлюсь.
Пророческим взором блаженных, юродивых
Глядит в меня Древняя Русь.
Десница протянута Божия с нежностью,
От нежности не отрекусь.
Смиряет мятежность мою безмятежностью
Берёзово-снежная Русь.
Равнина в чистейших снегах расстилается,
Покоя её не коснусь.
Молитвою слово к устам прикасается,
Святое, любимое – Русь.
О, Русь – моя Родина,
Русь – моя Родина,
Тобою одной исцелюсь.
Моя сокровенная, богоугодная,
Мой храм и спасение – Русь.
Мария Сухорукова как поэт и гражданин приняла участие в историческом Крестном ходе «Покаяние за Царя» в июле 2000-ого года, пройдя от Нижнего Новгорода до Дивеева 168 километров. По окончании Крестного хода она создала книгу «Ангелы Незлобия», посвящённую Подвигу Святого Царского Семейства. Её мама, Анастасия Петровна бережно хранила в сундуке портреты Государя Николая II и Государыни Александры Феодоровны. За это тогда сажали в тюрьму. И Мария с самого детства впитала в себя любовь к Царю. Она была истинной монархисткой и верила в возрождение Царской власти в России, и молила об этом Господа.
Над ясною осенью чёрные стаи
Всё кружат, быстрей и быстрей.
О, Господи, Боже, в России восстави
Престол Православных Царей!
Своё Вековое Премудрое Чудо
Яви во спасенье страны.
Как страшно, когда восседают повсюду
Помазанники сатаны.
Поэтому нет в грешных душах просвета,
Плоды наши часто горчат.
И осень не в осень, и лето не в лето,
И чёрные птицы кричат.
Мы всяким течениям ложным в угоду
Сердца продаём, да умы.
И слушаться нас перестала природа,
Коль Бога не слушаем мы.
А осень… Корона её золотая
Мир делает краше, мудрей.
Она мне невольно вдруг напоминает
Короны Российских Царей.
Тебе всё возможно, Небесный Владыка.
Живём, беззаконья творя.
И милости мы не достойны великой:
Мы не заслужили Царя.
Мне снятся под образом древней иконы
При жёлтой тоске фонарей:
Кареты и кони, кресты, фаэтоны
И лики убитых Царей.
Обида гнетёт за Родную Державу,
И лучшие гибнут сыны.
Вонзают в сердца ядовитое жало
Помазанники сатаны.
Как ветры осенние душу тревожат.
О твердь бьются стоны гусей.
Но только у Бога всё, всё-то возможно.
Поверим возможности сей!
Когда читаешь стихи Марии, то перед тобой предстаёт человек исполинской силы Духа и глубокий аналитик. Вспоминая Александра Сергеевича Пушкина, можно сказать, что и у Пушкина, и у Марии Сухоруковой, стихи – это поэзия мысли. Как-то один слушатель, впервые услышав стихи Марии, сказал, что их писала не женщина. Настолько мужественны были её стихи. Что интересно, она, как и Анна Ахматова, не любила, когда её называли поэтессой.
Корни России
Россия – что древо, в ней сила,
В ней крепь и свободы размах.
Мы – ветви и почки России,
А корни её – в небесах.
А корни её – в Негасимом,
Вселюбящем Сердце Христа.
Без Бога она – не Россия.
Без Бога мы все – пустота .
От Господа каждая кроха
И капелек чистых родство.
Все подвиги наши – от Бога,
Спасение всё – от Него.
Россия, ты с Богом всесильна,
Храни перед Ним только страх.
И помни, Родная Россия,
Что корни твои – в небесах.
Наш духовный отец, известный духовный писатель и богослов, протоиерей Михаил Труханов, отсидевший за Веру Православную в разных уголках нашей необъятной Родины пятнадцать лет и получив от Бога четыре пятёрки: пять тысяч пятьсот пятьдесят пять дней заточения, всё время говорил, что стихи нужно сверять по Псалтири. И это наставление Мария всегда помнила и училась у Великого Царя Давида поэтическому мастерству, покаянию.
Покаяние
На рассвете щемяще поют соловьи,
Крест лучей освещает дорогу.
Согрешенья и помыслы все-то свои
Исповедую Господу Богу.
За отцов и за братьев прошедших родов,
Что прапрадеды наши убили,
Каюсь тихо под вздохи Небесных Садов.
Ведь они ничего не забыли!
За убийство Прекраснейшей Царской Семьи,
За Царя-Искупителя каюсь.
На рассвете щемяще поют соловьи…
Просыпаюсь, слезой обливаюсь.
За безбожие, дерзость и гордость свою,
За младенцев невинных, убитых
Каюсь, каюсь в моём осквернённом краю
Средь берёз, детским плачем облитых.
Я грешна в том, что гимн сатанинский, лихой
Лицемерно, заливисто пела,
Что была к слову Божию просто глухой,
Что ослепла, совсем отупела.
За своё равнодушие к подлости, злу,
Что порою не к тем обращаюсь
И несу в своём сердце кромешную мглу,
Каюсь, каюсь, до смертушки каюсь.
Ирина Александровна Высоцкая, директор Нижегородского Благотворительного фонда «Меценат»
.jpg)
