«Мы можем констатировать переход российско-китайского партнерства в новую фазу, об этом свидетельствует совместная позиция Москвы и Пекина по Сирии, два раза использованное обеими странами право вето в Совете безопасности ООН, их твердое несогласие на те формулы решения сирийской проблемы, которые выдвигает Запад», - сказал в эксклюзивном интервью «Голосу России» председатель комитета ГД по международным делам Алексей Пушков, комментируя переговоры в Пекине лидеров России и Китая
«Самое важное и самое главное – это то, что Владимир Путин свой первый полновесный зарубежный визит, который длился не два-три часа, как это было в Германии, или краткосрочный, как во Франции, а полновесный зарубежный визит нанес в Китай. Я думаю, что в Америке это не останется незамеченным, потому что, конечно, политическая ориентация РФ имеет очень большое значение, сколько бы ни говорили о том, что Россия – второстепенная держава, как любят говорить наши американские друзья. Если она второстепенная, то почему было так много усилий приложено к тому, чтобы заполучить Путина на «большую восьмерку»? Ведь ради этого Обама даже перенес заседание «большой восьмерки» из Чикаго в Кэмп-Дэвид под Вашингтон, чтобы Путину не пришлось демонстративно уезжать перед саммитом НАТО, который собирался в Чикаго.
Россия – не второстепенная держава. Это одна из ведущих держав современного мира. Естественно, отношения с Китаем, переговоры Путина в Пекине в центре всеобщего внимания. Всех интересует, насколько далеко зайдёт российско-китайское партнерство. Сегодня мы можем констатировать переход этого партнерства в новую фазу. Об этом свидетельствует совместная позиция Москвы и Пекина по Сирии, два раза использованное обеими странами право вето в Совете безопасности ООН, их твердое несогласие на те формулы решения сирийской проблемы, которые выдвигает Запад, а выдвигались разные формулы от гуманитарной интервенции, то есть вооруженного вмешательства, до всемирной поддержки, финансирования и вооружения оппозиции. Тот факт, что тандем Москва-Пекин выдерживает огромное давление со стороны западных держав, со стороны их арабских союзников и выдерживает свою позицию, мне кажется, это нечто новое, такого еще не было.
У России и Китая давно выработался подход, что обе стороны выступают против гегемонии в международных делах одной державы, понятно, какой державы, собственно той, которая только на гегемонию и претендует, потому что больше никто и не претендует. И эти декларации делались ежегодно во время визита китайских лидеров в Москву или российских руководителей в Пекин. Но одно дело декларация, а другое дело, когда это начинает получать практическое политическое наполнение. Декларация – это некое заявление о намерениях, вы выражаете свою позицию, но вы не обязательно будете за нее биться. А сейчас, как мне кажется, Китай себя чувствует более уверенно, выйдя на второе место в мире по объему ВВП и превратившись в прямого конкурента для США в целом ряде отношений, Китай все серьезнее делает заявку на роль первостепенной мировой державы. И Россия чувствует себя более уверенно, поскольку сумела довольно многого добиться и в области нашего международного веса, и в области экономического веса. Кстати, это очень часто недооценивают за критикой наших экономических достижений, которой, в основном занимаются в России, как-то упускают, что мы, между прочим, входим в первую восьмерку государств по объему ВВП и что задача, поставленная Путиным – вывести нас на пятое место к 2020 году, вполне реализуема. Мы занимаем третье место в мире по объему золотовалютных резервов. В условиях того кризиса, который мы видим в Европе и который переживают сами США, где госдолг уже выше ВВП, российские показатели очень приличные. Это не значит, что мы обязательно останемся нетронутыми следующей волной кризиса, она может нас в той или иной степени затронуть. Но я думаю, что эта степень будет гораздо ниже, чем те катастрофические ситуации, которые сейчас возникают повсеместно в Европе, от Греции до Испании. Мне кажется, этот новый вес, в том числе, экономический вес России и Китая придают им ощущение, что они с полным правом могут говорить другим языком на мировой арене, настаивать на своей позиции.
Тем более, обратите внимание, ведь США уже в общем признали, что они не всесильны, они отказались от доктрины всесильной Америки, которую исповедовал Джордж Буш. Доктрина всесильной Америки провалилась в Ираке: 8 лет оккупации, чудовищные разрушения, больше ста тысяч погибших мирных граждан, и только сейчас Ирак начинает так как-то понемножку приходить в себя. 11 лет войны в Афганистане. Какой результат? В 2014 году НАТО И США уходят из Афганистана, и все прекрасно понимают, что как только они уйдут, к власти придут талибы. Это что, великие достижения, это триумф американской военной машины? Нет, это поражение, серьезное поражение, которое указывает на то, что в некоторых регионах земного шара военными методами ничего не решить. Мы 10 лет пытались военными методами решить афганскую проблему и ушли. И Американцы, и НАТО точно также уйдут.
На фоне постепенного ослабления США, и экономического и политического, мне кажется, что роль России и Китая будет расти. Я думаю, что желание видеть другой миропорядок, другую систему международных отношений, где решаться все будет на основах международного права, а не группой государств, объединенных вокруг США и во главе с Америкой, - это общий российско-китайский интерес. И повторю, что сотрудничество, даже союзничество по Сирии – это очень показательная вещь, это новое качество наших отношений. И визит Владимира Путина в Пекин происходит именно в рамках утверждения этого нового качества. Можно говорить о серьёзном экономическом сотрудничестве. У нас постоянно растет товарооборот».
http://rus.ruvr.ru/_print/77375360.html
.jpeg)
