В Петербурге готовится новый громкий судебный процесс. Как сообщают многие СМИ со ссылкой на следственные органы, в городе вновь якобы обезврежена "банда киллеров", специализирующихся на заказных убийствах известных "авторитетных" лидеров. Но так ли убедительны аргументы следствия, предписывающие всем подряд порой одни и те же тяжкие обвинения? Ведь криминогенная атмосфера в городе от раскрытия "выдуманных" преступлений или ведения "заказных" уголовных дел реально не улучшается, тем более если в криминальных разборках задействованы самые высокие должностные лица петербургской правоохранительной иерархии. Усугубляет эту ситуацию и то, что уже не первый раз следственные органы "сливают" в подконтрольные, послушные газеты "нужную" информацию, которую на деле вообще, как правило, адвокаты не находят потом в материалах уголовных дел, но которая служит ЖЕЛАТЕЛЬНЫМ ФОНОМ для вынесения прокуратурой или судом заранее подготовленных решений.
Такое мы уже видели не раз: и в деле Мирилашвили, и в деле Рождественского, и в деле депутата ЗакС Ковалева, и в нашумевшем деле писателя, депутата ЗакС Юрия Шутова. И каждый раз сотрудничающие с правоохранительными органами СМИ наперегонки кричали о раскрытии тех или иных преступлений и о мнимых успехах следственных органов. Теперь все завопили о полном уничтожении САМОЙ СИСТЕМЫ "Бандитского Петербурга", гордо описанной в одноименном творении Андрея Константинова.
Поначалу и в случае так называемой "братской ОПГ", о существовании которой адвокаты, юристы, журналисты узнали не от прокуратуры и ГУВД, а из "Тайного Советника", многие обстоятельства, насильно зомбирующие сознание читателей городских газет, вполне казались обстоятельными. Со скоростью государственной фельдъегерской службы в разных СМИ прошла информация о раскрытии преступлений некой организованной группы, возглавляемой якобы Олегом Маковозом.
Стоит отметить, что в Петербург и политику как общественный деятель Маковоз пришел не сразу, а долгое время занимался частным бизнесом. Сферой его интересов были главным образом лесоперерабатывающая промышленность и фармакология. Собственно, именно последнее перспективное направление и заставило преуспевающего бизнесмена переехать из родной Иркутской области в Петербург. Здесь для защиты собственных экономических проектов было необходимо или "ложиться" под уже существующие охранные структуры, курируемые милицейским или иным начальством, или создавать собственную охранную фирму. Это и стало, по-видимому, роковой ошибкой молодого предпринимателя, пожелавшего в среде разделенной по зонам влияния финансово-экономической модели современного Петербурга сохранить свои независимость и самостоятельность.
Как мы знаем, способов "относительно честного" отъема средств у преуспевающих граждан наша правоохранительная система в лице заинтересованных, коррумпированных лиц напридумывала куда больше пресловутого Остапа Ибрагимовича Бендера. Наглядным примером тому служит громкое дело "оборотней в погонах", начатое при Борисе Грызлове, но спущенное на тормозах коррупционерами высшего пилотажа и не нашедшее поддержки прокуроров на местах. Например, в Санкт-Петербурге, где министр внутренних дел России клятвенно обещал уничтожить под корень самые опасные "тамбовскую" и "казанскую" ОПГ, они успешно процветают и поныне. Таким же примером, по моей информации, служит и уникальное дело гражданина ФРГ Зигфрида Креклау (Siegfried Kreklau), угодившего года полтора назад "по доброй воле" российских партнЈров в тюрьму на улице Лебедева.
Большинство громких судебных дел, прошедших в нашем городе, так или иначе связаны с переделом собственности между представителями различных организованных группировок. И если лет десять назад хотя бы иногда встречались случаи, когда бандитов и прочих мафиози сажали по тюрьмам из-за разграбления государственной собственности, то теперь, когда всЈ бывшее социалистическое имущество распихано по частным карманам, перекраивать принялись уже то, что принадлежит кому-то конкретно. Здесь-то и "пошла карта" тем, кто вовремя подсуетился и успел обзавестись как своими коррумпированными милицейскими генералами и трудоустроенными работниками прокуратуры, так и специализированными, ручными, как болонка, информационными структурами, формирующими под благородным предлогом якобы независимых журналистских расследований нужное заказчикам общественное мнение.
Так случилось, по моему мнению, и с Олегом Маковозом. Дорогу он перешел небезызвестному главохраннику северной столицы - недавно умершему при загадочных обстоятельствах Роману Цепову (Белинсону), учредителю ЧОП (частного охранного предприятия) "Балтик-эскорт". Некоторые СМИ, в которых Цепов имел свой интерес в виде полноправного, а где-то основного хозяина бизнеса, сразу же принялись создавать ему имидж чуть ли не "смотрящего за Петербургом" от лица государства и президента, намеренно опуская очень интересные факты его лихой биографии. Именно здесь стоит отметить, что Белинсон достаточно часто фигурировал как постоянный потерпевший в многочисленных уголовных делах. По мнению следствия, Романа якобы регулярно хотели убить, причЈм совершенно разные люди, но каждый раз доблестная милиция умудрялась раскрыть "готовящиеся" покушения еще задолго до того, как сами преступники решались идти на дело. Такую "везучесть" Ромы Белинсона объяснить случайным стечением обстоятельств, наверное, нельзя, тем более что зачастую в ходе "относительно честного" отъЈма имущества и средств сами несостоявшиеся, но финансово обеспеченные злоумышленники лишались собственного имущества и надолго отправлялись в тюрьмы по приговорам судов. Стоит ли уточнять, что новыми фактическими хозяевами иногда становились подконтрольные или близкие Роману структуры? Именно так произошло, например, с отставным офицером Шабалиным, владевшим несколькими дорогостоящими офисами на улице Восстания, теперь признанным виновным - ПО ПОКАЗАНИЯМ НЕИЗВЕСТНОГО СВИДЕТЕЛЯ-АНОНИМА - в подготовке покушения на Цепова. Ближайшие 9 лет он проведЈт в заключении. Зато его офисы уже заняли новые хозяева. Есть еще ряд примеров, которые достойны общественного внимания.
В деле же Олега Маковоза наметилась, по мнению правозащитников, приблизительно та же тенденция, что и в некоторых из уже прошедших уголовных дел. Фактически вся доказательная база при предъявлении обвинений сводится лишь к показаниям ОДНОГО-ЕДИНСТВЕННОГО (?!) свидетеля. Стоит ли говорить, что при нормальном делопроизводстве оговоры не могут исключаться из рассмотрения, но и не могут являться достаточным аргументом в признании человека виновным?! Тем более, когда речь идет о свидетелях с сомнительными биографией и общественным положением.
В деле Олега роль такого свидетеля выпала на некоего Дениса Д-на. Последний, как организатор покушения на Маковоза, будучи сам арестованным, вдруг, ЧЕРЕЗ ПОЛГОДА ОТСИДКИ В СИЗО, "вспомнил", что ПЯТЬ ЛЕТ НАЗАД (?!) вместе с Маковозом якобы участвовал в убийстве одного деятеля криминального мира, а именно Павла Касаева. Судя по "сочувствующим" следователям переутомлЈнным питерским солнцем журналистам из цеповских СМИ - это единственное "доказательство", предъявленное Олегу Маковозу.
Умозрительно я могу себе представить, как и в каком ключе могла идти беседа этого свидетеля и следственных работников. Ведь в совсем недалеком (всего 20 лет назад) прошлом в одном из "правоохранительных" учреждений Ленинграда некие деятели в штатском пытались выбить из меня совершенно дурацкие показания с помощью... "Большой Советской энциклопедии", методичными и сильными ударами по голове! О чем шЈл вполне возможный торг с Денисом Д-ым, точно известно быть не может, но после протокольного оформления показаний, данных против Маковоза, этого "свидетеля" (Дениса Д-на), УЧАСТНИКА УБИЙСТВ, РАЗБОЯ И ВЫМОГАТЕЛЬСТВА, чудесным образом освободили из-под стражи под подписку о невыезде, что вообще является нонсенсом в следственно-судебной практике! И это - юридический факт! Стоит ли говорить, что цена собственной свободы куда выше, чем потенциальный оговор, в общем-то, постороннего человека. А все остальные крики со страниц городских газет о раскрытии убийств крупных криминальных лидеров, в том числе Константина Яковлева (Кости Могилы) и прочих, есть, по мнению правозащитников, не что иное, как попытка создания нужного общественного фона для вынесения необходимых заказчикам дела решений.
Кстати, мне пришлось встречаться с Костей Могилой незадолго до его последнего отъезда в Москву. Он что-то предчувствовал, что-то знал. Не мог же он просто так бросить на прощание фразу: "Степаныч! Приеду, расскажу потрясающую детективную историю. Похоже, мною плотно занялись твои любимые "искусствоведы в штатском".
На описанном фоне ярко и регулярно вырисовывается личность нынешнего начальника криминальной милиции ГУВД по СПб и ЛО Владислава Пиотровского. Именно ему в заслугу ставят в один голос, как по команде, организованные СМИ "непосредственное участие в раскрытии банды киллеров".
Между тем есть основания полагать, что "главарь" так вовремя (для раскрываемости особо тяжких дел) сконструированной "братской ОПГ" Олег Маковоз стал жертвой некоего коммерческого "проекта" Белинсона и коррумпированных "оборотней в погонах" из милиции. Мне лично приходилось видеть фотографии Белинсона с Маковозом и фото усопшего авторитета с джентльменом, донельзя похожим на Владислава Пиотровского, который в своЈ время бесцеремонно и противозаконно выдворил журналиста Андрущенко за дверь кабинета на Литейном, 4, когда в Ленинград приехала комиссия МВД по служебному расследованию "заволокичивания" ведомством Пиотровского до неприличия дела безвестного исчезновения Павла Георгиевича Маркова. Как журналисту, пристально наблюдающему за "похождениями" Белинсона со времЈн генерала Анатолия Пониделко во главе ГУВД, мне стало известно о противостоянии на почве охранного и фармацевтического бизнеса Белинсона и Маковоза задолго до ареста последнего.
Зная личностные "особенности" Белинсона - Цепова, мне представляется вполне вероятной следующая ВЕРСИЯ событий. Приглянувшегося молодого и самостоятельного бизнесмена сначала взяли на заметку. Некие коррумпированные сотрудники соответствующего профильного отдела ГУВД занялись наружным наблюдением, получая приказы от некоего коррумпированного начальника. Шел сбор информации, затем потенциальные милицейские коррупционеры в определенный момент организовывали правоохранительный наезд на приглянувшегося предпринимателя. С одной стороны, жертву могли прессовать через милицейские органы, с другой - через те, которые живут не по закону, а по "понятиям". Вполне возможно, в тандем могли входить и некие заинтересованные высокопоставленные представители ГУИН.
Приходится ещЈ раз вспомнить, С КАКОЙ ЛіГКОСТЬЮ, СОВСЕМ НЕДАВНО, ГОД НАЗАД, ОБОШЕЛ ВСЕ ГУИНовские барьеры (ЯВНО НЕ БЕЗВОЗМЕЗДНО) и снял В ТЮРЬМЕ свой знаменитый документальный видеофильм о жутких условиях содержания подследственных германский заключЈнный Siegfried Kreklau. Видеофильм успел уйти в Amnesty International, Human Rights Watch, International Helsinki Federation, в комиссии по правам человека ООН и Совета Европы. Только через несколько месяцев после публикации об этом факте в редакцию пожаловал лично начальник отдела по борьбе с организованной преступностью управления ОРБ министерства юстиции РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области К.А. Веклич. Он узнал о несанкционированном проносе в тюрьму видеокамеры и свободном передвижении телеоператора и заключЈнного Креклау по отдельным камерам... лишь из нашей газеты. После чего, вместо пресечения жестокого обращения с заключЈнными, письмо которых опубликовал "НП", Константин Веклич допытывал журналистов лишь об одном - как же это без его ведома телеоператор оказался в тюрьме? При этом на меня как на журналиста оказывалось сильнейшее давление в течение месяца. Надо заметить, что со сменой начальства в управлении исполнения наказаний и приходом туда Заборовского, судя по обращениям в "НП", нарушений закона стало меньше, а открыто исполнять бытовавшие по тюремным слухам приказы по "прессовке" нужных обвиняемых вообще стало делом весьма проблематичным.
По моим наблюдениям, выпадение из игры Романа Цепова-Белинсона внесло полную сумятицу в налаженный быт того Петербурга, который живЈт "по понятиям". Во-первых, оказались в подвешенном состоянии внедрЈнные в правоохранительные органы для решения конкретных клановых, коммерческих задач потенциальные коррупционеры. Что касается Пиотровского, по моему мнению, он, несомненно, должен был испытать некоторое облегчение. Ведь как известно, Роман всегда держал компромат, или просто детали личной жизни, потребные для возможного "давления" на всех своих партнЈров и даже шапочных знакомых. Надо полагать, что и Пиотровский не был исключением из правил.
Роман ушел! Но еще делает свое дело старательно сформированный через карманные СМИ образ человека, приближенного к Кремлю и первым лицам государства. Это обстоятельство пока остаЈтся в памяти некоторых чиновников, готовых в любой момент угодить сильным мира сего, к которым они и причисляют ошибочно г-на Пиотровского.
Наверное, именно эти сомнения читали в лице опоздавшего на похороны Ромы и одиноко державшегося в стороне начальника криминальной милиции Санкт-Петербурга все те, кто пришел проводить в последний путь руководителя легендарного "балтийского сопровождения". Растерянность начальника криминальной милиции Петербурга вполне объяснима. Ведь именно он, по устойчивым слухам, уже долгое время метит в начальники ГУВД, искренне полагая, что такой статус откроет безграничные возможности для любой деятельности. В одиночку же, по мнению некоторых милицейских профессионалов, даже эта мечта со временем становится всЈ более и более несбыточной. Именно поддержка Цепова, по-видимому, гарантировала ему осуществление своих замыслов.
Ходят слухи, что загородный особняк некоего милицейского генерала, баснословной цены, есть не что иное, как результат плодотворного сотрудничества того генерала с Романом Цеповым. Печалит же информированных адвокатов, журналистов и правозащитников больше всего то, что нас, граждан великого города, опять пичкают подготовленными на цеповской кухне сенсациями об улучшении криминогенной обстановки в городе по причине якобы ПОЛНОГО раскрытия и уничтожения всех до одного членов очередного преступного клана, будь то ОПГ Мирилашвили, Малышева, Акулы или кого еще, в то время как организованные преступные сообщества, ГЛУБОКО ИНТЕГРИРОВАННЫЕ В ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ОРГАНЫ И ФИНАНСОВУЮ СИСТЕМУ СТРАНЫ, так и остаются неприкасаемыми.
Наиболее громкие уголовные дела последних лет, такие как заказные убийства Михаила Маневича и Дмитрия Варварина, как убийства таджикской девочки и правозащитника Гиренко, как безнаказанная попытка убийства Валерия Падохина и реализованное убийство его сына Дмитрия, как безвестное исчезновение Павла Маркова остаются на совести криминальной милиции Питера в числе "глухарей". Другие дела, например дела Шутова и Старовойтовой, обрастают гигантской паутиной процессуальных и конституционных нарушений и постепенно разваливаются в судах, даже несмотря на то, что суды упорно, ВОПРЕКИ КОНСТИТУЦИИ, отказывают и подследственным, и потерпевшим в конституционном праве на суд присяжных.
Очень удобная для полицейского государства система - обвинение и арест на основании показаний единственного свидетеля, а затем - суд за закрытыми дверями судьЈй, при отсутствии присяжных, публики и прессы.
Такое мы уже видели не раз: и в деле Мирилашвили, и в деле Рождественского, и в деле депутата ЗакС Ковалева, и в нашумевшем деле писателя, депутата ЗакС Юрия Шутова. И каждый раз сотрудничающие с правоохранительными органами СМИ наперегонки кричали о раскрытии тех или иных преступлений и о мнимых успехах следственных органов. Теперь все завопили о полном уничтожении САМОЙ СИСТЕМЫ "Бандитского Петербурга", гордо описанной в одноименном творении Андрея Константинова.
Поначалу и в случае так называемой "братской ОПГ", о существовании которой адвокаты, юристы, журналисты узнали не от прокуратуры и ГУВД, а из "Тайного Советника", многие обстоятельства, насильно зомбирующие сознание читателей городских газет, вполне казались обстоятельными. Со скоростью государственной фельдъегерской службы в разных СМИ прошла информация о раскрытии преступлений некой организованной группы, возглавляемой якобы Олегом Маковозом.
Стоит отметить, что в Петербург и политику как общественный деятель Маковоз пришел не сразу, а долгое время занимался частным бизнесом. Сферой его интересов были главным образом лесоперерабатывающая промышленность и фармакология. Собственно, именно последнее перспективное направление и заставило преуспевающего бизнесмена переехать из родной Иркутской области в Петербург. Здесь для защиты собственных экономических проектов было необходимо или "ложиться" под уже существующие охранные структуры, курируемые милицейским или иным начальством, или создавать собственную охранную фирму. Это и стало, по-видимому, роковой ошибкой молодого предпринимателя, пожелавшего в среде разделенной по зонам влияния финансово-экономической модели современного Петербурга сохранить свои независимость и самостоятельность.
Как мы знаем, способов "относительно честного" отъема средств у преуспевающих граждан наша правоохранительная система в лице заинтересованных, коррумпированных лиц напридумывала куда больше пресловутого Остапа Ибрагимовича Бендера. Наглядным примером тому служит громкое дело "оборотней в погонах", начатое при Борисе Грызлове, но спущенное на тормозах коррупционерами высшего пилотажа и не нашедшее поддержки прокуроров на местах. Например, в Санкт-Петербурге, где министр внутренних дел России клятвенно обещал уничтожить под корень самые опасные "тамбовскую" и "казанскую" ОПГ, они успешно процветают и поныне. Таким же примером, по моей информации, служит и уникальное дело гражданина ФРГ Зигфрида Креклау (Siegfried Kreklau), угодившего года полтора назад "по доброй воле" российских партнЈров в тюрьму на улице Лебедева.
Большинство громких судебных дел, прошедших в нашем городе, так или иначе связаны с переделом собственности между представителями различных организованных группировок. И если лет десять назад хотя бы иногда встречались случаи, когда бандитов и прочих мафиози сажали по тюрьмам из-за разграбления государственной собственности, то теперь, когда всЈ бывшее социалистическое имущество распихано по частным карманам, перекраивать принялись уже то, что принадлежит кому-то конкретно. Здесь-то и "пошла карта" тем, кто вовремя подсуетился и успел обзавестись как своими коррумпированными милицейскими генералами и трудоустроенными работниками прокуратуры, так и специализированными, ручными, как болонка, информационными структурами, формирующими под благородным предлогом якобы независимых журналистских расследований нужное заказчикам общественное мнение.
Так случилось, по моему мнению, и с Олегом Маковозом. Дорогу он перешел небезызвестному главохраннику северной столицы - недавно умершему при загадочных обстоятельствах Роману Цепову (Белинсону), учредителю ЧОП (частного охранного предприятия) "Балтик-эскорт". Некоторые СМИ, в которых Цепов имел свой интерес в виде полноправного, а где-то основного хозяина бизнеса, сразу же принялись создавать ему имидж чуть ли не "смотрящего за Петербургом" от лица государства и президента, намеренно опуская очень интересные факты его лихой биографии. Именно здесь стоит отметить, что Белинсон достаточно часто фигурировал как постоянный потерпевший в многочисленных уголовных делах. По мнению следствия, Романа якобы регулярно хотели убить, причЈм совершенно разные люди, но каждый раз доблестная милиция умудрялась раскрыть "готовящиеся" покушения еще задолго до того, как сами преступники решались идти на дело. Такую "везучесть" Ромы Белинсона объяснить случайным стечением обстоятельств, наверное, нельзя, тем более что зачастую в ходе "относительно честного" отъЈма имущества и средств сами несостоявшиеся, но финансово обеспеченные злоумышленники лишались собственного имущества и надолго отправлялись в тюрьмы по приговорам судов. Стоит ли уточнять, что новыми фактическими хозяевами иногда становились подконтрольные или близкие Роману структуры? Именно так произошло, например, с отставным офицером Шабалиным, владевшим несколькими дорогостоящими офисами на улице Восстания, теперь признанным виновным - ПО ПОКАЗАНИЯМ НЕИЗВЕСТНОГО СВИДЕТЕЛЯ-АНОНИМА - в подготовке покушения на Цепова. Ближайшие 9 лет он проведЈт в заключении. Зато его офисы уже заняли новые хозяева. Есть еще ряд примеров, которые достойны общественного внимания.
В деле же Олега Маковоза наметилась, по мнению правозащитников, приблизительно та же тенденция, что и в некоторых из уже прошедших уголовных дел. Фактически вся доказательная база при предъявлении обвинений сводится лишь к показаниям ОДНОГО-ЕДИНСТВЕННОГО (?!) свидетеля. Стоит ли говорить, что при нормальном делопроизводстве оговоры не могут исключаться из рассмотрения, но и не могут являться достаточным аргументом в признании человека виновным?! Тем более, когда речь идет о свидетелях с сомнительными биографией и общественным положением.
В деле Олега роль такого свидетеля выпала на некоего Дениса Д-на. Последний, как организатор покушения на Маковоза, будучи сам арестованным, вдруг, ЧЕРЕЗ ПОЛГОДА ОТСИДКИ В СИЗО, "вспомнил", что ПЯТЬ ЛЕТ НАЗАД (?!) вместе с Маковозом якобы участвовал в убийстве одного деятеля криминального мира, а именно Павла Касаева. Судя по "сочувствующим" следователям переутомлЈнным питерским солнцем журналистам из цеповских СМИ - это единственное "доказательство", предъявленное Олегу Маковозу.
Умозрительно я могу себе представить, как и в каком ключе могла идти беседа этого свидетеля и следственных работников. Ведь в совсем недалеком (всего 20 лет назад) прошлом в одном из "правоохранительных" учреждений Ленинграда некие деятели в штатском пытались выбить из меня совершенно дурацкие показания с помощью... "Большой Советской энциклопедии", методичными и сильными ударами по голове! О чем шЈл вполне возможный торг с Денисом Д-ым, точно известно быть не может, но после протокольного оформления показаний, данных против Маковоза, этого "свидетеля" (Дениса Д-на), УЧАСТНИКА УБИЙСТВ, РАЗБОЯ И ВЫМОГАТЕЛЬСТВА, чудесным образом освободили из-под стражи под подписку о невыезде, что вообще является нонсенсом в следственно-судебной практике! И это - юридический факт! Стоит ли говорить, что цена собственной свободы куда выше, чем потенциальный оговор, в общем-то, постороннего человека. А все остальные крики со страниц городских газет о раскрытии убийств крупных криминальных лидеров, в том числе Константина Яковлева (Кости Могилы) и прочих, есть, по мнению правозащитников, не что иное, как попытка создания нужного общественного фона для вынесения необходимых заказчикам дела решений.
Кстати, мне пришлось встречаться с Костей Могилой незадолго до его последнего отъезда в Москву. Он что-то предчувствовал, что-то знал. Не мог же он просто так бросить на прощание фразу: "Степаныч! Приеду, расскажу потрясающую детективную историю. Похоже, мною плотно занялись твои любимые "искусствоведы в штатском".
На описанном фоне ярко и регулярно вырисовывается личность нынешнего начальника криминальной милиции ГУВД по СПб и ЛО Владислава Пиотровского. Именно ему в заслугу ставят в один голос, как по команде, организованные СМИ "непосредственное участие в раскрытии банды киллеров".
Между тем есть основания полагать, что "главарь" так вовремя (для раскрываемости особо тяжких дел) сконструированной "братской ОПГ" Олег Маковоз стал жертвой некоего коммерческого "проекта" Белинсона и коррумпированных "оборотней в погонах" из милиции. Мне лично приходилось видеть фотографии Белинсона с Маковозом и фото усопшего авторитета с джентльменом, донельзя похожим на Владислава Пиотровского, который в своЈ время бесцеремонно и противозаконно выдворил журналиста Андрущенко за дверь кабинета на Литейном, 4, когда в Ленинград приехала комиссия МВД по служебному расследованию "заволокичивания" ведомством Пиотровского до неприличия дела безвестного исчезновения Павла Георгиевича Маркова. Как журналисту, пристально наблюдающему за "похождениями" Белинсона со времЈн генерала Анатолия Пониделко во главе ГУВД, мне стало известно о противостоянии на почве охранного и фармацевтического бизнеса Белинсона и Маковоза задолго до ареста последнего.
Зная личностные "особенности" Белинсона - Цепова, мне представляется вполне вероятной следующая ВЕРСИЯ событий. Приглянувшегося молодого и самостоятельного бизнесмена сначала взяли на заметку. Некие коррумпированные сотрудники соответствующего профильного отдела ГУВД занялись наружным наблюдением, получая приказы от некоего коррумпированного начальника. Шел сбор информации, затем потенциальные милицейские коррупционеры в определенный момент организовывали правоохранительный наезд на приглянувшегося предпринимателя. С одной стороны, жертву могли прессовать через милицейские органы, с другой - через те, которые живут не по закону, а по "понятиям". Вполне возможно, в тандем могли входить и некие заинтересованные высокопоставленные представители ГУИН.
Приходится ещЈ раз вспомнить, С КАКОЙ ЛіГКОСТЬЮ, СОВСЕМ НЕДАВНО, ГОД НАЗАД, ОБОШЕЛ ВСЕ ГУИНовские барьеры (ЯВНО НЕ БЕЗВОЗМЕЗДНО) и снял В ТЮРЬМЕ свой знаменитый документальный видеофильм о жутких условиях содержания подследственных германский заключЈнный Siegfried Kreklau. Видеофильм успел уйти в Amnesty International, Human Rights Watch, International Helsinki Federation, в комиссии по правам человека ООН и Совета Европы. Только через несколько месяцев после публикации об этом факте в редакцию пожаловал лично начальник отдела по борьбе с организованной преступностью управления ОРБ министерства юстиции РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области К.А. Веклич. Он узнал о несанкционированном проносе в тюрьму видеокамеры и свободном передвижении телеоператора и заключЈнного Креклау по отдельным камерам... лишь из нашей газеты. После чего, вместо пресечения жестокого обращения с заключЈнными, письмо которых опубликовал "НП", Константин Веклич допытывал журналистов лишь об одном - как же это без его ведома телеоператор оказался в тюрьме? При этом на меня как на журналиста оказывалось сильнейшее давление в течение месяца. Надо заметить, что со сменой начальства в управлении исполнения наказаний и приходом туда Заборовского, судя по обращениям в "НП", нарушений закона стало меньше, а открыто исполнять бытовавшие по тюремным слухам приказы по "прессовке" нужных обвиняемых вообще стало делом весьма проблематичным.
По моим наблюдениям, выпадение из игры Романа Цепова-Белинсона внесло полную сумятицу в налаженный быт того Петербурга, который живЈт "по понятиям". Во-первых, оказались в подвешенном состоянии внедрЈнные в правоохранительные органы для решения конкретных клановых, коммерческих задач потенциальные коррупционеры. Что касается Пиотровского, по моему мнению, он, несомненно, должен был испытать некоторое облегчение. Ведь как известно, Роман всегда держал компромат, или просто детали личной жизни, потребные для возможного "давления" на всех своих партнЈров и даже шапочных знакомых. Надо полагать, что и Пиотровский не был исключением из правил.
Роман ушел! Но еще делает свое дело старательно сформированный через карманные СМИ образ человека, приближенного к Кремлю и первым лицам государства. Это обстоятельство пока остаЈтся в памяти некоторых чиновников, готовых в любой момент угодить сильным мира сего, к которым они и причисляют ошибочно г-на Пиотровского.
Наверное, именно эти сомнения читали в лице опоздавшего на похороны Ромы и одиноко державшегося в стороне начальника криминальной милиции Санкт-Петербурга все те, кто пришел проводить в последний путь руководителя легендарного "балтийского сопровождения". Растерянность начальника криминальной милиции Петербурга вполне объяснима. Ведь именно он, по устойчивым слухам, уже долгое время метит в начальники ГУВД, искренне полагая, что такой статус откроет безграничные возможности для любой деятельности. В одиночку же, по мнению некоторых милицейских профессионалов, даже эта мечта со временем становится всЈ более и более несбыточной. Именно поддержка Цепова, по-видимому, гарантировала ему осуществление своих замыслов.
Ходят слухи, что загородный особняк некоего милицейского генерала, баснословной цены, есть не что иное, как результат плодотворного сотрудничества того генерала с Романом Цеповым. Печалит же информированных адвокатов, журналистов и правозащитников больше всего то, что нас, граждан великого города, опять пичкают подготовленными на цеповской кухне сенсациями об улучшении криминогенной обстановки в городе по причине якобы ПОЛНОГО раскрытия и уничтожения всех до одного членов очередного преступного клана, будь то ОПГ Мирилашвили, Малышева, Акулы или кого еще, в то время как организованные преступные сообщества, ГЛУБОКО ИНТЕГРИРОВАННЫЕ В ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ОРГАНЫ И ФИНАНСОВУЮ СИСТЕМУ СТРАНЫ, так и остаются неприкасаемыми.
Наиболее громкие уголовные дела последних лет, такие как заказные убийства Михаила Маневича и Дмитрия Варварина, как убийства таджикской девочки и правозащитника Гиренко, как безнаказанная попытка убийства Валерия Падохина и реализованное убийство его сына Дмитрия, как безвестное исчезновение Павла Маркова остаются на совести криминальной милиции Питера в числе "глухарей". Другие дела, например дела Шутова и Старовойтовой, обрастают гигантской паутиной процессуальных и конституционных нарушений и постепенно разваливаются в судах, даже несмотря на то, что суды упорно, ВОПРЕКИ КОНСТИТУЦИИ, отказывают и подследственным, и потерпевшим в конституционном праве на суд присяжных.
Очень удобная для полицейского государства система - обвинение и арест на основании показаний единственного свидетеля, а затем - суд за закрытыми дверями судьЈй, при отсутствии присяжных, публики и прессы.
