Терновый мой венец

21. Летопись русской жизни по воспоминаниям и дневникам

0
1137
Время на чтение 33 минут

Предисловие

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Золотое время «Памяти». – Посещение ее вечеров. – Праздники русского духа. – Знакомство с бывшим советским разведчиком. – ЦРУ, масоны и папа римский против России. – Еврейские тайны Института мирового хозяйства. – Еврейские большевики как государственные изменники. – Сталин пожалел евреев

После смерти Брежнева русское движение входит в новую фазу. Качественно меняется сам тип русского патриота. Привыкший за годы советской власти скрывать свои патриотические убеждения, он перестает бояться высказывать их. Впервые за многие десятилетия русские начинают объединяться, сначала для защиты своих святынь, а затем и против своих внутренних врагов. Начавшись с маленьких ручейков, русское движение постепенно превращается в полноводную реку. Конечно, поживи Андропов дольше, он, несомненно, постарался бы раздавить русское движение. Но его преемник Черненко, продолжая политику Брежнева на умиротворение противостоящих сил, тем самым дал патриотам время организоваться. Именно за эти три года, прошедшие между Андроповым и приходом Горбачева, русское движение приобретает новое качество, выразившееся в создании патриотической организации «Память». Создание ее проходило на моих глазах. Я лично знал практически всех ее организаторов, а с некоторыми и дружил. Все они были так или иначе связаны с Обществом охраны памятников.

Корни «Памяти» уходят в коридоры Московского городского общества охраны памятников, находившегося в здании дома, ранее принадлежавшего писателю Телешову, называемого патриотами «Телешовкой». Во второй половине 70-х ответственным секретарем Московского общества был Эдуард Николаевич Дьяконов, бывший морской офицер, деятельный патриот, посвятивший свою жизнь патриотическому воспитанию русской молодежи. Деятельность Дьяконова на посту ответственного секретаря Общества вызвала ряд доносов со стороны космополитических кругов в КГБ и ЦК КПСС, в результате чего он был смещен со своей должности – но идеи своей не оставил. Дьяконов продолжил претворение ее в жизнь на общественных началах, в рамках Молодежного творческого объединения при МГО ВООПИК. В 1979-м он объединяет свои силы с группой активных патриотов из Министерства авиационной промышленности, которую возглавлял Геннадий Иванович Фрыгин, инженер-металлург. Группа Фрыгина действовала под «крышей» Общества книголюбов.

Г.И. Фрыгин

Именно из этих активистов сложилась группа энтузиастов, назвавших себя «Витязями», составившая будущее ядро объединения «Память». До этого они в течение нескольких лет встречались на субботниках по восстановлению памятников истории и культуры под эгидой ВООПИК. Главной целью группы «Витязи» было достойно отпраздновать 600-летие Куликовской битвы. Идею названия «Витязи» подал скульптор Б. Строганов. Актив группы составили: ответственный секретарь МГО ВООПИК Э.Н. Дьяконов (фактический руководитель «Витязей»); сотрудник архитектурной секции МГО ВООПИК Г. Сальников; слушатель Высшей партшколы ЦК КПСС С.К. Смирнов; слесарь завода «Союз» К.Н. Андреев; заместитель директора конструкторского бюро АСУ А.Г. Гладков; постовой милиционер гостиницы «Россия» В.В. Скрыпник и др. Впоследствии именно эти люди составили первый Совет «Памяти». Кроме регулярных субботников по восстановлению памятников члены группы совершали совместные походы и поездки по историческим местам и к православным святыням. Среди членов группы распространялись книги русских философов, историков и мыслителей, самиздатовская литература, журнал «Вече», памфлет «Протоколы Сионских мудрецов», антисионистская литература.

Члены группы участвовали также в работе Молодежного творческого объединения при МГО ВООПИК, заседавшего на ул. Разина, под колокольней Знаменского монастыря. Обсуждение стихов и прозы русских писателей на этих заседаниях часто перерастало в доклады и споры о судьбе России. Духовными наставниками объединения были Н. Рубцов, С. Куняев, Ю. Кузнецов, Д. Жуков, О. Волков. На заседаниях выступали ученые, архитекторы, писатели, художники (И. Кобзев, О. Михайлов, О.И. Журин, В.А. Виноградов и др.).

«Витязи» принимали активное участие и в работе Общества книголюбов, которое совместно с МГО ВООПИК устраивало встречи с патриотически ориентированными деятелями русской культуры. Встречи эти чаще всего проходили в Музее им. Николая Островского (в так называемом «салоне Зинаиды Волконской»), а также в ДК Метростроя, ДК им. Чкалова, ДК им. Горбунова, ведомственных домах культуры Минавиапрома (сотрудником которого был Г.И. Фрыгин).

16 апреля 1980 года в Центральном лектории Политехнического музея произошло важнейшее патриотическое событие – состоялся торжественный вечер, посвященный 600-летию Куликовской битвы. Зал был переполнен. Люди стояли в проходах. В зале присутствовали практически все, кто впоследствии вошел в Совет и актив объединения «Память». Выступали художники И.С. Глазунов, И.О. Комов, писатели В. Чивилихин, Д. Жуков, Ю. Селезнев, поэты Ю. Кузнецов и А. Марков, космонавт В. Севастьянов, музыканты Ю. Дунаев и В. Кобзев. Все они составляли цвет русского патриотического движения того времени. Вечер прошел в духе восторженного единения русских людей.

Вторая половина 1980-го и 1981 год проходят под знаком брожения и собирания сил. Вечера и встречи, проводимые бывшими «Витязями», активистами ВООПИК и Общества книголюбов, становятся все острее и напряженнее. На них ставятся все более серьезные вопросы. Примерно в 1981 году власти запрещают встречи под колокольней Знаменского монастыря. Однако движение было уже невозможно остановить. Создавалось совершенно новое по качеству патриотическое объединение. Критическая масса была, по-видимому, достигнута 17 июня 1982 года на вечере, посвященном 170-летию Бородинской битвы. Несмотря на то что он состоялся в небольшом зале, его эффект для будущего актива «Памяти» был не меньшим, чем эффект от вечера, посвященного Куликовской битве. В июне – октябре 1983 года происходит целая серия вечеров, на которых выступали Д. Жуков, В. Крупин, С. Куняев, В. Сорокин.

Организуя первые вечера, субботники и походы по историческим местам, будущее Патриотическое объединение «Память» не имело названия. Собственно рождение названия «Память» произошло в ноябре 1982 года после вечера-размышления по книге В.А. Чивилихина «Память». Как сообщает первый председатель Совета «Памяти» Г.И. Фрыгин, «стали думать о названии», и он предложил назвать объединение «Память». Это всем понравилось. Более того, на этом же собрании приняли решение просить Чивилихина возглавить общество «Память». Однако в связи с болезнью и смертью писателя это решение не было выполнено.

Вечер общества «Память» в Доме культуры им. Чкалова. 20 мая 1983 года.

Справа налево: А.Г. Кузьмин, В.Я. Бегун, Г.И. Фрыгин, С.В. Шепров

Первоначально «Память» именовалась любительским объединением. До марта 1982 года его главной площадкой был Музей им. Н. Островского («салон Зинаиды Волконской»). Здесь «Память» провела не менее 15 вечеров. Однако на встрече с доктором исторических наук Н.Н. Яковлевым наблюдателям из райкома партии не понравилась его резкая критика агента влияния США, директора Института США и Канады Г. Арбатова. Критика эта была восторженно поддержана слушателями. Заседания в этом музее на некоторое время прекратились.

Зато у «Памяти» появилось еще несколько площадок – ДК Метростроя, ДК им. Чкалова и ДК им. Горбунова, а также ряд других культурных учреждений. С осени 1983 года «Память» начинает именоваться Патриотическим историко-литературным объединением.

В 1983 году в актив объединения «Память», кроме перечисленных выше, вошли эколог, кандидат геолого-минералогических наук Ф.Я. Шипунов, актриса О.Ф. Гобзева, преподаватель режиссуры массовых представлений Н.А. Детков, заведующая политическо-массовым отделом ДК им. Горбунова В.И. Мотова, преподаватель английского языка Е.С. Бехтерева. В 1983 году Совет «Памяти» добился официальной регистрации объединения в отделе культуры райкома партии при Дворце культуры им. Горбунова (ставшем известным под названием «Горбушка»), принадлежащем заводу им. Хруничева. Официальная регистрация давала возможность проводить вечера «Памяти» в одном из самых известных дворцов культуры, в зале на 1,5 тысячи мест. Но даже такого большого зала порой не хватало, чтобы вместить всех желающих.

Вечера, субботники, походы «Памяти» приобретают широкий размах. Интересы патриотического объединения охватывают все сферы жизни русского народа.

В середине 70-х писатель Шевцов издал вторую книгу своей трилогии «Набат». Она пользовалась большой популярностью в патриотических кругах, так как рассматривала вопросы борьбы с сионизмом. Иван Михайлович рассказывал мне, как всполошились в ЦК, узнав о том, что Шевцов написал новую «антисемитскую книгу». Издателям «Современника», куда принес свою рукопись автор, предложили рассыпать набор. Однако издатели Ю. Прокушев и В. Сорокин проявили принципиальность и гражданское мужество, и книга дошла до читателя.

Смелый поступок издателей не прошел безнаказанным. Ю. Прокушев и В. Сорокин лишились постов. Чтобы не привлекать внимание к книге, проеврейская критика решила не поднимать шума, промолчать. Лишь французская газета «Монд» статьей эмигранта Л. Плюща оповестила своих читателей, что «известный антисемит» Шевцов издал в СССР новый антиеврейский роман «Набат».

Несмотря на противодействие, Шевцов продолжал работать над третьей книгой «Набата» – «Остров дьявола». Как он мне сам рассказывал: «Я решил показать тактику и методы сионистов по захвату власти в разных странах, их неотвратимое шествие к заветной цели – мировому господству сионистов. Я хотел предупредить общественность о смертельной опасности сионизма, о его подрывной деятельности в СССР, готовящей ликвидацию советской власти и установление на всем пространстве России иудо-масонской диктатуры антифашистского толка.

Я осознавал, что в обстановке брежневско-сусловского режима издать такую книгу будет невозможно. Но мысль, что Брежнев и Суслов не вечны, вселяла надежду. “Остров дьявола” я решил издавать отдельно, без первой и второй книги, так как это позволял сюжет романа. Издательство “Современник”, куда я передал рукопись, возглавляли уже другие, робкие и начальству послушные люди. И внутренние рецензенты учинили разгром “Острова дьявола” как антисемитского произведения. Рукопись была положена в стол, ожидая своего времени, и была опубликована только в 1998 году».

Из писателей-«радонежцев», кроме Шевцова, мне особенно был близок Игорь Иванович Кобзев, создатель общественного музея «Слова о полку Игореве». Музей этот был еще одним русским клубом. Вокруг него объединились около 100 человек самых разных профессий, были студенты и даже школьники. Но все они прежде всего были членами ВООПИК. Игорь Иванович с радушием принимал всех. Великолепный поэт, добрый, искренний человек, он полностью отдавал себя творчеству и любимому делу. Литераторы-сионисты его ненавидели. Особенно после того, как он поставил на место некоего Липкина, нагло заявившего в своем графоманском стихотворении:

Без союзов язык онемеет

И, пожалуй, сойдет с колеи.

Человечество быть не сумеет

Без народа по имени «и».

Ответ Игоря Ивановича был таков:

Хоть вы избрали, Липкин,

Эзоповский язык,

Читатель без ошибки

В ваш замысел проник.

Итак, выходит, что же?

Вы из чужой семьи?

Вам Родины дороже

Народ на букву «и»?

Не подрывайте корни

Союза Эс-Эс-Эр,

Где поит вас и кормит

Народ на букву «р».

В сентябре 1982 года в Музее Николая Островского прошла встреча с председателем Русского клуба писателей Дмитрием Анатольевичем Жуковым. Он рассказывал о своей книге «На семи холмах», в то время подвергавшейся клеветническим нападкам со стороны сионистов. Особенное неудовольствие талмудистов вызвала позиция Жукова в защиту святыни русского народа Оптиной пустыни. Еврейские критики, ссылаясь на Ленина, называли эту позицию «поповской». На это Дмитрий Анатольевич однажды заявил: «Лучше поповской, чем жидовской». Книги Жукова были очень популярны среди русских патриотов, особенно его повести «Огнеопальный» и «Владимир Иванович». В наших кругах Жуков был известен как автор запрещенного советскими властями «антисемитского фильма» «Тайное и явное». На вечере ему задали на эту тему несколько вопросов. Ответы Жукова были для многих из нас откровением. О Жукове ходили слухи, что он является сотрудником КГБ, но это нисколько не портило ему репутацию среди патриотов. Мы знали, что КГБ проявлял к «Памяти» особый интерес, и располагали точными сведениями, кто в наших рядах сотрудничает с этой организацией. Было также известно, что в КГБ идет борьба между патриотами и космополитами. Естественно, члены «Памяти» стояли на стороне патриотов, настоящих борцов за государственную безопасность России, и выступали против космополитов, врагов России. Последних мы стремились разоблачать. Особенно негативное отношение было к «иуде-Бобкову», которого мы уже тогда считали врагом Родины. Бобков посылал на наши вечера своих агентов, а потом докладывал Андропову об антисоветской деятельности «Памяти».

Ноябрь 1982-го. Вечер размышлений по книге В.А. Чивилихина «Память». Книга эта стала настольной для русских патриотов. В ней открывалось величие России, ее героев и подвижников. Публикация книги стала важной вехой в возрождении русского национального сознания, пробудив у десятков тысяч русских людей теплые, благодарные чувства к жизни и деяниям своих героических предков. «Память, – писал Чивилихин, – это ничем не заменимый хлеб насущный, сегодняшний, без коего дети вырастут слабыми незнайками, не способными достойно, мужественно встретить будущее».

На вечере выступали профессор А.Г. Кузьмин, исследователь славянофилов В.А. Чалмаев, поэт Г. Серебряков. Последний читал стихи о героическом прошлом русского народа – «Стою у поля Куликова», «Боброк», «Мамай», а также стихотворение «Дрозды» (речь в котором на самом деле шла о «жидах»):

Над рябиновым стягом,

Над молчаньем воды

Вновь разбитной ватагой

Закружились дрозды.

Облепили, куражась,

Куст рябиновый весь:

Ненасытная жадность

И завидная спесь...

На вечере было принято решение в воскресенье поехать на могилу историка Татищева и привести ее в порядок. Что и было впоследствии сделано.

В феврале 1983 года в «Телешовке» провели вечер – день рождения патриарха русской реставрации П.Д. Барановского. Выступали все его ученики и последователи. Докладчики сообщили не только о научных достижениях Барановского, но впервые публично назвали тех, с кем ему приходилось бороться, отстаивая памятники. Назывались имена разрушителей исторической Москвы в конце 20-х – в 30-е годы. Кроме известных имен Троцкого, Кагановича, Хрущева я впервые услышал имена руководителей НКВД, лично занимавшихся закрытием и уничтожением храмов и монастырей, составлением списков православных священников, «подлежащих ликвидации». Имена этих погромщиков и убийц были: Агранов Янкель Саулович, Бак Борис Аркадьевич, Бельский Абрам Михайлович, Даганский Александр Юльевич, Кацнельсон Зиновий Борисович, Радзивиловский Израиль Моисеевич, Симановский Пинхус Шоломович.

Художник Розов, зачитавший имена преступников, выдержав паузу, сообщил, что все они по настоянию Сталина были казнены как «враги народа» в конце 30-х годов. Последние слова были встречены бурной овацией. Действия Сталина все присутствующие оценивали как справедливое возмездие.

После вечера мы собрались в кабинете ответственного секретаря ВООПИК, и Розов показал нам то, чего не осмелился показать всем присутствующим на вечере, – книгу о строительстве Беломорско-Балтийского канала. Зачитал имена палачей, замучивших там десятки тысяч русских людей: Френкель Нафтанаил Аронович, Берман Матвей Давидович, Коган и др. Все мы были потрясены услышанным!

Запомнились мне несколько вечеров, так или иначе связанных с масонской темой. Прежде всего это вечер-встреча в марте 1983 года с доктором исторических наук Н.Н. Яковлевым, впервые в советское время рассказавшим об участии масонов в политической жизни России в начале XX века. Многие из нас знали его книгу «1 августа 1914». Отвечая на многочисленные вопросы, Яковлев поведал нам о том, что не смог написать в книге, – о связи масонов с мировой еврейской закулисой, считающей масонство своим оружием. Яковлев рассказал о видном сионисте Пинхусе Моисеевиче Рутенберге, являвшемся одновременно крупным масоном и организатором провокаций против царской власти 9 января 1905 года. Рутенберг стоял за спиной Гапона, призывавшего петербургских рабочих идти к царю. Во время этой встречи сионисты и масоны планировали убийство царя.

Очень много Яковлев рассказывал о сионизме и сионистах, ставших главной движущей силой революции в России. Причем он просил нас не смешивать сионистов и евреев. Сионисты, говорил он, это еврейские фашисты, и их нельзя отождествлять со всем еврейским народом. Яковлев процитировал нам слова известного сиониста Наума Соколова: «Организованный сионизм является важнейшей частью большевистской активности в России» (Соколов Н. История сионизма).

На вечере «Русь крылатая» (2 апреля 1983 г.) всех поразило сообщение писателя В. Пигалева, доказывавшего, что гибель A.С. Пушкина связана с деятельностью масонов. После встречи Пигалев передал одному из наших активистов ксерокопию книги B.Ф. Иванова «Русская интеллигенция и масонство» (Харбин, 1934). В течение недели мы размножили ее и пустили по рукам.

В книге Иванова был приведен убедительный исторический материал, позволявший автору сделать вывод: «история русской интеллигенции за последние 200 лет стала историей масонства». Значительная часть самых известных интеллигентов, оказавших пагубное влияние на судьбу России, принадлежала к этой подрывной организации. Масонство выпестовало в своих ложах почти всех российских революционеров и разрушителей русских устоев. Для нас, членов Общества охраны памятников и «Памяти», из книги Иванова следовал важный практический вывод – о необходимости беспощадного искоренения масонства из русской жизни. Антимасонство так же, как и антисионизм, стало важнейшей составляющей идеологии нашего движения.

Интерес к этой теме среди активистов ВООПИК и «Памяти» был огромен. Кроме названных выше двух вечеров, посвященных масонской теме, только в 1983 году прошло по крайней мере еще два известных мне мероприятия.

Одно из них «Память» провела в Доме культуры им. Чкалова 20 мая. Выступал здесь исследователь масонства Владимир Яковлевич Бегун. Чтобы получить его согласие на выступление, активисты «Памяти» организовали его вызов из Минска, где он жил, телеграммой заместителя министра авиационной промышленности. Личность Бегуна вызывала у меня глубокую симпатию, еще больше поражало мужество, с которым он бросал вызов мощным закулисным силам в правящих кругах СССР. Большую часть вечера Бегун рассказывал о главных положениях своей новой, еще не вышедшей в свет книги «Дети вдовы», раскрывал связь международного сионизма, масонства и пятой колонны внутри нашей страны. В ответе на один из вопросов он намекнул на причастность к масонству умершего в 1982 году члена Политбюро М. Суслова, что вызвало замешательство в первых рядах зала, где сидели почетные гости Минавиапрома. Впоследствии я встречал Владимира Яковлевича в узком кругу единомышленников, он рассказывал о непрекращающейся травле, которую вели против него сионисты. Внезапная смерть Бегуна в 59 лет породила слухи об убийстве. После его смерти остался незаконченный фундаментальный труд о преступной деятельности мирового масонства.

На этом вечере В.Я. Бегун передал мне для распространения в ВООПИК несколько экземпляров завещания Сталина. Подлинность этого документа нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть. Он датируется январем – февралем 1953 года. Считаю важным познакомить с ним и моих читателей:

«После моей смерти много мусора нанесут на мою могилу, но придет время и сметет его. Я никогда не был настоящим революционером, вся моя жизнь – непрекращающаяся борьба с сионизмом, цель которого – установление нового мирового порядка при господстве еврейской буржуазии... Чтобы достичь этого, им необходимо развалить СССР, Россию, уничтожить Веру, превратить русский державный народ в безродных космополитов. Противостоять их планам сможет только Империя. Не будет ее – погибнет Россия, погибнет мир... Хватит утопий. Ничего лучше монархии придумать невозможно, а значит, не нужно. Я всегда преклонялся перед гением и величием русских царей. От единовластия нам никуда не уйти. Но диктатора должен сменить самодержец. Когда придет время. Единственное место на земле, где мы можем быть вместе, – Россия. Реформы неизбежны, но в свое время. И это должны быть реформы органические, эволюционные, опирающиеся на традиции, при постепенном восстановлении православного сознания. В их основе – реализм и здравый смысл. <...> Я одинок. Россия – колоссальная страна, а вокруг ни одного порядочного человека... Старое поколение поголовно заражено сионизмом, вся наша надежда на молодежь. Пришла пора объявлять новый крестовый поход против интернационала, а возглавить его сможет только новый Русский Орден, к созданию которого нужно приступить незамедлительно. Помните: сильная Россия миру не нужна, никто нам не поможет, рассчитывать можно только на собственные силы. Я сделал, что мог, надеюсь, вы сделаете больше и лучше. Будьте достойны памяти наших великих предков».

В июле 1983-го в том же Доме культуры им. Чкалова проходил вечер-встреча с журналистом-международником Владимиром Викторовичем Большаковым, подготовившим ряд трудов о подрывной деятельности сионизма и масонства. На этом вечере один из активистов ВООПИК предложил купить у вдовы собирателя книг о масонстве часть его коллекции. Не дождавшись конца вечера, мы направились к ней. Я не пожалел. Литература по масонской теме в те годы была очень редка. У вдовы я приобрел сочинения Пыпина, Пекарского, Т. Соколовской, значительно обогатившие мои знания о масонстве.

Масонский и еврейский вопрос на вечерах «Памяти» в то время поднимался даже тогда, когда он не касался темы вечера. Помню, сколько вопросов о масонах задавали писателям Д.А. Жукову и В.В. Кожинову на вечере памяти поэта Н. Рубцова. Из зала прислали записку с предложением обратиться к правительству «запретить на территории СССР сионистские и масонские организации, квалифицировать их деятельность по статье “измена Родине”». Кожинов, прочитавший эту записку, переждав одобрительные аплодисменты, многозначительно вздохнул...

Вечера «Памяти» будили в сознании многих русских людей теплые, благодарные чувства к жизни и деяниям своих героических предков. «Память» становится одним из важнейших центров пробуждения и развития русского национального сознания. После вечеров «Памяти» русские люди собирались за чаем в своих квартирах, обменивались впечатлениями и редкой литературой. Как ранее в клубе «Родина» и в «Русском клубе», среди членов «Памяти» ходили редкие издания отцов и подвижников Церкви, книги по русской философии, антисионизму, «Протоколы Сионских мудрецов». Среди членов «Памяти» зреет понимание еврейского и масонского вопроса в России, многие негодуют по поводу еврейского засилья в СССР. Все больше и больше членов «Памяти» задаются вопросом: как противостоять врагам России, и прежде всего сионизму?

Магнитофонные записи вечеров «Памяти» попадали в самые отдаленные уголки России: записывали их прямо в зрительном зале и затем передавали своим знакомым по всей стране. (Объединение не имело права иметь денежные средства, а их сбор был запрещен, поэтому вся деятельность «Памяти», которая требовала огромных затрат сил, времени и личных средств, проводилась совершенно бескорыстно как организаторами мероприятий, так и их участниками.) Таким образом, патриотическое движение набирало силу, вселяя в народ веру в свою правоту, в возможность перемен, придавало ему ощущение единения нации, собственной причастности и ответственности за происходящее, а порой и мужество, необходимое для отстаивания своих идеалов.

Среди наиболее значительных мероприятий «Памяти», которые повлияли на принятие государственных решений, была постоянная работа по отмене постановления ЦК КПСС о переброске северных рек на юг для орошения земель казахстанских и других засушливых земель в связи с якобы понижающимся уровнем Каспия. Осуществление этого проекта грозило затоплением и полным уничтожением Русского Севера. Ученые: д-р мат. н. С.Я. Лемешев, канд. геол.-мин. н. эколог Ф.Я. Шипунов, канд. геол.-мин. н. С.Н. Чернышев, специалист по подземным сооружениям д-р т. н. Е.М. Пашкин, канд. геол.-мин. н. С.Ю. Жуков, д-р геол.‑мин. н. Е. Подольский, д-р искусствоведения Брюсова, выступали на вечерах «Памяти», при участии организаторов объединения написали в Президиум ЦК десятки писем, обращений и статей, опровергавших научную обоснованность проекта, требуя немедленной его отмены. В результате осуществление проекта было отложено, а после провала докторской диссертации его вдохновителя («Память» устроила своеобразную демонстрацию протеста, названную сторонниками проекта «десантом», явившись на заседание научного совета в полном составе) проект был окончательно отменен.

Почти все вечера «Памяти» сопровождались выступлениями русских певцов, музыкантов, фольклорных ансамблей, известных артистов. В моем сознании эти вечера остались как праздник, триумф возрождения русского духа с необыкновенным богатством мысли и талантливости выступающих, с чувством высокого эмоционального подъема и озарения присутствовавших в зале. Некоторые из сидевших рядом со мной просто преображались, с глаз их спадала пелена. На вечерах они узнавали то, что от них скрывали на протяжении почти 70 лет.

С момента своего возникновения и до 1985 года «Память» была своего рода клубом единомышленников, но не организацией, ставящей своей задачей борьбу с темными силами сионизма и масонства (хотя к выводу о необходимости объединения для такой борьбы мы приходили почти на каждом вечере). Самым главным результатом деятельности «Памяти» в этот период было национальное воспитание сотен русских людей, многие из которых в дальнейшем стали членами патриотических партий и организаций. Активисты «Памяти» создали своего рода рынок русской патриотической, антимасонской и антисионистской литературы, которую можно было по умеренным ценам приобрести для национального просвещения. За короткий период в ксерокопиях появились десятки названий книг и брошюр, которые русские люди расхватывали с жадностью неофитов. Особенным спросом пользовалась литература, рассказывающая о еврейском характере Октябрьской революции, разоблачающая чудовищные преступления еврейских большевиков.

Мне особенно запомнился распространяемый в виде брошюры фрагмент книги некоего Хасана Джема «Масонство в мире и Турции» (Стамбул, 1976). В частности, в ней говорилось: «Роль евреев, масонов и сионистов в советских революциях, будь то революция 1905 года или Октябрьская революция 1917 года, чрезвычайно велика. В революции 1917 года из примерно 20 руководящих революционеров почти все были еврейского происхождения, исповедовали идеалы сионизма и состояли в масонских ложах. Так, основатель Красной армии Троцкий, сыгравший не меньшую роль, чем Ленин, в успешном осуществлении советской революции, был евреем: сионистом и масоном.

Триединство – масонство, иудаизм, сионизм, которое создало капитализм, обрушило на мир в качестве альтернативы также и большевизм. Масоны и сионисты и сегодня, превознося то капитализм, то коммунизм, жонглируют двумя этими противоположными мировоззрениями и тем временем проворачивают свои дела».

Далее в брошюре приводился список советских масонов, в котором наряду с настоящими масонами были деятели, явно к ним отношения не имевшие. Эта, для многих первая, информация о масонстве приводила людей в шок.

Чуть позднее еще большую сенсацию среди нас произвела другая, более серьезная, капитальная книга Дикого «Евреи в России и СССР». Автор ее, опираясь на серьезные источники, нарисовал такую яркую картину преступлений сионистов против России до и после 1917 года, что некоторые участники вечеров «Памяти» призывали к созданию народных трибуналов для гласного суда над все еще живущими большевиками вроде Кагановича. Я сам видел людей, готовых лично повесить этого преступника.

Осенью 1982 года в стенах «Телешовки» судьба свела меня с двумя интересными людьми – бывшим сотрудником внешней разведки Николаем Ивановичем и журналистом-международником Петром Павловичем[1]. Обоим было уже за 60, оба прожили большую часть жизни за границей, много повидали, но сохранили в себе любовь к России – но не советской, а той, какой она была до 1917 года. Первое время я встречался с ними на краеведческих лекциях, проводимых исторической секцией, и на некоторых вечерах «Памяти». По тем специфическим вопросам, которые я задавал докладчикам после лекций, и стал ясен круг моих интересов. Вначале я к этим двум мужчинам относился очень настороженно, ибо знал, что в наших рядах действуют стукачи от Бобкова. В конце 1983 года лед растаял. Петр Павлович пригласил меня и Николая Ивановича зайти к нему. Вместе мы пили чай и обсуждали разные вопросы о масонах XVIII века, рылись в богатой библиотеке хозяина. И как-то незаметно перешли к современным масонам. Именно с этой встречи у меня возникла мысль разобраться в механизме влияния мирового масонства на внутреннюю жизнь России. Помню захватывающий рассказ хозяина о деятельности одной из самых зловещих фигур иудейско-масонской закулисы – еврейском большевике Якове Блюмкине[2], хасиде и сатанисте, не стеснявшемся признавать своего личного участия в массовых убийствах русских людей. Еще до революции он вступил в тайное изуверское общество, занимавшееся ритуальными убийствами христиан. После захвата власти большевиками Блюмкин стал чекистом и координатором деятельности большевиков по части связи с тайными антихристианскими обществами. Для борьбы с Православием в стенах ЧК при его участии был разработан бредовый проект использования против Русской Церкви методов воздействия тайных иудейских (прежде всего хасидских) сект и масонских лож. В этом проекте Блюмкину отводилась особая роль. Для поддержания контактов с влиятельными сатанистами и масонами Блюмкин объездил весь Восток, Западную Европу и Америку, завязал тесные отношения со злейшим врагом России – Троцким. Для поддержания всех этих контактов большевики выделяли Блюмкину огромные средства. В частности, для установления добрых отношений с иудейскими сектами Блюмкину были переданы из Румянцевской библиотеки древние хасидские рукописи. О некоторых своих «подвигах» Блюмкин докладывал лично Ленину, а после того, как тот впал в маразм, – Дзержинскому. В одном из писем к Ленину Блюмкин рассказывал о том, из какого материала создавалась киевская ЧК, ставшая символом невероятных зверств, соединявших тайные иудейские ритуалы с утонченным садизмом. Штат этой организации подбирали из числа еврейских бандитов и проституток. Днем эти «сотрудники» служили в ЧК, а по ночам одни грабили буржуев уже по собственному почину, в то время как другие привычно искали клиентов из «любви к искусству». Петр Павлович считал, что именно через Блюмкина большевики осуществляли связь с Великим Востоком Франции. Постоянно контактируя с видными иудейскими и масонскими деятелями, Блюмкин вообразил себя сверхчеловеком, чуть ли не еврейским мессией. Он считал, что ему все можно и никто не сможет его остановить. Сталин же, с беспокойством следивший за консолидацией тайных сил, понимал, что если не сумеет их подавить, то лишится власти. В середине 20-х годов он наносит первые удары по тайным иудейским и масонским обществам. На этой волне был схвачен и расстрелян Блюмкин – по официальной версии, за связь с Троцким.

То, что сионистским конспираторам не удалось осуществить в России, свершилось в Соединенных Штатах. Здесь в ХХ веке официальная, преимущественно еврейская власть срослась с тайной иудейской и масонской властью, став неотъемлемой частью американского истеблишмента.

Николай Иванович был уверен, что ЦРУ США во многих своих операциях в зарубежных странах опирается на масонские ложи. В свою очередь, многие руководители ЦРУ являются крупными масонами. Николай Иванович считал, что вплоть до начала 60-х годов все операции американских спецслужб были малоуспешны. Первой по-настоящему эффективной операцией США против СССР стала интрига ЦРУ и масонских лож, связанная с продвижением на место папы римского многолетнего агента ЦРУ, никому не известного польского архиепископа Войтылы. План был разработан высокопоставленными масонами, сумевшими в 60–70-е годы занять ключевые посты в руководстве Ватикана. Главную роль здесь играл руководитель Ватиканского банка (Института религиозных дел)[3] архиепископ Пол Марцинкус, а также главы конгрегации по делам епископов Себастьяно Баджо и государственный секретарь Ватикана Жан Вийо. ЦРУ, активно работавшее в Италии и Ватикане с 50-х годов, через свои структуры способствовало укреплению позиций перечисленных выше лиц. Главной задачей операции было «создать знамя для борьбы с коммунизмом» сначала в Польше и Восточной Европе, а затем, воспользовавшись структурами католической церкви, перенести это знамя на территорию СССР. По данным, которыми располагал Николай Иванович, на эту операцию американское правительство выделило больше 100 млн, которые были использованы на «обработку» и подкуп католических иерархов и на создание благоприятного для Войтылы общественного мнения. Конечно, «обработка» иерархов шла не напрямую, а от имени якобы независимых организаций. Через сложную систему созданных ЦРУ «благотворительных» фондов и общественных организаций внушительные средства переводились католическим иерархам, от которых зависело решение вопроса об избрании Войтылы сначала кардиналом, а затем и папой римским.

В самый решающий момент некоторые кардиналы не поддались на уговоры, и вместо Войтылы главой Ватикана был избран патриарх Венеции Альбино Лючано – Иоанн Павел I, который с самого начала выступал против масонского влияния на католичество и высказался за смещение Марцинкуса, Вийо и Баджо. Однако через 33 дня после избрания папой Лючано умер при таинственных обстоятельствах, был похоронен без вскрытия тела, а на его пост спешно избран Войтыла – под именем Иоанн Павел II.

Укрепив свою власть, Иоанн Павел II заключил секретное соглашение с президентом США Рейганом о совместной тайной борьбе американского правительства и католичества против России и ее союзников в Восточной Европе. Была разработана совместная программа, в которой расписывались обязанности каждой из сторон. Американская сторона брала на себя финансовое обеспечение подрывных акций против России, осуществляемых совместно католиками и ЦРУ, а Ватикан предоставлял американским «рыцарям плаща и кинжала» возможность использовать инфраструктуру католической церкви в СССР и Восточной Европе, а также привлекать к тайным операциям католических священников в качестве связных, резидентов и содержателей шпионских явочных квартир.

Иоанн Павел II полностью отменил запрещение католикам вступать в масонские ложи, и сам вошел в одну из итальянских масонских лож. В октябре 1983 года итальянский журнал Oggi опубликовал фотографию, изображавшую папу Иоанна Павла II, одетого в соответствии с ритуалом масонских лож и принимавшего участие в масонской агапе с распростертыми руками, в «цепи братьев», собравшихся за столом. За спиной папы виднелась черная доска с изображением сатанинских символов. В цепочке «братьев» оказался и кардинал Уго Полетти.

С 1983 года вторым человеком в католической церкви стал польский иудей кардинал Лустигер, подготавливаемый в случае смерти Иоанна Павла II на папский престол. «Приникнув к христианству, – заявлял этот крещеный иудей, – я не отрекся от моего еврейского происхождения. Наоборот, этим шагом я его совершенствовал».

Полученная от Николая Ивановича информация после проверки по другим источникам была использована мною при работе над книгой «Тайна беззакония». Сообщая мне эти сведения, он ссылался на открытые западные источники. Полагаю, впрочем, что тут он несколько лукавил. Самого главного Николай Иванович мне тогда не сказал. Для самого важного своего откровения он «созрел» только через десять лет. Оказывается, вся эта информация доводилась до высшего руководства КГБ, но не использовалась им для принятия мер. Вплоть до крушения СССР тайные операции ЦРУ против СССР через структуру католической церкви никто и не пытался остановить. Советская контрразведка как бы закрывала глаза на шпионскую деятельность католических священников, особенно на Украине. Табу было наложено также на разработку поступающих фактов о сотрудничестве папы римского и других высших лиц Ватикана с ЦРУ.

На долгие годы Николай Иванович и Петр Павлович стали моими старшими товарищами, консультантами по вопросам подрывной деятельности против России зарубежных спецслужб, масонства и тайных иудейских организаций. Именно они рассказали мне о существовании секретного Особого архива КГБ СССР, который стал главным источником материалов для моих первых книг о масонстве и сионизме. В начале 90-х годов Николай Иванович познакомил меня еще с некоторыми из своих бывших коллег. Наши отношения мы не афишировали, на лекциях в «Телешовке» в присутствии других «острые» вопросы не обсуждали.

После нескольких лет моего знакомства с бывшими разведчиками судьба свела меня с человеком, очень близким им по духу. В нашем институте появился худощавый, подтянутый старик лет под 80 – Афанасий Федорович Бордадын. В своей жизни он побывал на разных важных должностях, одно время даже был министром профессионально-технического образования. Несмотря на хорошую пенсию, он не хотел бросать работу, нуждаясь в постоянном общении с людьми.

Бордадын явно не без сочувствия наблюдал за моим противостоянием сионистской партии. Я чувствовал, что в его душе таилось что-то неизжитое до сих пор, позволяющее нам по некоторым вопросам понимать друг друга с полуслова. В чем состояло это «неизжитое», я понял позже, во время наших откровенных бесед. Еще до войны Бордадын работал заместителем директора Института мирового хозяйства и мировой политики АН СССР (предшественника печально известного Института мировой экономики и международных отношений). Об этом институте он рассказал мне столько интересного, что теперь я очень сожалею о том, что ограничивался лишь отдельными заметками, а не записал его рассказы полностью. Излагаю все, что сумел сохранить и запомнить.

Институт мирового хозяйства, когда туда пришел Бордадын, был, по его словам, «чисто сионистским гнездом». Почти все сотрудники были евреи-сионисты, они же занимали все руководящие должности. Как только кто-то из евреев уходил или умирал, на его место назначался кто-то из своих, тоже евреев-сионистов. Существовал негласный список соискателей на должность. Деловые качества сотрудников руководство не волновали, главное, чтобы он был из евреев и знал иностранный язык. Нередко на научные должности, требующие специальной подготовки, назначали литератора, журналиста или переводчика. Поэтому подавляющую часть «научных трудов» института составляли переводы на русский язык журнальных статей из иностранных изданий, которые разбавляли цитатами из «классиков марксизма-ленинизма». О том, что институт выпускает откровенную халтуру, знали и наверху, но его не трогали, так как у его руководителей были серьезные покровители среди крупных большевиков. Институт возглавлял «махровый венгерский сионист» Е.С. Варга, соратник знаменитого еврейского революционера-палача Белы Куна, повинного в массовых убийствах русских людей в Крыму. С институтом были тесно связаны В. Куусинен, И. Пятницкий (Таршис) и ряд других крупных деятелей так называемого Третьего интернационала, подрывной, преимущественно сионистской организации[4].

Среди русских сотрудников института ходили легенды о встречах их руководителей и прежде всего Варги с «пламенными революционерами». Это были «удивительно примитивные, злобные люди». Во время разных банкетов и попоек пик их общения наступал, когда они начинали хвалиться друг перед другом, как «шлепали контру» и «топили попов». Ненависть их к христианской Церкви носила патологический характер и удивляла даже таких атеистов, как Бордадын. Рассказывали, что, когда Каганович взрывал Храм Христа Спасителя, Варга, узнавший об этом, заранее отпустил сотрудников института, чтобы увидеть это преступление, посмотреть на «нашу победу» – посрамление христианской святыни.

После ареста и расстрела Б. Куна и Таршиса позиции Варги пошатнулись. Зимой 1941 года Бордадын и группа русских сотрудников решаются на опасный шаг – написать о сионистском засилье в институте письмо Сталину: в нем они сообщали о «нездоровой обстановке и семейственности», приводили цифры по национальному составу сотрудников. Сам Варга в этом письме как бы не затрагивался, хотя критиковались «свои люди» в его окружении. Этого письма Варга и его люди Бордадыну не простили и направили, в свою очередь, донос на него в НКВД о том, что он якобы занимается восхвалением фашистской Германии. Начавшаяся война остановила разбирательства. Варга снова осмелел, освободиться от «халтурщика» удалось только в 1947 году (правда, в 1945-м была уволена его «правая рука» в руководстве – некто Левина). Сам Институт мирового хозяйства был ликвидирован (формально слит с Институтом экономики), большинство сотрудников уволено[5]. Бордадын был свидетелем многих безобразий, которые совершали сионисты против русских людей. В 1943 году было принято решение переименовать киностудию «Мосфильм» в «Русьфильм» с переориентацией ее деятельности только на фильмы русской национальной тематики. «Какой поднялся вой»! Законное стремление русских людей иметь свою киностудию в еврейских кругах объясняли антисемитизмом. Увольнение нескольких бездарных актеров воспринималось сионистами как начало еврейских погромов. Центром сионистской пропаганды в СССР был так называемый Еврейский антифашистский комитет, возглавляемый еврейским националистом Михоэлсом, тесно связанным с американской разведкой, поручившей ему организовать сбор секретных сведений о Сталине, его личной жизни и окружении. При любой власти сбор секретных сведений о главе государства, особенно в период войны, рассматривается как государственная измена. Кроме того, Еврейский антифашистский комитет под прикрытием оказания помощи евреям в разных областях СССР начал создавать подпольные националистические и религиозные организации, также ориентировавшиеся на сионистские центры за рубежом. «Откуда что взялось»? Пламенные еврейские большевики (и прежде всего Михоэлс), декларировавшие «свою безграничную любовь к советской Родине и товарищу Сталину», на самом деле оказались «пламенными еврейскими националистами», для которых «еврейская солидарность ценилась выше пролетарского интернационализма». Сталин, получив сведения о преступной деятельности Еврейского антифашистского комитета, был крайне возмущен предательством его руководителя. И здесь Сталин проявил человеческую слабость. Вместо того чтобы наказать преступника по суду (а по советскому закону Михоэлс заслуживал высшей меры наказания), Сталин отдает распоряжение ликвидировать его тайно. «Совершенно очевидно, что в эту тяжелую для страны пору ему не хотелось связываться с “международной еврейской общественностью”, за которой стояла мировая закулиса». Руководствуясь этими же соображениями, три года спустя он приказал тайно ликвидировать и другого видного еврейского большевика, уличенного в государственной измене, Литвинова[6]. «Впрочем, – заметил Бордадын, – Сталин, возможно, и был прав, ликвидировав изменников тайно. Какую волну антиеврейских настроений вызвали бы публичные процессы над евреями-изменниками. Сталин пожалел евреев!»


[1]  Имена этих лиц мною намеренно изменены.

[2]  Широкой публике Блюмкин был известен как убийца посла Мирбаха.

[3]  Ватиканский банк напрямую был связан с итальянской масонской ложей П-2, являвшейся одним из орудий ЦРУ США.

[4]  Добавлю то, о чем Бордадын не знал: большая часть руководителей Третьего интернационала, в том числе Бела Кун и Куусинен, в своей подрывной деятельности были связаны с масонскими ложами. Третий интернационал имел свою спецслужбу, также сотрудничавшую с масонами. Возглавлял ее Таршис.

[5]  Варга снова оказался на коне при Хрущеве. В 1956 году он вместе с Арзуманяном организует Институт мировой экономики и международных отношений, по-старому опираясь преимущественно на еврейских литераторов, журналистов и переводчиков.

[6]  Бывший министр иностранных дел СССР Литвинов был уличен в передаче секретных сведений американским спецслужбам. Момент этот был документально зафиксирован советской контрразведкой. Запись беседы изменника с иностранным агентом была предоставлена Сталину, который дал послушать ее А. Микояну.

Заметили ошибку? Выделите фрагмент и нажмите "Ctrl+Enter".
Подписывайте на телеграмм-канал Русская народная линия
РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить

Сообщение для редакции

Фрагмент статьи, содержащий ошибку:

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство»; Движение «Колумбайн»; Батальон «Азов»; Meta

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; Понасенков Евгений Николаевич; Альбац; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Мирон Федоров; (Oxxxymiron); активистка Ирина Сторожева; правозащитник Алена Попова; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр); ООО «Альтаир 2021»; ООО «Вега 2021»; ООО «Главный редактор 2021»; ООО «Ромашки монолит»; M.News World — общественно-политическое медиа;Bellingcat — авторы многих расследований на основе открытых данных, в том числе про участие России в войне на Украине; МЕМО — юридическое лицо главреда издания «Кавказский узел», которое пишет в том числе о Чечне; Артемий Троицкий; Артур Смолянинов; Сергей Кирсанов; Анатолий Фурсов; Сергей Ухов; Александр Шелест; ООО "ТЕНЕС"; Гырдымова Елизавета (певица Монеточка); Осечкин Владимир Валерьевич (Гулагу.нет); Устимов Антон Михайлович; Яганов Ибрагим Хасанбиевич; Харченко Вадим Михайлович; Беседина Дарья Станиславовна; Проект «T9 NSK»; Илья Прусикин (Little Big); Дарья Серенко (фемактивистка); Фидель Агумава; Эрдни Омбадыков (официальный представитель Далай-ламы XIV в России); Рафис Кашапов; ООО "Философия ненасилия"; Фонд развития цифровых прав; Блогер Николай Соболев; Ведущий Александр Макашенц; Писатель Елена Прокашева; Екатерина Дудко; Политолог Павел Мезерин; Рамазанова Земфира Талгатовна (певица Земфира); Гудков Дмитрий Геннадьевич; Галлямов Аббас Радикович; Намазбаева Татьяна Валерьевна; Асланян Сергей Степанович; Шпилькин Сергей Александрович; Казанцева Александра Николаевна; Ривина Анна Валерьевна

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/uploaded/files/reestr-inostrannyih-agentov-10022023.pdf

Олег Анатольевич Платонов
Терновый мой венец
49. Летопись русской жизни по воспоминаниям и дневникам
16.07.2024
Терновый мой венец
48. Летопись русской жизни по воспоминаниям и дневникам
29.04.2024
Терновый мой венец
47. Летопись русской жизни по воспоминаниям и дневникам
01.03.2024
Терновый мой венец
46. Летопись русской жизни по воспоминаниям и дневникам
15.02.2024
Доблестный защитник русского мира и русской идеологии
Сергею Николаевичу Бабурину – 65 лет!
31.01.2024
Все статьи Олег Анатольевич Платонов
Последние комментарии
Из истории антисистем в России. Старообрядцы-самосожженцы. Что это было?
Новый комментарий от Потомок подданных Императора Николая II
18.07.2024 03:09
День памяти Царственных Страстотерпцев
Новый комментарий от влдмр
17.07.2024 20:50
Порядок восстановления монархии по закону
Новый комментарий от влдмр
17.07.2024 20:45
Не прекращающее сокрытие следов преступного злодеяния
Новый комментарий от Владимир С.М.
17.07.2024 19:05
Восстаёт Русь новая, Русь Царская
Новый комментарий от Агафон
17.07.2024 18:16
Орбан разоблачает миграцию
Новый комментарий от Агафон
17.07.2024 18:06
Не надо фарисействовать!
Новый комментарий от Русский танкист
17.07.2024 17:53