Поведение Лондона даёт основание заподозрить британские власти в похищении гражданки России
Реакция российских властей на очередное выступление Терезы Мэй в британском парламенте 5 сентября остаётся в рамках сложившегося стереотипа: нас обвиняют в неслыханных преступлениях, а мы требуем доказательств и заявляем о готовности к «конструктивному диалогу».
На сей раз в обвинениях по делу Скрипалей появились фотографии двух мужчин - «исполнителей преступления», которых зовут Александр Петров и Александр Боширов. Они якобы прибыли в Лондон 2 марта, приехали в Солсбери, опылили дверную ручку входной двери Скрипалей ядом «Новичок» и убрались восвояси. А флакон с ядом выбросили на газон в Эймсбери, где его и подобрала три месяца спустя пара безработных наркоманов. Теперь стало ясно, что это, конечно же, офицеры ГРУ. Обвинителям совершенно неважно, на основании чего сделан подобный вывод, здесь работает совершенно иная логика: не случайно Тереза Мэй не постеснялась обвинить в отравлении не только ГРУ, но и «высокопоставленных политиков» в России.
Самое смешное то, что о Петрове и Боширове, «больше ничего не известно», хотя при получении британской визы они должны были указать массу сведений о себе. То, что у Лондона таких сведений нет, как нет и оснований заявлять о принадлежности этих лиц к российской военной разведке, говорит об очередной наглой клевете. К этой клевете действительно причастны «высокопоставленные политики», но только британские.
При этом топорная технология изготовления клеветы вовсе не означает низкой квалификации британских спецслужб. В необходимых случаях там работают на самом высоком профессиональном уровне, но сейчас не тот случай. Сейчас действует правило доктора Геббельса: чем чудовищней ложь, тем легче в неё верят. Плюс безнаказанность Лондона, который привык, что ему всё может сойти с рук. Чтобы Россию перестали безнаказанно поливать грязью, пора перейти в наступление.
Это в первую очередь касается вопроса о судьбе Юлии Скрипаль, которая в результате действий британских спецслужб бесследно исчезла. Лондон официально заявляет, что она находится под опекой британских властей и её изоляция от мира является вынужденной мерой безопасности. В подтверждение британцы выдали видеоролик с записью очень короткого и неубедительного монолога Юлии Скрипаль, суть которого сводится к тому, что она не хочет общаться с представителями российского посольства. Однако это не выдерживает никакой критики и идёт вразрез с практикой международного права. Отказывая в личном общении с Юлией представителям российского посольства, Лондон лишь умножает вопросы: не подвержена ли девушка воздействию психотропных средств? не является ли вообще этот видеоролик монтажом?
Упорное нежелание британской стороны позволить российскому посольству контакт с гражданкой России Юлией Скрипаль даёт основание поставить вопрос на международном уровне - в ЕСПЧ и в Комитете по правам человека ООН как организации, занимающейся надзором за исполнением Международного пакта о гражданских и политических правах в странах-участницах пакта. И обращение в эти организации должно иметь надлежащее информационное сопровождение.
Более того: линия поведения Лондона даёт основание заподозрить власти Великобритании в похищении российской гражданки в целях инсценировки антироссийской провокации. Это уже уголовное преступление, требующее соответствующей реакции Следственного комитета России.
В марте СК России возбудил уголовное дело по факту покушения на Юлию Скрипаль, но это не дало существенных результатов, так как в деле нет самого главного: подозреваемых в преступлении. Сегодня настала пора переквалифицировать это дело по признаку «похищения российской гражданки британскими должностными лицами». Это даст возможность составить список подозреваемых и свидетелей из числа руководящих сотрудников британских спецслужб и направить им вызов на допросы в Москву. В случае игнорирования ими решений СК России следует объявить их в международный розыск, в том числе через Интерпол, в целях задержания и депортации в РФ. У России с рядом стран-участниц Интерпола существуют рабочие отношения, которые серьёзно ограничат свободу передвижения таким персонажам.
Помимо этого, на Западе есть влиятельные кинодокументалисты и продюсеры, которых стоило привлечь на договорной основе к созданию и распространению фильма о деле Скрипалей как примера «грязной войны», которую ведёт Лондон.
Возможно, в определённых российских кругах, связанных с Лондоном, возникнет сопротивление таким жёстким шагам: Россия никогда не объявляла в розыск британских официальных лиц. Однако выбора нет. И этим «кругам» тоже придётся делать выбор.
В Лондоне должны, наконец, почувствовать, что всему есть предел. Время безнаказанно плевать России в лицо закончилось.
