Соглашение
Франции и Великобритании с нацистской Германией и фашистской Италией в
Мюнхене 1938 года - пример того, как международные посредники
пренебрегают интересами подшефных государств, считает президент Центра
системного анализа и прогнозирования Ростислав Ищенко.
Ровно восемьдесят лет назад, 29 сентября 1938 года, было составлено, а 30 сентября 1938 года подписано Мюнхенское соглашение между премьер-министрами Франции (Даладье), Великобритании (Чемберленом), Италии (Муссолини) и рейхсканцлером Германии (Гитлером).
Это соглашение, согласно которому Чехословакия теряла Судетскую область в пользу Германии, является одним из наиболее известных дипломатических документов не только ХХ века, но и мировой истории. Известны и его последствия. Несмотря на германские гарантии целостности остатков чехословацкого государства, его дележ продолжался. Венгрия заявила претензии на Словакию и Закарпатье, Польша - на Тешинскую область, Словакия - на независимость.
В конечном итоге практически все претензии были удовлетворены. Польша получила Тешин, Венгрия - Закарпатье и южную Словакию. На оставшихся словацких землях было провозглашено государство Словакия. Оставшиеся чешские территории были присоединены к Рейху как протекторат Богемии и Моравии. К 15 марта 1939 года все было кончено.
Была попытка провозгласить независимое государство в Закарпатской Украине, но она была подавлена венгерскими войсками. Ни Великобритания, ни Франция пальцем не пошевелили, чтобы спасти Чехословакию, несмотря на все гарантии, которые ранее выдавались Праге.
Все эти события широко известны, и я их здесь конспективно повторяю с одной целью - обосновать вопрос: "Почему это стало возможным?"
Ведь Чехословакия имела договор о военной помощи в случае агрессии с СССР и Францией, не просто предполагавший, но детально расписывавший объемы военной помощи подвергшейся нападению стороне. Муссолини еще не был сателлитом Гитлера, завидовал его успехам, пытался с ним конкурировать. Только что он был вынужден проглотить аншлюс Австрии, которую Италия рассматривала как свой протекторат и буфер, прикрывающий ее от Германии. Во время первого Судетского кризиса, весной 1938 года, Муссолини не поддержал германские претензии.
А Германия была еще довольно слаба, в случае нападения на Чехию генералы, опасавшиеся войны на два фронта, готовы были свергнуть Гитлера. Да и сама чешская армия, вполне сопоставимая по силам с германской, прекрасно вооруженная и оснащенная, находилась за мощными приграничными укреплениями. О блицкриге никто еще и не слышал. Немцев не особенно боялись. Поляки считали себя (а всего за пару лет до того и были) значительно сильнее в военном отношении.
Говорят о трусости английского и французского премьеров, но они год спустя не побоялись объявить уже значительно более сильной Германии войну из-за нападения на Польшу. Кроме того, СССР не струсил. Москва сообщила Праге, что готова выполнить свои обязательства по военному соглашению, даже если Франция не выступит. Более того, СССР был готов пренебречь даже запретом Польши и Румынии на проход через их территории, которые отделяли тогдашнюю Чехословакию от СССР, и прорваться на помощь союзнику силой.
Многие справедливо отмечают британские интриги. Да, вмешательство Чемберлена в это дело оказалось деструктивным. Он фактически склонил Францию к отказу от поддержки Чехословакии, а затем и саму Чехословакию к капитуляции. Но с точки зрения заявленных Версальской системой ценностей и методов решения проблем Чемберлен не предпринял ничего экстраординарного.
Версаль провозглашал право народов на самоопределение в рамках этнических границ. В 20-е - 30-е годы в Европе было несколько территориальных споров, которые были разрешены при помощи референдумов. Судеты действительно были густо заселены немцами и, с точки зрения практики Версаля, права Чехии на эту территорию могли оспариваться.
Но ведь за Чемберленом последовал Даладье, с удовольствием поддавшийся британскому давлению и аннулировавший обязательство Франции поддержать Чехословакию. Франция предала Чехословакию, остальная Европа мечтала о ее разделе.
Обращают внимание на то, что Франция и Британия были не готовы к большой войне, в обществах господствовали пацифистские настроения, люди, памятуя ужасы Первой мировой войны, не желали повторения подобного конфликта. Но Чемберлен пугал Бенеша, что в случае, если Чехословакия вместо согласия немедленно удовлетворить германские требования, начнет защищаться и примет помощь СССР, она может столкнуться с "крестовым походом против коммунизма". То есть в отдельных случаях Запад был готов воевать.
В конечном итоге Чехословакия решила капитулировать без боя. Академического сопротивления хватило на два дня: Гитлер требовал решить вопрос 28 сентября, а он был решен тридцатого. Подчеркиваю, решение о капитуляции Чехословакия приняла самостоятельно. На нее надавили, и она согласилась на международное посредничество.
Между тем, положение Праги не было безнадежным. СССР, повторю, был готов выступить, войска развернулись на границах с Польшей и Румынией. Чемберлен блефовал: Франция вообще хотела только, чтобы ее оставили в покое. Ради этого она постоянно, по всем вопросам присоединялась к Великобритании, считая, что сама мощь этого блока предотвратит нападение на него. Великобритания, не располагавшая достаточной сухопутной армией, самостоятельно воевать на отдаленном фронте в центре Европы вообще не могла.
В Германии, хоть Гитлер и не был об это осведомлен, готовился военный переворот, сигналом к которому должен был стать приказ об атаке Чехословакии. Венгрия готова была принять участие в разделе, но не в войне. Кроме Германии реально использовать военную силу могла только Польша. В таких условиях сопротивление Чехословакии имело все шансы на успех - а она отдала свою судьбу в руки международных посредников.
Мы и сейчас можем наблюдать, как международные посредники пренебрегают интересами подшефных государств, решая за их счет свои проблемы.
В Мюнхене Британия и Франция желали увернуться от войны. Ради этого они готовы были отдать Гитлеру хоть Судеты, хоть всю Чехословакию. В плане переговорном судьба Праги была предрешена. Но если бы Чехословакия ультиматум отвергла, возникла бы иная политическая ситуация.
Мюнхен учит, что в политике выбор всегда за нами. Не надо надеяться, что сосед решит твои проблемы. Он будет решать свои - но за твой счет.
Источник
