Вот уж лет пять, как сторонники автокефалии в УПЦ МП самочинно и, увы, безнаказанно искажают ряд соборно принятых Церковью молитв. Предметом их «ревизии» являются строки, содержащие определение «российский».
Поначалу вожди автокефалистской партии в епископате УПЦ МП вели себя подобно украинским книгоиздателям. Те, например, в повести «Тарас Бульба» меняли всё «русское» на «наше» или «казацкое». Так и здесь: вместо «всех святых в земле Российстей просиявших» начали славить «всех святых земли нашей». А после «революции гидности», когда потребовалось удостоверить победившему нацизму свою благонадёжность уже по полной - и эвфемизмы вроде «наше» стали отбрасывать за ненадобностью. Российское превращалось «украинское» (казус переименования Владимирской Богоматери в Вышгородскую мы недавно упоминали).
Наконец, год назад митрополит Запорожский Лука предложил не мелочиться, а взять и учредить праздник всех святых в земле украинской просиявших.
«Мы уверены, что становление украинской государственности, самоидентификация единства нашего народа, возможна, прежде всего... по признаку высшего проявления индивидуального развития личности - святости», - пояснил этот митрополит.
Не станем выяснять, насколько задачи «становления украинской государственности» и «самоидентификации единства» (?) сообразуются с воззрениями тех же святых, в земле «украинской» просиявших. Отметим лишь, что все они, начиная от Ольги и Владимира, и заканчивая Лаврентием Черниговским, утверждали деяниями своими единство Руси от Хуста до Иркутска. И единство русских - от Шанхая до Парижа и Сан-Франциско. А вот о «становлении украинской государственности», «самоидентификации единства украинской нации» они не говорили ни слова!
Впрочем, для украинской идеологии ничего невозможного нет: если уж канонически выверенные молитвы исказить рука поднимается, что мешает жития святых соответствующим образом «перевести» на «сучасну українську». Тем более что Русь давно уж в украинских учебниках переименована в Украину.
Только вот что делать с такими «урождёнными украинцами», как Димитрий Ростовский, Иоанн Тобольский, Иннокентий Иркутский? Вернее - с их «москальскими» наречениями? А самую головоломную задачу ставит перед украинизаторами Истины святитель Иоасаф Белгородский, чью память сегодня особо чествуют как на крайнем западе, на и на пограничном востоке теперешней Украины. Не говоря уже о Киеве, где, собственно, и состоялось становление подвижника.
Свт. Иоасаф, еп. Белгородский. Роспись Троицкого собора Почаевской Лавры
Родился будущий святитель в 1705 году в Прилуках (ныне Черниговская обл.) В крещении мальчик получил имя Иоаким в честь родителя Богородицы (на Рождество Которой он и появился на свет). Отец его, Андрей Горленко был полковником Прилуцкого полка, а мать Мария Даниловна - дочерью гетмана Даниила Апостола, одного из родоначальников дворянского дома Муравьевых-Апостолов. Апостолы - выходцы в Запорожскую Сечь из Молдавии, а Горленки - из Подкарпатской Руси. Семья была очень богатой, хотя Иоаким с детства обнаруживал равнодушие к земным благам.
В Петра творенье! В Киев!
Иоакима восьмилетним отправили за 140 вёрст в школу при Киевской Академии. Той самой, чьё здание ныне занимает самозваная «Киево-Могилянская академия», вытравливающая дух Петра Могилы с момента своего учреждения в 1992 г. вчерашними парторгами, переквалифицировавшимися в ярых украинизаторов.
Впрочем, и при свт. Петре Могиле основанное им учебное заведение академией не было. Тогдашние власти (Малороссия находилась под польско-католическим владычеством) не допустила придания высшего статуса «рассаднице духовного просвещения среди русского народа» (как характеризует Киево-Братскую коллегию «Летопись Голосеевской пустыни»). А статус Академии и соответствующий преподавательский состав творенье Петра Могилы получит лишь по указу Петра и Иоанна - сыновей Государя Алексея Михайловича, освободителя «матери городов русских».
Наблюдая в Киеве за подвижничеством монахов Печерской Ларвы, Иоаким на 16-м году жизни утвердился в намерение принять иноческий постриг. Поступив по настоянию родителей в Киевскую Академию, он вскоре бросает её и удаляется в Межигорский монастырь, что в двадцати верстах от Киева выше по течению Днепра. Сюда перенёс древнюю обитель князь Вышгородский Андрей - первый великоросс по определению В.О.Ключевского. По преданию отсюда вывез он в своё Боголюбово Владимирскую икону Божией Матери, освятившую своей благодатью становление Москвы как Третьего Рима. Именно Владимирской иконой благословила Иоакима его мать, смирившись с избранной сыном иноческой долей. Юноша ушёл в монастырь, уже восстановленный после пожара 1676 г. Реконструирована обитель была при деятельнейшем участии её насельника, уроженца подмосковного Можайска Иоакима Савелова, будущего патриарха Московского.
Межигорский монастырь (упразднён при Екатерине II, окончательно разрушен в 1935 г.)
В Межигорье 22-летний инок Иларион (под этим именем был пострижен в монашество Иоаким Горленко) своей строгой подвижнической жизнью обратил на себя внимание киевского духовного начальства. В 1727 г. он принял великий постриг с именем Иоасаф от ректора Киевской академии игумена Братского монастыря Илариона Левицкого. Вскоре иеродиакон Иоасаф был определен в преподаватели академии.
В эти годы Иоасафа Горленко приблизил к себе и посвятил в иеромонахи высокопреосвященный подвижник-аскет Архиепископ Киевский Рафаил Заборовский (уроженец Галиции, ставший советником Священного правительствующий синода при императрице Елизавете). Иоасаф был поставлен в клирики Софийского кафедрального собора и введён в состав Киевской духовной консистории.
В 1737 г. архиеп. Рафаил назначает 32-летнего иеромонаха Иоасафа игуменом знаменитого Мгарского монастыря под Лубнами.
За год до того в обители пожар истребил все деревянные здания, а в 1728 г. в ней обрушилась соборная церковь. Молодой игумен, несмотря на острую нехватку средств, выстроил девяностометровый каменный корпус келий. Однако для возобновления храма средств не было, и осенью 1742 г. игум. Иоасаф отправился в столицы для «испрошения доброхотных пожертвований». В Санкт-Петербурге он был принят императрицей. Елизавета Петровна приказала выдать просителю на сооружение храма 2000 руб. Государыня была впечатлена назидательным Словом игумена Иоасафа «Как далеко от нас живот вечный».
В 1744 г. по указанию царицы будущий святитель был возведен в сан архимандрита и через некоторое время назначен наместником Троицкой Сергиевой Лавры. При этом за ним оставлялось настоятельство Мгарского монастыря. За четыре года служения в Лавре «он явил себя весьма ревностным и полезным соработником» её настоятеля архиепископа Переславль-Залесского, викария Московской епархии Арсения Могилянского - уроженца городка Решетиловка (ныне Полтавская обл.), который в 39 лет был назначен императрицей проповедником при дворе.
Весной 1748 году отошёл ко Господу тогдашний Епископ Белгородский Антоний. Новым епископом Елизавета Петровна видела архим. Иоасафа, и 2 июня в Санкт-Петербургском Петропавловском соборе, в присутствии Императрицы и Высочайшей Фамилии он был посвящен во Епископа Белгородского и Обоянского Архиепископом Псковским и Нарвским Симоном Тодорским (уроженцем Золотоноши под Киевом, будущим законоучителем Петра III и Екатерины II).
Именно с Белгородской кафедрой связано большинство чудес, которые явили Христос и Богородица через святителя Иоасафа (хотя их счёт идёт ещё с Иоакимового детства). Именно здесь - в одной из самых беднейших областей России в полной мере раскрылось человеколюбие и миссионерский талант великого просветителя. Лишь перечисление примеров тому заняло бы не одну страницу.
Однако одно, возможно, главное чудо имеет прямое отношение к нашему рассказу.
Чьё чудо?
Как-то свт. Иоасаф увидел сон: в притворе одной из церквей, его внимание привлекла источавшая сияние икона Божией Матери, стоявшая... за кучей сора. В этот миг Богоматерь обратилась к нему: «Сей образ Мой предназначен быть источником благодати для веси сей и всей страны, а служители храма сего повергли его в сор!».
После этого святитель при посещении храмов епархии подробно осматривал каждый, отыскивая тот, что был явлен ему во сне. Наконец, прибыв в предместье Изюма, он понял, что в видении ему явлена была местная Вознесенская церковь. Войдя в притвор, он увидел, что большая икона Богородицы была перегородкой, за которой ссыпают уголь для кадила... Долго молился со слезами владыка Царице Небесной, испрашивая у неё прощения себе и местным священникам. Наконец, отчитав благочинного за небрежное отношение к святыне, святитель распорядился поставить икону на подобающее место.
В 1792 г. Вознесенский храм был перенесен в другое предместье - Пески. И обретённая святителем икона прославилась многочисленными чудесами уже как «Песчанская». В частности, в 1830 г. после перенесения чудотворного образа на главную площадь Изюма, а затем Крестного хода по городу и окрестностям в уезде разом прекратилась эпидемия холеры.
Песчанскую икону особо почитал император Александр II. В 1883 г. по прошению жителей Изюма Священный синод постановил ежегодно накануне 15 мая в память коронования Государя Александра ІІІ совершать крестный ход с Песчанским образом из села Пески в Изюм. В городе икона оставалась 8 дней, и затем Крестным ходом переносилась обратно. В 1913 г. Крестный ход с грандиозными почестями иконе совершался уже в Харьков и затем в Белгород.
И вот станут ли после таких «имперских пятен в биографии» объявлять изюмскую икону «украинской святыней»? Даже географическая её «украинскость» сомнительна. И не только потому, что Изюм (где ныне располагается штаб «АТО») входил в «москальскую» Белгородскую епархию. Территория нынешней Харьковской области юридически стала частью Русского государства (была отбита у Литвы) еще в 1503 г. Российская принадлежность этой территории (за 150 лет до Переяславской рады!) подтверждается картами Гийома де Боплана. Она никогда не входила и в Гетманщину, подчинялась белгородскому воеводе, Посольскому приказу, а вовсе не созданному в Москве в 1663 г. Малороссийскому приказу.
Даже в Смуту, когда практически все завоевания 1503 года были утрачены (Чернигов и Новгород-Северский перешли к Польше), лишь территория будущей Харьковской области осталась в составе Русского государства и впоследствии приютила тысячи беженцев с Правобережья Днепра.
Нынешняя Харьковская область пережила две волны заселения: великороссийскую, когда с начала XVI в., после войны с Литвой и присоединения северских территорий к Русскому государству сюда направлялись русские служивые люди для охраны рубежей и освоения края; и малороссийскую, когда спустя 150 лет эта окраина Русского государства приняла беженцев с Правобережья Днепра (среди них и предки автора по материнской линии). С разрешения русского царя малороссийские беженцы селились здесь, создавая слободы - поселения, жители которых были освобождены от ряда повинностей. Так в середине XVII в. появилась Слобожанщина, в которую входили нынешние Харьковская, Сумская, Белгородская, части Луганской и Воронежской областей.
Возвращаясь к фигуре святителя, повторим, что мы намеренно не касаемся его духовных подвигов. Ведь не «по делам их» мастерят украинизаторы благодати украинский пантеон, а «расчленяют святость» по месту рождения (причём в терминах административной географии бывшего СССР!) и национальному признаку.
Только Истина имеет свойство ставить её попирателей на место самым неожиданным образом.
Есть в Киеве, на Нивках, храм Святителя Иоасафа. Как заранее объясняется на сайте храма особо озабоченным «патриотам», это самая близкая церковь «украинским авиаторам» не только потому, что самая близкая к авиазаводу им. Антонова, но и потому, что первый испытательный полет «Ильи Муромца» Игоря Сикорского состоялся в День памяти свт. Иоасафа Белгородского (17 сентября по новому стилю).
Объяснение рассчитано исключительно на несчастных жертв украинской системы «образования», которые и не догадываются, что «украинский авиатор» Игорь Иванович Сикорский был убеждённым русским националистом, сыном одного из виднейших членов «Союза русского народа»...А конструкторское бюро под управлением уроженца Московской области, выпускника Ленинградского политеха Олега Константиновича Антонова было организовано на Новосибирском авиационном заводе имени В.П. Чкалова. Именно там был выпущен легендарный Ан-2. Лишь через пять лет, летом 1952 г., решением партии (той самой, что отписала Слобожанщину Украинской ССР) ОКБ Антонова переведут в Киев.
Что не помешает причислить потом Антонова к «великим украинцам».
Дадут ли православные Украины поступить подобным образом с памятью своих святых?
Хромолитография начала XX в. из Иосафо-Белгородского скита под Шумском (ныне Тернопольская обл.)
P.S. В сентябре 2011 года, на столетие состоявшейся по инициативе и при непосредственном содействии Государя Николая II канонизации свт. Иоасафа, в Белгород прибыли крестные ходы со всей нынешней Украины.
Из Винницкой области привезли большую икону святителя, на стекле которой чудесным образом отпечаталось его изображение. В Белгороде чудесное стекло было выставлено рядом с ракой святителя. Паломники с Украины определённо знают о святости нечто большее, нежели некоторые украинские епископы.
Божественная литургия на Соборной площади Белгорода в день 100-летия прославления свт. Иоасафа Белгородского. 17 сентября 2011 г.
Источник: Фонд стратегической культуры
_1.jpg)
