Рада решила не рассматривать законопроекты №№ 4128 и 4511 в четверг. Подчёркиваю, парламент не отклонил указанные законопроекты, а просто отложил их рассмотрение до лучших времён. К чему это приведет
И, несмотря на молитвенное стояние православных УПЦ МП под Верховной Радой, которое собрало сегодня всего около полутора тысяч человек из десятков миллионов украинских православных, законопроекты будут рассмотрены. И произойдёт это скоро. И их обязательно примут.
Потому, что запретить на Украине «ВК» и «Одноклассников» - акция куда более сложная, неоднозначная и опасная для властей, чем ограничить права УПЦ.
Первая касается и своих, и чужих. Она лишает привычного досуга подавляющее большинство политических активных украинцев. Более того, она лишает заработка пособников режима, подвизавшихся в качестве интернет-агитаторов, рассказывающих, как хорошо на Украине, как работают рестораны, улыбаются люди, цветут цветы и ширится безвиз, заодно со свободой слова. Теряют заработок и люди, занимавшиеся интернет-рекламой в социальных сетях. Пропадают страницы предприятий и корпораций, привлекавшие серьёзных клиентов. В общем, неприятностей куча, а толку никакого.
По сравнению с этим антицерковные законопроекты, на первом этапе, дают режиму ощутимую выгоду и почти никого не раздражают. Кровавая вакханалия наступает на втором этапе. Но это будет потом.
Что предусмотрено законопроектами
Особый статус религиозных организаций, руководящие органы которых находятся за рубежом. Митрополит Онуфрий и Патриарх Кирилл могут сколько угодно рассказывать о том, что УПЦ самоуправляется и её руководящие органы находятся в Киеве, а вот униаты, наоборот, подчиняются Папе Римскому. Это не говоря уже о всяких адвентистах, пятидесятниках и прочих. Решать кто овца, а кто козлище будет украинская исполнительная власть. А она, совершенно определённо использует этот закон против УПЦ.
Предусмотрен особый порядок перерегистрации общин. Ну и будут их
перерегистрировать. Не спеша. Кого-то зарегистрируют, а кого-то нет.
Предусмотрено, что членами любой религиозной общины могут объявлять себя любые,
только что издалека прибывшие маргиналы. Куда-то будут прибывать десанты
«православных» «героев АТО» и голосовать за переход общины
в лоно непризнанного Киевского патриархата. Но остальные общины,
до поры, до времени никто трогать не будет.
Предусмотрена возможность государства согласовывать назначение руководителей религиозных организаций на национальном и региональном уровне. Со временем, согласуют вместо митрополита Онуфрия предстоятелем УПЦ митрополита Драбинко.
И что миллионы православных бабушек, дедушек, девушек и юношей, а также их родителей в каждом отдельно взятом приходе сразу ощутят на себе последствия принятия этих законопроектов? Да они об этом даже не узнают.
Внутри УПЦ давно (два десятилетия) ведёт подрывную работу автокефалистское крыло, вполне согласное с киевскими властями, готовое организовывать «украинскую поместную церковь» и даже объединяться с Денисенко. То есть, далеко не все иерархи и священники УПЦ выступят против последствий применения данных законопроектов, когда они станут законами. Большинство будет просто молчать, пока не доберутся до него лично.
А душить-то будут по очереди и внешне ничего не нарушая. Захватят наиболее мощные приходы. Уберут наиболее последовательных священников и иерархов, а потом Священный Синод УПЦ в новом составе сам примет нужные решения.
То есть, на первом (организационном) этапе, всё будет в точности, как с Майданом. Там Янукович «сам сбежал», а здесь будет «они сами так решили».
Только после этого, когда обманутые миллионы православных верующих и священников увидят, что речь идёт уже не об аппаратных играх в церковном руководстве, а о спасении души, о Царстве Божием, начнётся нарастающее сопротивление. И точно так же, как боровшиеся за сохранение украинской государственности, за конституционную преемственность, Донбасс и Крым были объявлены сепаратистскими регионами, верующих объявят сепаратистами-террористами, агентами Кремля и наёмниками РПЦ. И начнут против них репрессии.
Репрессии будут хаотичными, и воплощать их будут не государственные органы, а активисты, которые лучше знают какому Богу и как именно ты должен молиться. Так что украинские репрессии будут стихийными и вызовут столь же стихийный ответ.
В общем, украинская власть выждет пока спадёт информационная волна, и примет антиправославные законы. Слишком долго их готовили и мусолили, чтобы теперь отступить.
Затем она использует эти законы, чтобы поменять руководство УПЦ и (добровольно-принудительно) загнать её в унию с «киевским патриархатом». После чего объявит о создании «единой поместной православной украинской церкви».
Только после этого, расслабившиеся украинские руководители столкнутся с нарастающим стихийным, никем не контролируемым сопротивлением, которое быстро станет массовым. Они ответят репрессиями и получат первую кровь. После чего противостояние перейдёт в режим религиозной войны.
И вот тогда война в Донбассе покажется детской вознёй в песочнице, а десятки тысяч её жертв досадным недоразумением.
Войны за веру завершаются полным истреблением или изгнанием противника. Современное государство потому и отделяет себя от церкви и обеспечивает равные права всем конфессиям, что только таким образом (на основе равноправия и невмешательства) можно обеспечить мирное сосуществование верующих в разных Богов.
Но на Украине нет государства, а остатки государственного механизма используются для обеспечения интересов одного, причём наиболее маргинального, наименее образованного, ничего не производящего, ни во что не верящего, но желающего по-максимуму потреблять слоя. До сих пор этот слой боролся с историей, с памятью поколений, со своими идеологическими оппонентами. Это была борьба земная и она унесла десятки тысяч жизней.
Но украинские маргиналы ещё не разу не пытались активно посягнуть на веру. Стихийный народный гнев (не майданный, а праведный) не смогут остановить ни Папа, ни Патриарх. Этот гнев сметёт любую плотину, любую власть, любой авторитет. Разница в том, что земная жизнь конечна и страдания закончатся, а Царство Божие вечно и в него можно либо войти, либо остаться за бортом.
