Реакция американского аналитического сообщества на подписание в Астане Россией, Ираном и Турцией (в присутствии делегаций официального Дамаска и представителей ряда вооруженных группировок) Меморандума о создании зон деэскалации в Сирийской Арабской Республике оригинальностью не блещет. Лейтмотивом оценок является уверенность в «усталости» Москвы от сирийского конфликта и создании ею площадки, с помощью которой можно было бы сократить военные усилия на Ближнем Востоке. Это предполагает поиск если не союзников, то хотя бы ситуативных партнёров, среди которых чаще всего упоминаются Турция и сами США. При этом в Вашингтоне сомневаются, что Анкара согласится с ключевой посреднической ролью Москвы в урегулировании сирийского конфликта. Можно предположить, что данный сюжет может получить развитие в контексте предстоящего 15-17 мая визита Эрдогана в США, в преддверии которого за океан уже отправились глава Генштаба ВС Турции Хулуси Акар, пресс-секретарь аппарата президента Ибрагим Калын и глава разведывательного управления Хакан Фидан.
Американскими авторами отмечаются и преимущества, полученные Россией с началом контртеррористической операции 30 сентября 2015 года, среди которых чаще всего упоминается рост международного авторитета страны и апробация новой техники в реальных боевых условиях. Подчёркивается важное значение для российской политики элементов статуса и престижа, позиционирование России как великой державы, способной говорить на равных с США. А поскольку любая попытка мирного урегулирования конфликта с ведущей ролью России «отвечает интересам Кремля» и работает на повышение геополитического веса России, Москва неизбежно столкнётся с трудностями на этом пути. Несмотря на договорённость о создании зон деэскалации, «успешное осуществление Кремлем плана постепенного выхода из сирийского конфликта маловероятно», констатируют эксперты центра Stratfor. В качестве платы за возвращение России в число самостоятельных внешнеполитических субъектов они упоминают растущие человеческие жертвы и материальные затраты, причём дальнейшие события «могут мгновенно продемонстрировать пределы влияния России в стране... Российские войска и дальше оказываются лицом к лицу с полными решимости оппозиционными силами, и Москва уже испытывает те же проблемы, с которыми Соединенные Штаты сталкивались в последнее десятилетие в Ираке и Афганистане». Как признак возможного увязания России в «сирийской трясине» Марк Галеотти в материале Foreign Policy рассматривает расширяющееся присутствие на территории Сирии российских подразделений, укомплектованных уроженцами Северного Кавказа - чеченцами и ингушами (мусульманами-суннитами).
«Реальность такова, что политическое урегулирование сирийского конфликта путем переговоров сейчас ещё менее вероятно [выделено нами. - Ред.], чем в то время, когда Россия впервые начала делать робкие шаги в сторону выхода из конфликта. Непрекращающееся насилие ослабляет оставшуюся веру в эффективность прекращения огня, которое объявляли уже не один раз - в перемирие, которое стало бы важной основой для дальнейших переговоров», - утверждают эксперты «теневого ЦРУ», прогнозируя переход боевиков к тактике массированных партизанских набегов.
Американские СМИ, относящиеся к мейнстриму, обращают внимание на то обстоятельство, что меморандум не подписали ни так называемые повстанцы, ни правительство: «Представители повстанцев утверждают, что он оставляет слишком много лазеек для того, чтобы сирийская армия продолжала сплошные бомбардировки гражданских зон». The New York Times ссылается на отвергающих соглашение боевиков, выступающих против Ирана как страны-гаранта и повторяющих требования о выводе с сирийской территории проиранских группировок («Хизбалла» и др.). «Правительственные и оппозиционные аналитики пришли к редкому согласию, выразив недовольство тем, что это соглашение может быть шагом к разделению Сирии на правительственные и повстанческие зоны», - отмечает издание.
Предполагаемые интересы иностранных держав в Сирии
«Иран[цы] - преступники! Они не [должны] подписывать! Мы не принимаем их гарантию! Увидимся на поле боя. Мы не сдаёмся», - цитирует The Los Angeles Times бородатого «оппозиционера», некоего Ясира Абдул Рахима, демонстративно покинувшего подписание Меморандума о деэскалации в Сирии. «...Складывается впечатление, что это соглашение, как и предшествующие, - мертворожденное... Оппозиция отказалась его подписать. В заявлении повстанческой делегации, опубликованном в четверг ближе к концу дня, говорится, что она не примет никакой роли Ирана и связанных с ним ополчений», - предполагает автор статьи, цитируя и. о. помощника госсекретаря Стюарта Джонса, по мнению которого США «ценят усилия Турции и Российской Федерации по достижению данного соглашения». Однако Джонс в его заключении участия не принимал, и в заявлении Госдепартамента отмечается, что есть «причины быть осторожным»: «У нас по-прежнему есть опасения относительно договора, подписанного в Астане, в частности, по поводу участия в нем Ирана как "гаранта". Действия Ирана в Сирии только способствовали кровопролитию, а не останавливали его, и безоговорочная поддержка Ираном режима Асада продлила страдания рядовых сирийцев».
Всё это свидетельствует о том, что в то время как Дональд Трамп будет рассуждать о неустанных попытках найти взаимоприемлемые решения по Сирии, влиятельные силы в Америке будут торпедировать любые попытки установить в стране хотя бы относительный мир. По сообщению российского Центра по примирению сторон, несмотря на относительное спокойствие 6 мая, от местных жителей «...продолжает поступать информация о готовящихся террористическими группировками "Джебхат ан-Нусра" и ИГИЛ попытках срыва действия меморандума». Местные источники сообщают также о постановочных съёмках последствий мифических «обстрелов с использованием отравляющих веществ», причём консультантами съёмок являются операторы, связанные с катарским телеканалом «Аль-Джазира».
