Войну забыли, ею пренебрегали в России, отмахиваясь от любых попыток жителей обороняющегося региона обратить на себя внимание. Именно поэтому жители Донецка, не стесняясь эмоций, рассказывают о происходящем.
В 2014 году я жил на втором этаже десятиэтажки на улице Молодых шахтеров. Сюда не долетали снаряды украинской артиллерии, но ниже по улице было немало разрушенных прямым попаданием домов.
То есть где-то на расстоянии 500 метров время от времени что-то взрывалось, у меня хлопали заклеенные крест-накрест бумажными лентами стеклопакеты, а на первом этаже билась о дверной проем подъездная дверь.
Иногда обстрелы Киевского района, расположенного неподалеку, достигали такой интенсивности, что, казалось, воздух уже даже не скручивался после взрывов в гигантские шары, а просто непрерывно гудел, как будто где-то над облаками через небесную твердь пробивался проходческий комбайн.
Однажды к автобусной остановке в 150 метрах от моего дома прилетел одинокий снаряд «Града». Врывшись в асфальт, он не взорвался, и некоторое время, пока его не извлекли из дорожного полотна саперы, служил напоминанием о том, что времена нынче наступили нелегкие.
В моей квартире регулярно пропадала вода, раз в несколько дней отключалось электричество. В такие моменты, если мне нужно было что-то писать, я выезжал в центр города, находил кафе или ресторан с интернетом и садился работать.
В центре было относительно спокойно, хотя канонада пробивалась и сюда.
По мнению какого-нибудь жителя Буденовки или Пролетарки (относительно тихих районов Донецка), я жил в аду, хотя мне было точно известно, что в аду живут те, кто пережидает обстрелы в подвалах рядом с аэропортом или на любом другом участке, расположенном в непосредственной близости от линии фронта.
 В аду живут те, кто пережидает обстрелы в подвалах рядом с донецким аэропортом (фото: Ирина Геращенко/РИА Новости)
|
А еще я хорошо помнил жителей Грозного, которые целым городом зимой 1999 года переселились под землю и жили там, не появляясь на поверхности, поскольку по городу круглосуточно работали авиация и артиллерия.
То есть, по мнению человека со стороны, который может даже находиться в одном с тобой городе, обстреливаемая территория непригодна для жизни. Но человек, обитающий в зоне, куда снаряды залетают только время от времени, с ужасом наблюдает за расположенным в непосредственной близости районом, который подвергается постоянному обстрелу.
Но везде продолжают жить люди.
В моем дворе, в котором три дома образовывали колодец, грохотало, как будто кто-то пытался снести высившийся прямо за домами террикон серией направленных взрывов. И в это же время бабушка тащила на поводке по этому самому двору упиравшегося и приваливавшегося на задние ноги во время взрыва йоркширского терьера.
Людям, которые находятся далеко от войны, вообще все происходящее представляется жутчайшей жутью, поскольку сообщения об обстрелах, разрушениях, гибели и ранениях людей до них доходят в концентрированном виде и им кажется, что так и выглядит донецкая городская рутина, что жизнь каждого горожанина - это дым, контузия, вылетающие окна и заваливающиеся стены.
Тем более что и сами дончане, справедливо полагающие, что в течение долгого времени их бедственному положению Россия не уделяла должного внимания, на сей раз устроили такую мощную перекличку в соцсетях, что смертельно напугали своими отчетами о «прилетах» всех сочувствующих.
Надо понимать, что, конечно же, десятки попаданий в жилые здания, гибель нескольких человек в ходе обстрелов - это беда, которую нельзя списывать со счетов, но все же для жителя миллионного города такая частотность инцидентов находится на уровне статистической погрешности, то есть, если и есть непосредственная угроза жизни, то она крайне невелика.
Панические настроения генерируются главным образом теми жителями Донецка, для которых нынешнее обострение - первое, с которым им пришлось столкнуться.
В самом начале боевых действий город покинули до половины его жителей, которые стали возвращаться домой уже в относительно спокойные времена, когда обстрелы приобрели эпизодический характер и уже не угрожали ни центру города, ни районам, находящимся на удалении от линии фронта.
Далекая, хотя и неумолкающая канонада давно превратилась для горожан в «белый шум», почти не улавливаемый слухом.
Нынешние обстрелы, когда снаряды стали вновь залетать в черту города на большую глубину, вызвали состояние паники у тех, кто никогда ни с чем подобным еще не сталкивался. Пережившие 2014 и 2015 годы относятся к происходящему довольно спокойно, зная уже точно, что и в такой обстановке можно выживать.
Но есть момент, за который дончане сознательно желают отыграться. Равнодушие, в полосу отчуждения которого на долгое время попал Донбасс, кажется и им, и всем, кто знаком с ситуацией, непростительным и возмутительным.
Войну забыли, ею пренебрегали в России, отмахиваясь от любых попыток жителей обороняющегося региона обратить на себя внимание. Именно поэтому жители Донецка, не стесняясь эмоций, рассказывают о происходящем: их аудитория - это Россия, которая то ли не может, то ли вообще не считает необходимым воспрепятствовать войне, которую Киев ведет с двумя мятежными республиками.
На сегодняшний день главная проблема для жителей столицы ДНР - это перебои в водоснабжении. Город остался без воды, ее из-за прекращения работы Донецкой верхнекальмиусской фильтровальной станции будут подавать только ночью. Во всех районах города организована раздача технической воды.
В некоторых микрорайонах также отсутствует электричество, а это означает, что перестает подаваться и тепло. В местах, которые являются наиболее уязвимыми для украинской артиллерии, люди снова стали из собственных квартир и домов переселяться в импровизированные бомбоубежища, которыми обычно служат подвалы многоэтажек.
Кто-то, у кого есть такая возможность, съезжает в центр города, где пока еще относительно безопасно. Глава администрации Киевского района Валентин Левченко сообщил вчера, что с подведомственной ему территории началась эвакуация жителей, которые пожелали выехать.
Тем не менее говорить об отчаянии и безысходности, как мне кажется, пока особых оснований нет. Мне кажется, что общий настрой на своей странице в Фейсбуке хорошо выразила дончанка Марина Бережнева. Я позволю себе процитировать ее текст полностью.
«Дорогие товарищи дончане. Местные и те, кто выезжал. Большая просьба - держите себя в руках. Проблема в том, что паника и истерические реакции очень мощно генерятся и наводятся вами (и теми «сочувствующими» из-за пределов республики) особенно благодаря наличию социальных сетей.
Товарищи сограждане, обладающие «эксклюзивной» информацией типа «прорыв под Новоазовском», не надо это подавать на публику в виде истерических выкриков, вас читают домохозяйки, старушки и кормящие матери. У последних может пропасть молоко.
Дорогие товарищи дончане, проживающие в условно опасных районах. Те, кто уже провел тут время с 2014 по 2016 год, знают, где убежища, как собрать тревожную сумку и почему надо делать запас воды, свечей и аптечку. Те, кто выезжал и в этих реалиях не был, подготовьте все необходимое для эвакуации и оказания первой помощи. Не факт, что это вам понадобится, но пусть будет.
#{author}Если есть куда перебраться на время из опасного района, к друзьям или родным, переберитесь. Если некуда - примите элементарные меры безопасности и займитесь чем-то продуктивным: уборкой, приготовлением пищи, рукоделием и т. д., что вас лучше всего успокаивает. Попейте настойку пустырника или «Новопассит» - не повредит.
Самое главное - просто не истерить. Никто ни республику, ни Донецк не сдаст. Это обострение все давно ждали. Оно, возможно, продлится достаточно долго, но может и быстро закончиться. Это как поведут себя «небратья». Но бояться нечего.
Если в доме есть дети, еще более важно соблюдать спокойствие - им очень передается ваше настроение.
Враг будет разбит, победа будет за нами - как банально ни звучат эти слова, но это правда! Давайте поможем ребятам на передовой нашим спокойствием и сосредоточенностью».
Наверное, если плотные обстрелы продолжатся, то городу через какое-то время придется переходить на режим чрезвычайного положения, но опыт 2014-го, когда украинская артиллерия целенаправленно разрушала объекты жизнеобеспечения Донецка и других населенных пунктов республики месяцами и без всякого видимого результата - деморализовать жителей и защитников ДНР не вышло, - этот опыт показывает, что резерв стойкости у дончан превышает возможности украинской артиллерии многократно.
