СССР не завершена | Продолжение проекта «Русская Весна»" width="300" height="201" align="left" />
Отмечая годовщину развала СССР, мы можем представлять себе, как постепенно, еще без всякого осознания своих действий, народы, проигравшие свое великое общее прошлое, выстраиваются в очередь перед новым общим будущим.
Многие и по сей день продолжают настаивать на том, что развал СССР был неизбежен, поскольку цементом, склеивавшим страну, была нежизнеспособная коммунистическая идеология, выламывавшая из бытия естественные и органичные формы его существования: семью, церковь, традиционные и органичные способы хозяйствования.
Такой взгляд на советскую идеократию верен только отчасти, и то применительно к первым десятилетиям существования СССР.
Уже с Великой Отечественной войны начинается новая сборка Российской империи и восстановление оборванной духовной преемственности с тем «старым миром», отречение от которого стало клятвой большевиков.
Пропуская период «оттепели», поскольку он не совсем попадает в тему, скажем, что в 70-е и 80-е годы прошлого века демонтаж коммунистической идеи в ее главных идеологических аспектах становится свершившимся фактом.
К примеру, ребенку этих времен даже не придет в голову повторить подвиг Павлика Морозова, поскольку ценность семьи уже вновь является доминантной, превалирующей над любыми идейными разногласиями.
Царство всеобщего благополучия, обещанного основателями СССР и Никитой Хрущевым, служившее сакральным образом, помогающим советскому времени катить свои тяжелые воды через многие лишения, уже не воспринималось как путеводная звезда, а служило мишенью для насмешек.
Равно как и советская бюрократия с ее уморительной геронтологической дурной бесконечностью - наследованием будущих покойников покойникам уже состоявшимся.
Вера в целостность идеологии и жизни подорвана навсегда.
Государство воспринимается как система отдельная от пустопорожних верований и обещаний последователей единственно верного учения.
То есть собственно коммунистическая идея постепенно, из десятилетия в десятилетие, вымывается из человеческого и общественного существования, и на смену ей все более явственно приходит традиционное, русское, которое под спудом идеологических оков продолжало крепить советское общество в течение всех семи десятилетий до развала СССР.
В условиях коллапса, в котором перманентно пребывают постсоветские страны, русский мир становится центром притяжения для все больше уходящих в штопор стран, которые два с лишним десятилетия держали курс на сближение с Западом.
И, как ни странно, только удалялись от него, поскольку истинным Западом для них была Россия, удерживавшая национальное своеобразие в пределах цивилизованной нормы.
Утро и сегодня все так же продолжает красить нежным светом стены древнего Кремля, однако красота и глубокая родственность этого процесса иным становятся внятны только сейчас.
Так что, отмечая годовщину развала СССР, мы можем представлять себе не без некоторого изумления, как постепенно, еще без всякого осознания своих действий, народы, проигравшие свое великое общее прошлое, выстраиваются в очередь перед новым общим будущим.
Источник
