Венская конференция по Сирии 30 октября Фото: AFP321
Второй раунд переговоров в Вене по Сирии 30 октября, как и предполагалось, не привёл к прорывным решениям. «Четвёрка» ключевых стран венского формата сирийских дискуссий не пришла к окончательному общему знаменателю по срокам и содержанию так называемого переходного периода в Сирии. Россия, США, Саудовская Аравия и Турция расширили круг привлекаемых к сирийскому урегулированию ближневосточных игроков, но этого оказалось пока недостаточным для фиксации качественных подвижек. Решено продолжить движение по пути многосторонних переговоров, созвав очередной министерский саммит в течение ближайших двух недель.
Изначальным успехом переговоров стало участие в них Ирана, а также вовлечение в консультации Ирака, Египта, Иордании, Ливана. При этом дверь венских дискуссий остаётся открытой и для других важных ближневосточных стран. Прежде всего, из числа арабских монархий Персидского залива, помимо Саудовской Аравии.
Первая встреча в новом формате сирийского урегулирования состоялась 23 октября. Созыв второго раунда по прошествии одной недели засвидетельствовал настрой внешних сил придать мирному процессу в Сирии предметные очертания. Главная цель венских консультаций - запустить в охваченной войной арабской стране переходный период.
Западная пресса все предшествовавшие возобновлению переговоров дни пыталась представить ситуацию максимально упрощённо. Дескать, в Вене США, Турция и Саудовская Аравия будут отстаивать необходимость форсированного устранения президента Сирии Башара Асада от власти. В этом американцам, туркам и саудовцам противостоят Россия и Иран, сделавшие ставку на Асада и не расположенные к каким-либо окончательным договорённостям по поводу его политического будущего. Общие рамки протекающего диалога между двумя указанными основными полюсами венского формата можно представить и таким образом. Однако с тем пониманием, что существует ряд нюансов, не укладывающихся в подобное упрощение.
Прежде всего, заметно смещение акцентов в сирийском урегулировании на внешние факторы влияния. Первая международная конференция состоялась 30 июня 2012 года. Она была проведена в рамках «Группы действий по Сирии», созданной по инициативе тогдашнего спецпредставителя ООН и Лиги арабских государств (ЛАГ) по Сирии Кофи Аннана. В конференции не участвовали представители Ирана, Саудовской Аравии, непосредственных соседей Сирии - Ливана и Иордании. Результатом встречи стало Женевское коммюнике, включившее основные принципы урегулирования. Первым принципом значилось создание переходного управляющего органа.
Согласно «Женеве-1», политический транзит власти в Дамаске и противостоящая им оппозиция должны были пройти в тесном режиме взаимосогласований. Внешние спонсоры урегулирования установили фундамент мирного процесса, но наполнить его содержательностью требовалось от непосредственных сторон конфликта. Поняв завышенность своих ожиданий, наличие между властями и оппозицией огромной пропасти в виде обоюдного недоверия, инициаторы «Женевы-1» решили перейти к более реалистичной методологии урегулирования.
В январе 2013 года новый спецпредставитель ООН и ЛАГ по Сирии Лахдар Брахими предложил внести изменения в Женевское коммюнике от 30 июня 2012 года. Он назвал договорённости, достигнутые на первой конференции в Швейцарии, «недостаточными» и призвал Совет Безопасности ООН «предпринять действия». 7 мая 2013 года министр иностранных дел России Сергей Лавров и госсекретарь США Джон Керри выступили с предложением провести новую конференцию по сирийскому урегулированию, получившую название «Женева-2». Вторая конференция открылась 22 января 2014 года в швейцарском городе Монтрё.
Цель прекращения войны требовала концентрации усилий вокруг первоочередных шагов по установления перемирия, доступа населения к гуманитарной помощи. Усовершенствование механизма «Женева-2» привело к выдвижению идеи о формировании четырёх рабочих групп с участием правительства и оппозиции Сирии. Но и в своём «втором издании» женевский процесс к началу осени текущего года не дал никакого результата.
На нынешнем этапе впору говорить не о «Женеве-3», а о возвращении к стартовой точке урегулирования по методу создания переходного органа в Сирии. Назовут ли нынешний дипломатический марафон «Вена-1» или как-то иначе - не суть важно. Главное, есть понимание, разделяемое США, Турцией, Саудовской Аравией с одной стороны, и Россией с Ираном - с другой, что расчёт исключительно на внутрисирийский потенциал разрешения всех проблем исчерпан. Другими словами, сирийцы пришли к той точке, от которой без помощи внешних сил им не обойтись. Никто пока не берётся публично утверждать, что сирийцам продиктуют условия урегулирования, но многое указывает на продвижение процесса именно к этой объективной данности.
Возможно, понимание исчерпанности внутрисирийского потенциала урегулирования то единственное, что объединяет позиции членов «четвёрки», которая со временем может расшириться до «пятёрки», если Иран закрепится в числе ведущих внешних сил сирийского мирного процесса. По всему остальному - разброс мнений и интересов представлен достаточно отчётливо. Причём, и в самом лагере противников Асада. Чего только стоит скрытая борьба между США и Турцией вокруг сирийских курдов. Администрация Барака Обамы налаживает с курдами на севере Сирии тесный диалог, снабжает их оружием и разведданными, поддерживает авиаударами. Турцию же всё больше заносит на агрессивное ведение дел с находящимися по ту сторону границы курдами. Недавно президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган пригрозил воздушными ударами по «Отрядам народной самообороны» сирийских курдов. Причина - город Тель-Абьяд в Сирии был объявлен местным городским советом частью самопровозглашённой курдской автономии.
Вашингтон, Анкара и Эр-Рияд пытаются убедить всех в том, что они действуют в политическом процессе по Сирии на консолидированной основе. С подачи турецких источников ситуация представляется следующим образом. Три указанные столицы, между которыми имеются продвинутые военно-политические соглашения, придерживаются точки зрения, что, первое, переходный период в течение шести месяцев должен завершиться уходом Асада с поста президента. Второе - на «переходе» Асад будет обладать только символической властью, не располагая какими-либо весомыми политическими и военными полномочиями.
Перед началом переговоров стало известно, что США, западные страны и их ближневосточные партнёры, которые провели предварительную встречу в Париже, сошлись на том, что они более не выдвигают категоричного требования о немедленном отстранении Асада в качестве начальной точки переходного этапа. От России, Ирана и самого Асада американцы с их турецкими и саудовскими союзниками желают получить гарантию, что избранный в прошлом году президент Сирии покинет пост в «определённый момент» переходного периода.
Налицо значительный сдвиг в позиции США, который Турция и Саудовская Аравия не решились проигнорировать. Выработанный (или, если угодно, продиктованный сирийским властям и оппозиции) в Вене внешними силами алгоритм урегулирования гласит, что первым делом необходимо уничтожить признанные Советом Безопасности ООН террористическими группировки в Сирии. Только это может открыть дорогу к следующим этапам, отмеченным в итоговом коммюнике венской встречи: внутрисирийский политический диалог, формирование единого переходного правительства, разработка новой конституции и проведение выборов под наблюдением ООН.
До 30 октября были сомнения, что Иран поддержит указанную последовательность шагов, особенно в той её части, где говорится о вхождении сирийской политической оппозиции в состав переходного органа. Уходить Асаду, даже в «определённый момент», нет смысла, поскольку он переизбрался на свой пост в прошлом году, ранее напоминали из Тегерана. Однако Иран проявил большую гибкость, вновь зарекомендовал себя прагматичным игроком при всей известной вовлечённости своих инструкторов, советников и добровольцев в сирийский вооружённый конфликт на стороне Асада. В кулуарах второго расширенного венского раунда по Сирии стало известно, что «Иран не настаивает на вечном сохранении Асада у власти». Об этом заявил замминистра иностранных дел Ирана Хосейн Амир Абдоллахиан, вошедший в состав иранской делегации на переговорах в австрийской столице.
Таким образом, поле для компромисса есть, акцент на приоритетность борьбы с терроризмом поставлен. Остаётся приступить к очередной попытке наполнить весь процесс содержательностью, что не удалось по итогам «Женевы-1».
Пока идёт война формирование переходного органа с участием представителей властей и оппозиции крайне затруднено. Прежде чем перейти к обсуждению деталей переходного периода, сами сирийцы должны сойтись в том, что наибольшую угрозу для региона представляют собой «Исламское государство» и другие террористические группировки, действующие в Сирии. Как можно понять, параллельно с составлением и уточнением списков представителей конструктивной сирийской оппозиции, подобная работа в скором времени может охватить и вопрос идентификации террористов в регионе, которые подлежат безусловному уничтожению.
Россия пришла на Ближний Восток вовремя, помимо прочего, дав США возможность не поддаться очередному соблазну применить к Сирии иракский или ливийский сценарий, «неизбежность» которых американской администрации все последние месяцы усиленно внушали турецкие и саудовские партнёры.
Напрашивается риторический вопрос: стал бы венский процесс по Сирии сегодняшней реальностью без активного вовлечения России в решение острой ближневосточной проблематики? Однозначно - нет. Встреча в Вене прошла ровно спустя месяц с начала военной операции России в Сирии. Отрезок 30 сентября - 30 октября оказался ёмким на военную событийность в арабской стране, получив под самый конец многообещающий дипломатический импульс. В конце октября в Вене собравшиеся там внешние спонсоры урегулирования поставили многоточие. В предстоящие две недели планируется усадить за один стол переговоров сирийские власти и «отселектированную» оппозицию. Процесс набирает обороты, маховик сирийского урегулирования вновь пришёл в движение.
Ближневосточная редакция EADaily
