Дилемма «сдерживания инфляции» и «отрицательного экономического развития»

Прошедшее 15 апреля совещание по экономическим вопросам у президента Владимира Путина обнажило растущий системный конфликт между правительственным блоком и денежно-кредитной политикой ЦБ. Пока кабинет министров пытается разогнать ВВП, регулятор держит «оборону» высокими ставками. Выход из тупика может лежать в плоскости, которую раньше считали ересью: в переходе от единой ставки к многоуровневому механизму контроля скорости денежного обращения.

Президентский выговор: когда прогнозы не сходятся с реальностью. На повестке дня в Кремле — тревожная нестыковка. Президент подверг жесткой критике экономический блок за то, что реальные показатели начали отставать от тех оптимистичных цифр, которые само же правительство закладывало в прогнозы. Причина на поверхности: российская экономика попала в «ножницы».

С одной стороны, необходим форсированный рост и импортозамещение. С другой — Банк России, верный мандату по таргетированию инфляции, удерживает заградительные процентные ставки. Это классический клинч: попытка охладить потребление и цены одновременно «замораживает» инвестиционную активность в капиталоемких отраслях. Это не только провоцирует отрицательные экономические показатели, но за ними возникает социальная напряженность, что в условиях продолжения СВО и экономической войны Запада против России создает угрозы уже национального и государственного масштаба. При этом инфляция и не особо снижается, цены и налоги растут, доходы падают, выпуск продукции сокращается. По сути, идет ослабление тыла при военных успеха, но как говорится – только у крепкого тыла крепка и армия. Добавим сюда и выборный год – Россия выбирает Парламент, совсем неподходящее время для социальной и политической напряженности.

Проблема «цифровой турбулентности». Фундаментальная проблема нынешней политики ЦБ в том, что она оперирует инструментами прошлого века. Традиционно считается, что высокая ставка ограничивает объем денежной массы. Однако в эпоху цифровых платежей и расцвета e-commerce ключевым фактором инфляции стал не только объём денег, но и скорость их обращения.

Современные финансовые технологии позволяют рублю совершать миллионы оборотов там, где раньше он совершал один. Электронная коммерция и финтех-платформы генерируют колоссальную скорость оборачиваемости. В то же время тяжелая промышленность, строительство и высокотехнологичный госсектор работают в «долгих» циклах.

Применяя единую ставку ко всем, ЦБ пытается лечить лихорадку в ритейле, одновременно перекрывая кислород (финансирование) заводам. Именно это отсутствие гибкости вызывает растущее возмущение бизнеса и конфликты между ведомствами.

Четыре уровня регулирования: проект новой архитектуры. Для разрешения кризиса предлагается наделить ЦБ принципиально новым инструментом — дифференцированной (прогрессивной) процентной ставкой по отраслям. Это не привычные льготные кредиты (которые лишь создают нагрузку на бюджет), а системная градация стоимости денег в зависимости от их влияния на инфляцию и ВВП.

Концепция подразумевает четырехступенчатую структуру: 1) Сектор «сверхбыстрых» денег (E-commerce, цифровые платежи, спекулятивный финтех). Здесь ставка должна быть максимально высокой. Огромная оборачиваемость позволяет этим отраслям генерировать прибыль даже при дорогом кредите, при этом именно они создают основной инфляционный «шум». 2) Высокорентабельный потребительский сектор. Ставка выше средней, чтобы сбалансировать спрос и предложение. 3) Отрасли со средней оборачиваемостью. Стандартная рыночная ставка для поддержания текущей операционной деятельности. 4) Капиталоемкие и национальные проекты (промышленность, инфраструктура, НИОКР). Минимально возможная ставка. Длинные деньги в этих отраслях не создают мгновенного инфляционного давления, но формируют фундамент будущего ВВП.

Контроль за скоростью денег, а не только за их объемом. Внедрение такой модели позволит ЦБ управлять экономикой как точным хирургическим инструментом. Если инфляцию разгоняет избыточная активность в цифровом ритейле — повышается ставка именно для этого сегмента. Если стагнирует промышленность — ставка для нее снижается независимо от общего инфляционного фона.

Современные цифровые инструменты контроля и маркировки платежей позволяют отслеживать целевое использование средств с беспрецедентной точностью. Технологический барьер для введения «разных цен на деньги» внутри одной страны практически исчез.

Что делать конкретно? Политика «единой ставки для всех» в условиях структурной трансформации экономики и цифровой революции становится тормозом. Конфликт между правительством и ЦБ не решится простым снижением или повышением цифры на табло регулятора. России нужна новая архитектура денежно-кредитной политики, где критерием будет не только количество денег, но и траектория их движения. В противном случае разрыв между амбициозными целями Кремля и жесткой реальностью регулятора будет только увеличиваться.

Механизм реализации: от «ручного» управления к смарт-контрактам. Главный вопрос критиков: как технически разделить рубли в банковской системе, чтобы «дешевые» деньги для завода не утекли на «быстрый» рынок маркетплейсов? В условиях тотальной цифровизации банковского сектора РФ это может решаться через целевое рефинансирование и систему лимитов.

Предлагаемый инструментарий: 1) Маркированные лимиты: ЦБ предоставляет коммерческим банкам ликвидность по разным ставкам под конкретные портфели кредитов. Если банк выдает кредит заводу (4-й уровень), он получает от ЦБ рефинансирование, условно, под 5%. Если кредитует ритейл — под 18%; 2) Сквозной мониторинг: Использование системы банковского сопровождения (аналог гособоронзаказа), где движение средств по «дешевым» кредитам отслеживается до конечного поставщика; 3) Цифровой рубль: Идеальный инструмент для этой реформы. «Окрашивание» цифровых рублей позволяет программно запретить их использование в отраслях с высокой оборачиваемостью, если они были выданы на инвестпроект.

Возможная модель четырехступенчатой ставки: расчетные показатели. Для понимания масштаба изменений приведем гипотетическую сетку ставок (при текущей базовой ставке в 15%):

Как отреагирует ЦБ: между консерватизмом и неизбежностью. Прогноз реакции Банка России на подобное предложение предсказуемо будет жестко скептическим, и вот почему: 1) Аргумент об «арбитраже»: Регулятор традиционно опасается, что бизнес найдет способы перекачивать дешевые деньги из «длинных» отраслей в «быстрые» через цепочки посредников, что только подстегнет инфляцию; 2) Усложнение управления: Для ЦБ проще управлять «одной кнопкой» (ключевой ставкой), чем выстраивать сложную систему отраслевых фильтров; 3) Независимость ДКП: Переход к отраслевым ставкам превращает ЦБ из «надсмотрщика за ценами» в «плановый орган», что идет вразрез с текущей либеральной доктриной регулятора.

Однако конфликт с правительством зашел так далеко, что компромисс неизбежен. Вероятнее всего, ЦБ предложит «мягкий вариант»: сохранение единой ключевой ставки, но расширение программ специализированного рефинансирования (аналог уже существующих программ для МСБ или промышленности, но в гораздо больших масштабах).

Заключение. Переход к многоуровневой ставке — это признание того, что экономика стала неоднородной. Скорость «цифрового» рубля в маркетплейсе в тысячи раз выше скорости «промышленного» рубля в станкостроении. Пытаться регулировать их одной цифрой — это всё равно что управлять движением гоночного болида и трактора с помощью одной педали газа. Рано или поздно технологическая реальность заставит регулятора признать: время монолитной денежной политики ушло и надо строить новую, и чем скорее, тем лучше. Реформы и в этой отрасли назрели.

Александр Вячеславович Руденко, публицист, общественный деятель