За 34 года со времени разрушения СССР у нас не научились стоять в очереди. Нашу очередь страшно покинуть на минутку, потому что она тут же сомкнётся. Надо стоять, влипнув во впереди стоящего, иначе кто-то пристроится рядом, как бы невзначай.
Именно так вчера и произошло. Стою с ребёнком в очереди в кассу. Влипать в спину спереди – в малиновом пальто, не хочу, стою не плечо в плечо, а за её левым плечом моё правое. Ну, что вы думаете? За мной пристроилась пожилая женщина. Однако она заметила лазейку. И через пару минут она уже рядом со мной. Как будто мы вместе стоим за малиновым пальто.
Я ей:
- Скажите, пожалуйста, вы за мной стоите?
- Да.
- А почему вы рядом?
- Вы поругаться хотите?!
То есть я же и плохая. Но дама переместилась назад.
Это несказанно бесит, признаюсь. То, что в очередях нельзя стоять расслабленно. Надо бдить, приклеиваться.
Чаще всего, как я заметила, без очереди лезут крупные мужчины. Они как ледоколы прут.
Некоторые из вас, может быть, не замечают такого поведения, ибо привыкли. Скажу нехорошее: на Западе так не поступают. Я ни разу в Канаде не сталкивалась с тем, что место надо орлом стеречь. Мне кажется, что мы до сих пор пожинаем плоды убийства культурного слоя в 1917-30 годах.
Недавно я была в Смоленске. Стоим с дочкой на остановке на маршрутку. За нами очередь пенсионерок-туристок из Москвы. Стояли долго, они обсуждали что посмотреть, да где оно. Я им очень помогла: рассказала, где музеи, Кремль, ТЦ. В маршрутке 16 мест, я в очереди третья смотрю – людей 21. Ещё подумала: зря стою, надо идти на автобус, не дадут они нам зайти. Но всё же и надежда, что люди соблюдут очередь.
Зря!
Маршрутка, подъехав, остановилась так, что двери перед концом очереди. И вмиг интеллигентные искательницы музеев превратились в толпу бабок с острыми локтями. Они ломанулись в маршрутку, оставив впереди стоящих с открытыми ртами. Кто-то пытался воззвать: «Давайте соблюдать очередь!». Куда там!
То есть в бабках московских (уж извините) не было ни благодарности к человеку, который им всё рассказал, где, что и почём, ни жалости к матери с ребёнком-аутистом, ни уважения к тому, что люди пришли первыми и дольше отстояли. К самому понятию очереди не было уважения.
По Указу Президента родители с детьми-инвалидами должны везде идти без очереди. Но никто на самом деле не пропускает. Ни-ког-да!
В Стамбуле в аэропорту ходят служащие и выискивают в толпе людей с инвалидностью, подходят, улыбаются, дают по бутылке воды мне и дочке, и ведут в специальную приятную комнату ожидания, где можно даже лежать. На посадку тоже без очереди.
У нас такого нет. То есть комнаты матери и ребёнка есть, но никто в них не ведёт, их даже будто скрывают, и без очереди на регистрацию не пускают.
На рейс компании «Победа» я подходила и спрашивала, можно мы без очереди сдадим багаж, мы уже зарегистрированы онлайн. Нет, сказали, у нас нет такой политики. И поставили нас в конец очень большой очереди. Стоящие впереди меня пара человек, видя моё отчаяние, предложили встать на их место, но остальная толпа промолчала. Моё дитя моталось вокруг, садилось на пол, я без конца звала её встать рядом, просила не убегать, говорила «тише», она убегала, просила то есть, то в туалет, и никто не сказал: «Женщина, идите вперёд».
Не пожалели.
Мы прославляем себя, и любим, когда нас хвалят, мы страна великой духовности. Но в каких-то вещах мы хуже турок.
Мне говорят: «А вы сделайте лицо топориком и идите! Имеете право!» Я так не могу. Я не хабалка. Мне надо, чтобы общество было согласно. И в то же время жаль ребенка, что ему приходится мучиться в очереди. «А себя?» – спросите вы. Себя не жаль. Никому ж не жаль, так и мне. У нас не принято жалеть взрослых.
Путин нас только жалеет. Да. Я это точно знаю. Именно при нём государство стало много делать для облегчения жизни семей с больными детьми. Хоть бы Господь засчитал ему эту добродетель прямо сейчас.
Эвелина Азаева, журналист
