Юбилейным, семидесятым по счёту стал вышедший в декабре 2025 года шестой номер журнала «Берега», уже двенадцать лет издаваемый в Калининграде творческими усилиями его главного редактора Лидии Довыденко и редакционного коллектива. Средь всех сохранившихся толстых журналов, выходящих в России, «Берега» занимают особое место благодаря философской глубине подачи материала и широте охвата произведений, созданных в самых разных краях и уголках нашей необъятной Родины. Читатели могут найти здесь берега Беларуси, Брянские берега, а также берега юбилеев, истории и прочтения произведений. Не забыты и берега героически борющейся с врагом Новороссии. Уже ушедший в историю 2025 год, столь памятный на разного рода события, нашёл своё мощное художественное воплощение на страницах журнала.
По установленной традиции номер открылся двумя серьёзными философскими трудами: это обстоятельное исследование Александра Субетто «"Роды" Действительного Человека и Действительного Разума – базовое условие спасения человечества от экологической гибели и императив Эпохи Великого Эволюционного Перелома» и беседа Джихан Фтуни и Сухель Фарах «Человек и духовность во времена хаоса и перемен. Целостный философский взгляд».
На редкость удачным представлен в журнале раздел «Проза», все произведения в котором так или иначе тесно связаны с острейшими проблемами современности. Продолжение романа Валерия Иванова-Таганского «Эхо плачущей земли» сопровождается обстоятельным вступительным словом Натальи Дутко: «Автор показывает, как система власти и правосудия работает в интересах "сильных мира сего". История с флешкой, исчезновением Клары и арестом Семёна – яркая иллюстрация того, как закон подменяется понятиями и влиянием».
Действительно, в сюжете второй части романа тесно переплетаются детективная, философская и психологическая линии, наряду с иронией и горьким сарказмом по поводу вопиющей неправоты властной и правоохранительной систем. В драматические эпизоды похищения жены Кольцова Клавы из рабства азербайджанского мафиози Гаджиева и побега друзей от преследователей органично вставлена импровизация Ивана – диалог Старца и Владыки о ходе и перспективах завершения СВО, в котором угадываются традиции легенды о великом инквизиторе из романа Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы». Роман завершается развёрнутой сценой судебного разбирательства, на котором главные герои предъявляют неопровержимые доказательства своей правоты, однако, матёрому преступнику Гаджиеву удаётся избежать наказания и скрыться в Турции. К сожалению, язык и стиль судебного процесса оказался сведённым до уровня журналистского репортажа, хотя в целом текст произведения – правдивое и достоверное зеркало нашей реальности.
Остросюжетный роман Эдуарда Квашнина-Раевского «Пепел и дым» переносит читателей в динамичную обстановку длящейся СВО, порой напоминая то пиратские, то ковбойские эпизоды из прочитанных в юности книг. Роман от начала до конца символичен: наполовину затопленный дом, торчащий посреди водного пространства, явился своего рода островом, где в оконном проёме дома поочерёдно появлялись самые разные люди и нелюди. Настоящая схватка развернулась на втором этаже между видавшим виды, многое пережившим Петром – истинно русским человеком, и украинским карателем Тарасом, в разгар которой Павел, ещё до сей поры не нашедший себя, встал на сторону Петра, и носителям апостольских имён помогла спасённая ими девушка Маша. Действие предельно обострилось, приобретая кинематографический характер, после появления новой тройки – поляка и двух озлобленных иностранных наёмников: по тексту романа вполне может быть снят захватывающий фильм. В финале – победа на стороне добра, а в лирической сцене герои осмысляют своё прошлое, события на майдане 2014 года, вспоминают погибших врагов и живых друзей: всё, пережитое ими, мыслится своеобразным оксюмороном – сочетанием несочетаемого, придающем роману особый подтекст и глубинный смысл.
Давно не встречалась на страницах отечественных журналов философская фантастика и интеллектуальная проза, но она достойно представлена в «Берегах» повестью Игоря Изборцева «Меж двух лугов» с подзаголовком «Повесть о воле и неволе». При её чтении возникают аллюзии и аналогии с «Игрой в бисер» Германа Гессе, с романами Станислава Лема «Солярис», «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова и даже с пьесой Максима Горького «На дне». Сюжет выстроен на философском парадоксе «буриданов осёл между двух лужаек». Многим известна ироническая характеристика человека, который колеблется в своём выборе: «Не может выбрать, прямо как буриданов осёл». По легенде, существовал обыкновенный осёл, перед которым на равном расстоянии находились два одинаковых стожка сена. Вопрос заключался в том, сможет ли осёл рационально выбрать определённый стожок или и вовсе издохнет от голода, не в силах выбрать? «Буридановыми ослами» стали называть людей, которые долго не могли совершить выбор, принять какое-либо из равнозначных решений.
Автором выражения считали французского философа-схоласта 14-го века Жана Буридана: хотя у него не было упоминания об осле, но ставилась проблема человеческого выбора одного из равных вариантов, где предстояло оценить последствия каждого из решений. Парадокс известен ещё из трудов Аристотеля: великий греческий философ предлагал помещать человека в ситуацию равноценного выбора, где возможных исходов было не два, а три: при этом человек выбирал либо условную «сторону А», либо «сторону Б», а при отказе от выбора – погибал.
Сквозным в повести становится мотив превращений и преображений, заимствованный из легенд и мифов Древней Греции. Стремление приобрести редкие труды Аристотеля побуждает доктора технических наук Фокина, главного героя повести, последовать за странным проводником Анатолием в запущенный двухэтажный дом на глухой окраине города. Второго значимого героя повествования – Луку Петровича Лукина – автор также представляет читателям как доктора технических наук с колоритной внешностью: «пожилой мужчина с небольшой бородкой и длинными седыми волосами, макушка его была прикрыта шапочкой как у булгаковского Мастера». Ярок и образен его язык – адрес загадочного дома он иронически именует Тупиком Демократии. Владелец множества дорогих старинных книг Лукин, подобно Магистру Игры из романа Генриха Гессе, чередует интеллектуальный диалог-спор о философии, живописи, музыке с возможностью для гостя разгадать тайну удивительных метаморфоз, что происходят в его доме. Подвал на первом этаже дома превращается в уютный концертный зал, где звучит полонез Огинского, соседняя с квартирой Лукина комната превращена в гостиную-столовую с накрытым чайным столом. Участники чаепития – помимо Фокина и Лукина – любитель спиртного Анатолий Крайний, бунтарского вида молодой мужчина Прокопий, сорокалетняя помощница Лукина Василиса, а одно место за столом остаётся свободным для некого таинственного Коли, который мог намечтать обо всём, чего хотели собравшиеся в столовой.
Внезапный визит участкового и двух полицейских сержантов с целью получения крупной взятки от Лукина закончился удивительным их превращением в совершенно других людей, озабоченных судьбами детей и природы, о чём намечтал Коля. На вопрос Фокина: «Что это за буффонада? Кто тут на кого мечтает? И кто такой этот Коля?» он получает ответ от Прокопия: «Здесь происходит жизнь – только по справедливости». А Лука Петрович дополняет его: «Вопрос не в том, кто такой Коля, а в том, кто такие мы».
Центральным эпизодом общения с удивительными людьми становится искренний рассказ Фокина о необходимости сделать нелёгкий выбор между любимой женщиной и ответственной работой, но сама атмосфера необычного дома побуждает доктора технических наук найти единственно верное решение – совместить жизнь с Таей с переездом на новое место работы. Интригуя своих читателей, автор повести резко обрывает перспективу встречи главного героя с таинственным Колей.
Финал произведения являет собой новые метаморфозы: Фокин, добившийся больших успехов и наград, показывает свой прежний город любимой женщине под грохот «Прощания славянки», его радуют военные сводки впечатляющих побед на СВО: «Наши взяли Харьков, Сумы, Днепропетровск, освободили Одессу, Киев дышал на ладан», но стремление увидеть Тупик Демократии приносит ему горькое разочарование: «Знакомая облупленная двухэтажка стояла без окон и дверей с провалившейся крышей… Среди груды старых досок копошился старик, что-то выбирая и откладывая в сторону». «Главное – результат! А он есть! – размышляет герой, но читатель вправе задаться вопросом, а есть ли результат и каков он.
Философская повесть Игоря Изборцева побуждает читателей серьёзно задуматься о постоянном выборе, что стоит перед каждым человеком и государством. И о тяжёлых последствиях при отказе от верного выбора.
Рассказ Александра Андреенко «Василёк» необычен по содержанию и художественной форме. Он весь основан на поэтике воспоминаний героя-повествователя об ушедшей из жизни его жены – Валентины Васильевой, которую он ласково и нежно называет «Василёк». Шутливые диалоги двух любящих супругов перекликаются в тексте с печальными сценами похорон, с букетами голубых васильков на могиле, с щемящим душу состоянием разлуки и потери. И всё же финал напоминает пушкинские строки: «Печаль моя светла»: Валентина-Василёк навечно остаётся жить в сердце её избранника и мужа.
В рубрике «Берега юбилеев» замечательно исследование Геннадия Сазонова «Высекать огонь из слова…», созданное к 90-летию выдающегося русского поэта Николая Рубцова. Автор эссе, взяв за основу материалы, хранящиеся в Государственном архиве Вологодской области, развенчал досужие мифы про поэта. Разгадывая тайны его записной книжки, Геннадий Сазонов поведал читателям, как «молодой поэт прислушивался к людскому говору, к языку народа и как-то пытался обозначить это для себя: записывал меткие выражения, поговорки». Главный интерес в обстоятельном исследовании – это анализ той огромной творческой работы Николая Рубцова над каждым словом, над каждой строкой своих стихов в стремлении довести их до совершенства, что наглядно доказано сравнениями чернового и окончательного вариантов, когда «личные переживания приобрели масштабность, уже стали присущи не только автору, но всем нам, всему миру».
В шестом, юбилейном номере «Берегов» каждый читатель найдёт для себя произведение по душе. Такова сказка для детей и взрослых Александра Герасимова под названием «Самая прекрасная Бабушка Яга», написанная с тёплым юмором и иронией, где Дракон призывает всех сказочных персонажей – Бабушку Ягу, Деда Мороза, Кота в сапогах, Снегурочку – бояться его: «Кто боится Дракона, тот уважает власть и с уверенностью смотрит в завтрашний день. Потому что завтра будет так же, как сегодня». Однако, сказочные герои сообща побеждают страх, Бабушка Яга чувствует себя молодой и даже не прочь выйти замуж, а Шут именует её самой красивой и доброй, которую любят дети.
Обширен и разнообразен по тематике раздел «Поэзия», где читателей порадуют стихи Ирины Денисовой, Ларисы Бухваловой. Натальи Радостевой и белорусской поэтессы Натальи Михальчук, трепетно воссоздавшей в поэзии всю красоту родной земли. Из всего поэтического многообразия хочется особо выделить подборку военных стихов полковника ВДВ Владимира Курочкина в рубрике «Берега Новороссии». Владимир Иванович является кандидатом военных наук и доцентом кафедры воздушно-десантных войск Общевойсковой академии. С особым вниманием следит он за обстановкой в зоне СВО. Его стихи – это взгляд из окопов как впервые вступившего в бой новичка, так и командира, ответственного за жизнь своих парней. Повторы-рефрены воплощают всю динамику тяжелейших боёв и волю к жизни и победе. Таково стихотворение «Научите меня»:
Под разрывами трудно стоять,
Третьи сутки в грязи коченею.
Научите меня выживать –
Выживать я совсем не умею.
Научите подмогу не ждать,
Есть траву, пить болотную воду,
Хлеб товарищам весь отдавать,
И о ране забыть понемногу.
Атакует пехота опять,
Я готов, я уже не робею.
Научите меня убивать –
Убивать я совсем не умею.
Научите врагам горло рвать,
Окружившим бесчисленным стадом,
Под ударами не стонать,
Отбиваясь штыком и прикладом.
Набухает от крови бушлат,
Руки слабые, ноги немеют.
Научите меня умирать –
Умирать я совсем не умею.
Научите мечты забывать,
Оставляя надежду другому,
Кисть с гранатой легко разжимать,
Улыбаясь разящему дрону.
Смерть пытается в омут тащить,
Все равно я ее одолею.
Научите меня просто жить –
Жить как раньше теперь не сумею...
Стихи Владимира Курочкина «Мой друг – автомат», «Любой ценой», «За «красной лентой» мир совсем иной», «Есть высшая сила в едином порыве» и многие другие уже стали песнями, пользующимися огромной популярностью среди участников СВО:
Есть высшая сила в российском солдате,
В презрении к смерти, отваге в бою,
Когда напрямик через боль испытаний,
Когда напролом за родную страну!».
В рубрике «Берега истории» запоминается яркий очерк доктора культурологии Екатерины Фёдоровой «Тильзитский переговорщик» о судьбе князя Дмитрия Ивановича Лобанов-Ростовского (1758-1838), прославившегося храбростью в сражениях и проявившего своё дипломатическое дарование в Тильзите в переговорах с Наполеоном: «Русское общество встретило Тильзитский мир с предубеждением, однако…мирный договор позволил России взять паузу, чтобы подготовиться к неизбежной войне».
Невозможно охватить даже беглым анализом всё многообразие и богатство журнального материала, бережно собранного Лидией Владимировной Довыденко и помещённого ею в юбилейный, семидесятый номер «Берегов», но можно с уверенностью сказать, что главный его редактор наряду со своим творческим коллективом, по-прежнему, держат пульс на всех горячих событиях нашей современности. Юбилейный выпуск журнала уже встретил высокую оценку читателей на его презентации в Москве, и этот успех более чем заслужен. Думается, что в 2026 году «Берега» порадуют всех ценителей русской словесности новыми яркими и актуальными произведениями.
Галина Васильевна Чудинова, член Союза писателей России, кандидат филологических наук, член старообрядческой общины, Пермский край
