Хотят ли индийцы войны? Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал руководитель отдела Средней Азии Института стран СНГ Андрей Валентинович Грозин.
Индо-пакистанские отношения резко обострились после гибели от рук террористов на севере Индии 26 человек. Андрей Грозин ответил на вопрос корреспондента о том, вероятен ли полномасштабный вооруженный конфликт между двумя ядерными державами.
«Теоретически ничего исключать нельзя, но пока ни Исламабад, ни Дели не заинтересованы в том, чтобы переходить к вооруженному конфликту. Это не в их интересах сейчас. Индусы пытаются маневрировать в связи с выстраиванием новой международной политики США в Индо-Тихоокеанском регионе. И дополнительное напряжение по линии столкновения с Пакистаном, их историческим врагом, им не нужно», - отметил политолог.
«Пакистан еще меньше заинтересован в конфликте, потому что страна перманентно находится в тяжелой экономической ситуации. У нее нет лишних денег на ведение войны. Есть и фактор Китая. Пакистан превратился из сателлита западного блока в сателлита Китая. Именно через пакистанскую территорию реализуется китайский проект Один пояс – один путь. Китайцы медленно, но, верно, превращают Пакистан в своего ключевого союзника в Южной Азии. Пекин тоже не заинтересован в том, чтобы в текущей мировой экономической неопределенности переходить в стадию конфликта с Дели, пусть и через своего сателлита», - добавил он.
«По мере того, как США организуют давление на Китай, ему необходима стабильность и предсказуемость в Южной Азии. А кризис будет, в первую очередь, носить антикитайский характер. Но и американцы не заинтересованы, чтобы получить раздражитель в виде конфликта двух ядерных держав. В команде Трампа людей, знающих Южную Азию, не так много. Есть кадровые дырки и в Госдепе, и в Пентагоне, чтобы обыграть кризис в Южной Азии. Таких потенций у команды Трампа не просматривается», - подчеркнул аналитик.
«Москве этот вызов тоже не нужен, мы стараемся сохранить хорошие отношения и с Дели, и с Исламабадом. Индия — это ключевой потребитель российских углеводородов, предсказуемый и долгосрочный. Пакистанский рынок также представляет собой интерес для части российского бизнеса. Про Афганистан сложно говорить, но я полагаю, талибам, наверное, тоже не хотелось бы видеть рядом со своими рубежами какое-то обострение», - сказал он.
«Поэтому надеюсь, что обеим сторонам хватит здравомыслия не доводить кризис до горячей стадии. Хотя там и там есть элиты, которые заинтересованы в переходе к кризису, и граждане, которые хотели бы повоевать и показать всем кузькину мать. Но и в Пакистане у традиционного гнезда ястребов, межведомственной разведки ICI, и у индийских ультранационалистов, с другой стороны границы, перевеса в возможностях повлиять на государственные решения пока не наблюдается», - подчеркнул эксперт.
В окружении Трампа есть такие люди, как директор ФБР Каш Патель с индийскими корнями, директор Национальной разведки Талси Габбард, исповедующая индуизм, и супруга вице-президента Джей Ди Вэнса, родившаяся в семье индийских иммигрантов. А. Грозин ответил на вопрос, насколько сильным может стать проиндийский вектор в политике Белого дома.
«Есть такие иллюзии, они существовали применительно к байденовской администрации. В той администрации тоже было много людей, этнически связанных с Индией. Индусы, исходя из этого, строили воздушные замки. На самом деле, это люди, которые действуют в противоположном направлении индийским национальным интересом. Это люди давно оторваны от родины, люди, которые не имеют с ней никаких серьезных связей», - подчеркнул аналитик.
«Любое конфликтное обострение на линии традиционных противников, каковыми являются Пакистан и Индия, всегда приводит к замораживанию военных контрактов. Индусы очень активны в последние полтора года по насыщению военного рынка Армении. Индия сейчас основной военный поставщик Еревана. Теперь будет не до поставок армянам и тем более Украине, которая находится на периферии внимания дели и Исламабада. Ястребы по обе стороны рассчитывают на победную для себя военную кампанию, после которой можно будет продиктовать свои условия мира противоположной стороне, а в таких условиях необходимо заполнять арсеналы, а не распродавать все направо и налево», - сказал политолог.
«Понятно, что всегда сохраняется возможность индивидуальных военных инициатив. Всегда найдется какой-нибудь генерал, который будет заинтересован в том, чтобы толкнуть партию военной продукции в страну третьего мира, в ту же самую Украину», - подчеркнул эксперт.
Иногда ситуацию со спорным штатом Джамму и Кашмир упоминают в качестве альтернативного сценария окончания конфликта на Украине, когда говорят о возможной заморозке боевых действий по линии боевого соприкосновения. А. Грозин ответил на вопрос корреспондента о том, уместны ли такие сравнения.
«Проводить параллели между Джамму и Кашмир и гипотетической линии раздела Украины по Днепру теоретически можно, но в этом чувствуется какая-то натяжка. Можно и Кипр в пример привести, где сложилось деление на северный и на южный после кризиса середины 70-х. Любой специалист по Южной Азии может прочитать большую лекцию о том, как каждая из сторон, опираясь на исторические документы и на исторические права различных династий, оспаривает существующее положение», - добавил он.
«Индусы с пакистанцами решают давний исторический спор, который только обострился после отпадения Бангладеш, появления третьего государства. Это спор, который достался им после распада английской колониальной империи по наследству. А у нас не существовало колониального пространства вплоть до Львова, что бы там не говорили недоброжелатели. Поэтому аналогии с Украиной неуместны, здесь различий гораздо больше, чем сходства», - заключил Андрей Грозин.
