Емеля на печи едет. «Ступай, печь, туда, ступай сюда» — хоть к самому царю. Совершенно точная национальная онтология. Не хочу наказанного ветхозаветного труда, хочу воли и чуда.
В самом деле, что мы, немцы или японцы какие-нибудь, чтобы работать по звонку? Работа не волк, в лес не убежит. В основе бытия — не тягота и забота, а веселье, праздник. «И увидел Бог, что это хорошо» (Быт.1,12). Отсюда и русская лень, и русская незлобивость. Отсюда же и способность до Тихого океана дойти, и в Америку перехлестнуться. И даже Антарктиду открыть. И в космос вылететь. Всё она, печка везет.
Да ещё дубинушка помогает: «Эх, зелёная, сама пойдёт!». Так пел Шаляпин.
Такой уж Емеля человек — с печки слезать не хочет. Но если слезет — мало не покажется. Илья Муромец ведь тоже тридцать лет на печи сидел. А потом пошёл… А его родственник Микула Селянинович, крестьянского (христианского) рода мужик — тот вообще Змея Горыныча запряг и пахать заставил: пусть себе тянет. Потому что земля не моя или твоя, а Божья. И Бог сам всё даст, если захочет, как дал он Святой Руси дали неоглядные и богатства несметные. Чтобы этак лет двадцать на нефтяной игле посидеть, и расслабиться слегка. А потом опять пойти, потому что есть место, где пройтись богатырю, на зависть окрестным народам. Вон бедные японцы, как муравьи, вкалывают, а праздника у них нет. 8 дней отпуска в году. И глазки узкие, все очки одели.
Какой уж в очках праздник, снять надо…
Любит Господь свою Русь, любит. Иначе как бы она прожила уже больше тысячи лет со своими Емелями Селяниновичами и Микулами Поповичами. А раз любит, то и наказывает, как строгий Отец. «Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьёт же всякого сына, которого принимает» (Евр.12,6).
Ох, как больно порой бьёт. Значит, заслужила, милая. Забыла, чей хлеб ешь. Ну, ничего, Господь напомнит. А пока — мчится Русь-Тройка, и постораниваясь, дают ей дорогу другие народы и государства. Почти все уже у жёлтого дьявола в кармане, а на Руси никак капитализма не получается. Емеля в рабство к нему не хочет. Не идёт, каким кнутом его ни бей, и каким пряником ни привлекай.
Двенадцать матросиков с самим Иисусом Христом во главе не позволяют. Лучше уж на печке с Емелей нестись или на лихаче с Катькой. Пусть другие на символическом обмене суетятся, да лихву свою берегут. А нас печка сама до Суда довезет. Конечно, если Господь поможет.
Александр Леонидович Казин, доктор философских наук, профессор, научный руководитель Российского института истории искусств
