10 апреля 2024 года, в Синодальном отделе по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными органами РПЦ, по благословлению Председателя отдела митрополита Ставропольского и Невинномысского Кирилла, прошла Четвертая Всероссийская конференция «Имя победы – Суворов», посвящённая прославлению воина Александра в лике святых Русской Православной Церкви.
В работе конференции приняли участие руководители Всероссийского Суворовского Движения (ВРСД), Всемирного Русского Народного Собора, общественной организации «Московские суворовцы», Благотворительного фонда «Суворов», Историко-патриотического центра «Наука побеждать», представители Военно-исторического общества, писатели, общественные деятели.
На конференции были представлены доклады по данной теме. Свой доклад «Суворов в Новороссии» представил и наш постоянный автор писатель, главный редактор раостанции «Победа» Владимир Робертович Анищенков. Краткую версию доклада мы предлагаем вниманию читателя.
Для уроженца Москвы А.В.Суворова Новороссия можно сказать стала «родным домом». Великий русский полководец неоднократно побеждал здесь врагов на полях сражений. Он же обустраивал этот заново обживаемый край.
С началом Русско-турецкой войны (1787—1791 годов) генерал-аншеф Суворов был назначен командиром Кинбурнского корпуса, на который была возложена оборона Черноморского побережья от устья Буга до Перекопа. Главный удар турки направили на крепость Кинбурн, которую защищал гарнизон из четырёх тысяч человек.
1 октября 1787 года пятитысячный турецкий десант высадился у Кинбурна под прикрытием пушек целого флота. Вопреки ожиданиям Суворов не стал их атаковать, приказал следить за действиями десанта и … вернулся в крепостной храм на церковную службу (!) Такое поведение командира ввиду наступления противника озадачило всех. Но и успокоило. Суворов знает что делает. После окончания литургии, когда турки подошли к крепости на версту, смелый и непредсказуемый полководец возглавил контратаку русского отряда. Лошадь под ним была убита, и сам он с небольшой группой солдат оказался в окружении неприятеля. Бросившийся на выручку гренадер Степан Новиков спас его от неминуемого плена. Видя такое положение любимого командира, русские решительным натиском отбросили турецкие войска к берегу. Но корабельные пушки до этого создавшие «настоящий ад» для русских войск, на этот раз молчали. Стрелять в эту «кучу-малу» было невозможно – своих перебьёшь. Ожесточённая сеча продолжалась до темноты. Ночью остатки десанта вплавь добирались до кораблей.
Через год Суворов уже на противоположном берегу Днепровского лимана принял участие в осаде Очакова. Командующий армией Г.А.Потемкин, не имея достаточных сил для штурма, возводил вокруг города осадные укрепления. Турки постоянными вылазками осложняли эту работу. Во время одной из таких вылазок Суворов, согласно своей тактики активного ведения войны, погнался за ними, пытаясь на плечах противника ворваться за городские стены, но был встречен вражеской конницей значительно превосходящей наш отряд. Суворов получил ранение и был вынужден остановиться, надеясь на поддержку остальной армии. В то время, когда он, сидя на камне, перевязывал себе рану, подъехал ординарец Потёмкина для выяснения причины атаки без приказа. Александр Васильевич ответил: «Я на камушке сижу, на Очаков я гляжу».
Тела погибших при Очаковском штурме русских офицеров по распоряжению князя Потёмкина-Таврического были перевезены в Херсон и погребены в церкви Великомученицы Екатерины, где впоследствии был погребён и сам князь Г.А.Потёмкин.
По Ясскому договору Очаков вместе со всем северным побережьем Чёрного моря отошёл к России (после распада Советского Союза эти земли достались Украине).
Пожалуй, самой знаменитой победой Суворова был штурм неприступной крепости Измаил, которая расположена в Одесской области, а в те времена принадлежала Турции.
Продвижение русской армии в Османскую империю преграждала неприступная крепость Измаил. Сорокатысячный гарнизон, двести пятьдесят пушек и обильный запас боеприпасов и продовольствия делали её непреодолимым препятствием. Потёмкин понимал, что открыть эти ворота в турецкие пределы сможет только Суворов.
Через несколько дней после назначения к стенам крепости подъехали два всадника – граф Суворов-Рымникский и казак, который в небольшом узелке привёз всё походное имущество генерала. Осаждающие войска уже собирались на зимние квартиры, когда пришла весть о прибытии знаменитого полководца. Настроение резко переменилось из удручённого на боевое. Началась подготовка к решительному штурму. Возводились укрепления, устанавливались батареи, проводились учения. Суворов собрал военный совет, на котором единодушно было поддержано предложение штурмовать крепость. Обрадованный Александр Васильевич произнёс: «Сегодня – молиться, завтра – учиться, послезавтра победа или славная смерть».
Командующий объехал войска, беседовал с солдатами у биваков, вспоминая прошлые славные победы. «Видите эту крепость? – указывал он бойцам. – Стены её высоки, рвы глубоки, но нам надо её взять. Матушка царица велела. И мы должны её слушаться». Когда всё было подготовлено к штурму, русский генерал отправил в крепость ультиматум: «Я с войсками уже прибыл. 24 часа на размышление. Сдача – воля. Первые мои залпы – уже неволя. Штурм – смерть». Ответ был довольно красноречивым «Скорее Дунай повернёт вспять, и небо обрушится, чем Измаил сдастся».
Участь крепости была решена.
Рано утром 11 декабря 1790 года русские войска в полной темноте шестью колоннами двинулись на приступ. Вскоре орудийные залпы крепостных орудий осветили окрестности как днём. «Смерть распростёрла свою сень над наступавшими войсками», но русские продолжали идти вперёд. Из Бендеровских ворот в контратаку ринулась турецкая конница. Колонны заколебались. В самый критический момент священник гренадерского полка Трофим Куцинский поднял высоко над головой крест и повёл солдат за собой. Вот как писал о его подвиге полковник генерального штаба Н.Орлов: «Под начальством славного своего полковника Яцунского Полоцкий полк ударяет на неприятеля в штыки, но в самом начале атаки Яцунский смертельно ранен, солдаты колеблются; видя это, полковой священник высоко поднимает крест с изображением Искупителя, воодушевляет солдат и бросается с ними на турок…».
Колонны, возглавляемые Кутузовым и Платовым, взошли на крепостные валы. Удалось открыть ворота, в которые ворвались резервные роты. Завязался бой на городских улицах. Через два часа всё было кончено. Спасся только один человек, который и передал весть о падении Измаила.
Известие о захвате неприступной Измаильской крепости русскими войсками изумила Европу. Турция объявила о созыве всеобщего ополчения. Императрица Екатерина Алексеевна в восторженных тонах описала сражение: «В военной истории до сих пор не было примера, чтобы восемнадцать тысяч человек без открытой траншеи и бреши взяли бы приступом крепость, которую энергично защищала в продолжение четырнадцати часов тридцатитысячное войско».
В самом Измаиле стоит памятник великому полководцу, а в Одесской области посёлок назван именем Суворова.
Александр Васильевич не только воевал здесь, но и обустраивал эти земли.
Два года Александр Васильевич возглавлял войска в Новороссии. Ему было поручено укрепление новой русско-турецкой границы, пролегавшей тогда по реке Днестр. По его приказу на левом берегу Днестра на месте сожжённого турками села была построена крепость Средняя и заложен город Тирасполь.
В Днестровскую оборонительную линию входили и военные укрепления Хаджибея-Одессы, возведённые под его руководством адмиралом Де-Рибасом (Дерибасом).
Памятник А.В.Суворову в Тирасполе (источник sputniknews.ru)
Полностью доклад будет напечатан в журнале «Наука и религия».
