Огромная благодарность владыке Евфимию, главе Миссионерского отдела Русской Церкви, поднявшему тему Симфонии святителя Петра и князя Ивана Калиты здесь и сейчас, в нужное время и в нужном месте, ибо святой митрополит Петр молится о нашей Победе и закрытии проекта Украина.
Почему я имею право на такое утверждение?
Потому что Святитель Петр родился на Волыни, в городе Ратно, и именно он обладал глубоким православным русским самосознанием. Митрополит Петр перенес кафедру киевских, владимирских, московских митрополитов из Владимира на Клязьме, куда ее перенес из Киева галичанин митрополит и духовник святого князя Александра Невского Кирилл Третий, в Москву, и сделал ее столицей. Он убедил Ивана Калиту осуществить глубокие духовные и геополитические шаги по собиранию русских земель вокруг Москвы. Он определил историю. Поэтому 6 сентября – это не просто день города, а день собирания земель вокруг Москвы.
Волынянин митрополит Петр молится о русской Волыни и этим участвует в православных делах на ней.
Ведь Волынь – это русская земля с русским самосознанием. О том, как волынский «засадный полк» князя Дмитрия Боброка помог своим, то есть русским, св. Дмитрию Донскому, одолеть бусурман и окатоличивающуюся Литву. О том, что в начале двадцатого века благодаря миссионерской патриотической деятельности волынского архиепископа Антония (Храповицкого) Волынь стала оплотом православных монархических русских национальных сил (было создано «Почаевское миссионерское типографское братство» во главе с архимандритом Виталием (Максименко), издававшее миссионерские «Почаевские листки» тиражом 2 миллиона экземпляров, обошедшее с проповедью каждый населенный пункт региона. Почаевские патриоты создали русский народный крестьянский банк, который выдавал крестьянам беспроцентный кредит и вывел их из-под экономической зависимости от инославных. Количество членов православных русских патриотических организаций достигло на Волыни 1,4 миллионов человек, без благословения архиепископа Антония ни один кандидат не мог быть избран в Госдуму, сепаратистская и революционная пропаганда была разоблачена и не имела успеха, в отличие от православной миссии.
Архиепископ Антоний и архимандрит Виталий организовали из Волыни православную «Русскую весну» на Галицкой и Подкарпатской Руси.
К ее организации он привлек последнего православного Константинопольского Патриарха Иоакима Третьего. Дело в том, что тогдашний Константинопольский Патриарх Иоаким Третий был продолжателем линии великих царьградских патриархов – таких, как Св. Филофей Коккин и Св. Афанасий Сидящий. Как Иеремия Второй, провозгласивший Москву «Третьим Римом». Как и Патриарх Паисий, давший Московским Патриархам титул «Великой, Малой и Белой России». Как и Дионисий Четвертый, законно вернувший Русской Церкви ее Киевскую и Малой России митрополию.
Митрополит Антоний видел в Иоакиме Третьем союзника в деле восстановления русского Патриаршества – в борьбе с унией, а также в искоренении её детища – историософской ереси «украинства». На Волыни и Подкарпатской Руси ни на жизнь, а на смерть столкнулись два грандиозных миссионерских и геополитических проекта – православный русский, осуществлявшийся архиеп. Антонием, и униатско-украинский, осуществлявшийся Шептицким – серьезным врагом Православия и Катехона, его Царь-мученик Николай Второй очень точно называл аспидом.
Идеологом унии и ереси «украинствующих» был упомянутый выше львовский униатский митрополит Андрей Шептицкий – очень серьёзный противник, который не останавливался ни перед чем. Именно он устроил геноцид (с концлагерями) русских Галицкой и Подкарпатской Руси. Помимо «украинства» этот деятель через своих поклонников в России (типа кадетствующего писателя Владимира Короленко) пытался создать сибирский сепаратизм.
И митрополит Антоний очень многого добился от Иоакима, который сделал его своим Экзархом в Австро-Венгрии. Её (тогда еще Волынский) архиепископ Антоний присоединил к Российской Церкви, рукоположив русских лидеров Галицкой и Подкарпатской Руси. Это были – святой Максим Сандовича, стоявший у истоков Русской Народной Республики Лемков в восточной Галиции, и Алексий Кабалюк, основавший в 1918 году Республику Подкарпатская Русь в Закарпатье (её признали 52 государства). Шептицкий потом их уничтожил, что было актом геноцида.
Как уже отмечено выше, Архиепископ Антоний создал самый мощный в России Волынский Союз русского народа. Он поднял на Галицкой и Подкарпатской Руси «Православную русскую весну» в таких грандиозных масштабах, что остановить ее удалось лишь частично. Само Закарпатье осталось православным русским — и даже сейчас входит в УПЦ, а не УГКЦ и «ПЦУ».
Помимо всего прочего, Шептицкий и не скрывал в своей записке «О мерах по отторжению русской Украйны от России» того, что восточных Патриархов нужно коррумпировать – дабы они признали унию в отторгнутой от Русской Церкви – Церкви Малороссийской.
Позже, после падения России в 1917-м году, подчинявшийся Шептицкому захвативший Киев Симон Петлюра, насаждая там унию и как путь к ней – автокефалию, арестовывает ставшего к тому времени Киевским митрополитом Антония (Храповицкого), Холмского митрополита Евлогия (Георгиевского) и киевского викария святого новомученика Никодима (Кроткова), посвятившего жизнь борьбе с унией и украинством.
Казалось бы, враг победил, и Волынь украинизирована необратимо. Но там остались сотни приходов канонической Церкви, и по молитвам святого митрополита Петра Русская Армия дойдет до Волыни, и тогда, по слову великого опровергателя мазепинской ереси киевского профессора Андрея Стороженко, «украинский туман рассеется и русское солнце взойдет».
Но для этого СВО должна сопровождаться масштабной миссионерской спецоперацией по деуниатизации и деукраинизации сознания, и поэтому прошу рассматривать данный доклад как пролог к разработанному мной для Школы Православного Миссионера и других профильных учебных заведений спецкурсу по украинскому сепаратизму, унии и церковным расколам в Малороссии.
Кирилл Александрович Фролов, глава Ассоциации православных экспертов, руководитель отдела по связям с Русской Православной Церковью и православным сообществом за рубежом Института стран СНГ
