Культура – третий союзник России

1. Россия переживает один из труднейших периодов своей истории – противостояние очередному нашествию полчищ врагов во главе с США, не войны холодной или горячей, а именно нашествия, как это было 80 лет назад. Против нас мобилизована вся Европа, да и часть Евразии. И потому необходима мобилизация всех сил России. Опять требуется жертвенное служение России всех её сыновей и дочерей. И культура, в частности, словесность, тут не исключение. Это всё больше и больше начинают чувствовать граждане России. Алексей Варламов в статье «Где начинается Россия» пишет: «К известной фразе Александра Третьего о том, что у России два союзника – армия и флот – можно смело добавить третьего – литературу. Она всегда была на русской стороне. Она Россией жила, даже оказываясь в изгнании или подполье, она прорывалась сквозь цензуру и была наполнена тем русским духом, который учует даже самая неопытная баба-яга, однако это – если так можно выразиться – высокая, вечная сторона вопроса, а есть и более узкая, прагматичная, что с русской литературой происходит сейчас?» А происходит то, что она всё больше и больше подменяется русскоязычной культурой, которая не является и никогда, ни при каких обстоятельствах не будет союзницей России. В самом деле, для них Россия – лишь «эта страна», а никакая ни Родина, ни Отечество, ни Матушка-Русь. Ольга Седакова декларирует:

Не люблю я ни бедных и богатых,
ни эту страну, ни другие,
ни время дня, ни время года –
а люблю, что мниться и виниться:
таинственное веселье.
Ни цены ему нет, ни смысла.

А вот русская поэтесса Вера Шарыгина чувствует совершенно иначе:

И знаю: доверие высшее
есть в том, что родная земля
Сейчас, как свою, а не пришлую,
с любовью встречает меня.

И если Ольга Седакова не любит ни людей, ни времен дня и года, они живы и благотворны для Веры Шурыгиной:

Над Руссою звонят колокола,
И в этих родниковых переливах
Вся жизнь по-детски кажется светла,
А на душе спокойно и счастливо.
Нет для меня милей родной земли,
Где всё моё: поля, леса и реки,
Где так по-русски плачут журавли,
И лик старушки благостен и светел!
Где радость дня сменяет синь ночей,
А утром – птичий благовест без меры!
И эхом отзываются в душе
Слова: живи, люби и веруй!

У русскоязычных, даже у тех, кто причисляет себя к православным, как Ольга Седакова, своё, нерусское отношение к Христу:

Ты гори, не ведомое пламя,
ничего другого мне не нужно…
Ты гори, передавай известье
Спасителю, небесному Богу,
Что Его на земле ещё помнят,
не все ещё забыли.

А вот Юрий Кузнецов верил иначе:

Полюбите живого Христа,
Что ходил по росе
И сидел у ночного костра,
Освещённый, как все.
Где та древняя свежесть зари,
Аромат и тепло?
Царство Божье гудит изнутри,
Как пустое дупло.
Ваша вера суха и темна,
И хромает она.
Костыли, а не крылья у вас,
Вы разрыв, а не связь.
Так откройтесь дыханью куста,
Содроганью зарниц
И услышите голос Христа,
А не шорох страниц.

Надо ли удивляться тому, что Ольга Седакова объявляется гением русской поэзии. Владимир Ермаков пишет: «Ольга Седакова – особое явление в русской поэзии, чудесное и очевидное. Все художники, по определению, не равны друг другу, но Седакова самая неравная среди всех. Она умна необыкновенно и талантлива необычайно – но умна иначе, чем соразмерные ей мыслители, и талантлива по-другому, чем современные писатели. Если бы у меня хватило смелости на оценочное суждение, я бы сказал, что в нашей литературной иерархии её творческая личность в наибольшей степени соответствует критериям гениальности».

2. Сказанное должны знать и понимать не только мы, но и все властные структуры России. Пока же они не то, чтобы поддерживали русскую культуру, но, в определённой степени, притесняли её, в лучшем случае, были безразличны к ней. Этим они не в меньшей, если не в большей степени, подрывают сами себя, ибо они могут уйти в небытие, как коммунистическая власть, «слинявшая», как и ранее царская бюрократия, «за три дня». И в стране наступит анархия, придут бунты и мятежи, что Ю.П. Кузнецов обозначил одной фразой:

«Тамбовский волк выходит на дорогу».
России нет. Тот спился, тот убит.
Тот молится и дьяволу и Богу.
Юродивый на паперти вопит:
– Тамбовский волк выходит на дорогу!
Нет! Я не спился, дух мой не убит,
И молится он истинному Богу.
А между тем свеча в руке вопит:
– Тамбовский волк выходит на дорогу!
Молитесь все, особенно враги,
Молитесь все, но истинному Богу!
Померкло солнце, не видать ни зги…
Тамбовский волк выходит на дорогу!

3. Но русская культура всё равно останется, ибо у неё глубокие корни в своем Народе. И она снова пробьётся через обломки очередного обрушения властных структур. Но в наших силах предотвратить трагический финал, стряхнуть с себя оковы русскоязычности, разорвать её путы во всех сферах нашей жизни. В этом долг каждого русского культурного человека. Вот для него прагматическая русская идея XXI века, о которой вопрошал Алексей Варламов: возродить «благоухающую сирень» русской культуры в нашем доме – России.

Борис Георгиевич Дверницкий, русский мыслитель, главный редактор журнала «Русское самосознание»