Роман-эпопея Льва Николаевича Толстого «Война и мир», по данным аналитиков сервиса «ЛитРес», стал самой популярной электронной книгой за последний год. Её скачали более 74 000 раз.
Ещё два года назад в лидерах оказались бы «Сто лет одиночества», «Бойцовский клуб», «Над пропастью во ржи» или «Двенадцать стульев». По большому счёту, не имею ничего против этих книг, но их популярность свидетельствовала бы об ином состоянии общества, нежели «Война и мир». В них больше индивидуализма, замыкания человека на самом себе. Есть в них какой-то подростковый интерес к чтению. «Война и мир» же – тест на зрелость и для человека, и для общества.
Важно, что такую популярность романа обусловили не опосредованно литературные события: нам не показали свежей экранизации, в школах не ввели обязательного ЕГЭ по литературе. То есть проявилась свободная, сугубо читательская, воля, проснулась жажда книги ради книги.
Уверен, что большой процент скачиваний дали участники СВО. По опыту общения ещё с ветеранами чеченских войн, знаю, что в боевых условиях много читают, каждую свободную от ратного дела минуту стараются заполнить именно чтением, будто книга становится дополнительной бронёй, прочным щитом над сердцем. Особенно любят русскую классику, причём не сторонятся военной темы. На чеченских войнах, как говорят, самыми любимыми книгами были «Севастопольские рассказы» и та же «Война и мир».
Роман показывает нам, что происходит с народом и человеком накануне, во время и после войны. Мы волей-неволей проводим параллели, соотносим всё нынешнее с тем, что происходило более двухсот лет назад. До СВО многие были подобны салону Анны Павловны Шерер: восхищались западом, чурались своего. В лихую годину постепенно начинает выстругиваться «дубина народной войны», а после взятия столицы неприятеля будут ещё долго затягиваться раны, подобные тем, что остались на теле Андрея Болконского.
Сегодня мы вновь встали на «путь исканий». В каждом пробудилась «текучесть души»: русский человек отверг всё косное, помертвелое, чужеродное, стал чуток к ближнему, восприимчив к живому и подлинному. Нами вновь движут «мысль народная» и «мысль семейная». Русский человек – Болконский, который поразился величию неба. Русский человек – Пьер Безухов, который осознал, что «надо сопрягать»: сопрягать времена, поколения, силы. Русский человек – капитан Тушин: неунывающий боец, который выживет всем смертям назло. Русский человек начинает расцветать, подобно могучему древу.
Ещё «Война и мир» – очень важная прививка русского языка. Вспоминаю своего школьного друга, которому родители велели за лето не просто прочитать, а переписать от руки всю «Войну и мир». Казалось бы, сизифов труд, безжалостное наказание для подростка. Но он сделал веленое и к следующему учебному году подошёл иным носителем русского языка: с огромным словарным запасом, со свободной, насыщенной речью, с не по годам многомерной картиной мира.
«Война и мир» – вселенная слов в их бытийном порядке. Выверенная, прошедшая через несколько авторских редакций. Неслучайно многим поэтам и писателям так важно было погрузиться в эту вселенную. Большие отрывки из романа знал наизусть Бродский. «Я недавно кончил перечитывать “Войну и мир”, должно быть в пятидесятый раз», – говорил на склоне лет Бунин.
Семьдесят четыре тысячи – это только электронные скачивания! В какой-то момент показалось, что смартфон и планшет как технические устройства убили электронную книгу. Вобрав её в себя вместе с возможностью смотреть видео, слушать музыку, играть в игры, они потеснили в человеческом сознании чтение. Но Лев Толстой с этим не согласился и вернул книгу в центр нашей жизни. Мы сохранили себя самой читающей страной. Поздравляю всех нас!
Михаил Александрович Кильдяшов, член Изборского клуба, кандидат филологических наук, преподаватель Оренбургской духовной семинарии
Впервые опубликовано на сайте газеты «Завтра»
