26 мая в Институте стран СНГ прошел Круглый стол по случаю первой годовщины Собора УПЦ в Феофании, где было объявлено о разрыве с Московским патриархатом, и также по случаю 575-летия Русской Православной Церкви, на котором выступил А.С. Селиванов.
25 лет назад я купил книгу «Последние юнкера» Виктора Ларионова в книжной лавке Киево-Печерской лавры. Почему я говорю об этой книге? Потому что воспоминания белогвардейцев являются составной частью русской идентичности и помогают эту идентичность формировать. Позже я уже, конечно, никаких белогвардейских книг в лавре не видел, хотя еще несколько лет кряду там можно было купить журнал «Русский Дом». Который тоже прекратили продавать в лавре, когда покойному митрополиту Владимиру (Сабодану) и секретарю его Драбинке кто-то обратил на этот журнал внимание.
Конечно, изучая святоотеческое наследие и жития русских святых, невозможно не заметить, что все эти святые действовали в духовном пространстве Святой Руси и считали себя именно русскими святыми. Но украинские священники умудрились как-то «обходить» и этот неопровержимый факт.
Преобразование Киевского экзархата Русской Православной Церкви в Украинскую Православную Церковь в 1990 году и тем более публичное отречение УПЦ от Московского патриарха на собрании в Феофании в мае 2022 года явилось следствием того, что украинская идентичность в массовом сознании жителей Украины оказалась сильнее и русской, и даже православной идентичности.
Это, в общем, неудивительно. Кризис русской идентичности поразил и российское государство, задачей которого является воспроизводство этой идентичности. В Российской Федерации русскую идентичность пытаются заменить то советчиной, то многонациональностью, поэтому на порубежных территориях за русскость не особенно держатся даже русские по происхождению люди.
Тем сильнее это происходит на территории бывшей УССР, где практически с двадцатых годов ХХ века (а с наибольшей интенсивностью – после 1991-го) с помощью государственной машины навязывается украинская не-русская идентичность, отрицающая русскость народа этой исконно русской земли. Отказываться от русскости всегда было очень удобным, конформистским решением для гражданина Украины. К этому склоняла и государственная школа, и массовая пропаганда. Вот и значительное число тех, кто, казалось бы, должен был эту русскую православную идентичность хранить и воспроизводить, вместо этого воспроизводил идентичность украинскую. Начиная сверху – с Блаженнейшего Владимира, Драбинки, Коваленки и до самого низа. Поэтому «Феофания» не могла не состояться. Большинство служителей УПЦ охотно шли к тому, чтобы превратить Церковь Святой Руси в идеологический придаток украинского государства.
Тем большей иронией сегодня выглядит беспощадное отношение украинских властей к Украинской Православной Церкви. Большинство церковников согласны одобрять решения властей, благословлять и собирать помощь для ВСУ, даже отдавать на смерть своих детей. Но в ответ всё равно получают репрессии. Почему так происходит? Потому что, несмотря на в целом отступническую позицию в Церкви сохранилась Истина. В святоотеческом Предании, да и в убеждениях значительного количества священников и прихожан. Увы, не большинства. Но тем ценнее те, кто сохранил свои убеждения.
Для того, чтобы разрушить связь русской идентичности и православия, внутрицерковные враги – церковные либералы в Российской Федерации и украинские националисты на территории бывшей УССР – старались обвинить русских православных людей в этнофилетизме. Придумали даже термин – «политическое православие», под который старались подвести всех сторонников единства исторической Руси.
Обвинения в этнофилетизме могут смутить некрепких в вере православных. Однако нет ничего невозможного и ничего противного православному христианству в том, чтобы укреплять связь понятий «русский» и «православный». Русской и православной идентичности. Как мы видим, те, кто настроен антирусски, практически мгновенно отказываются и от христианского апостольского наследия – признают неканонические «рукоположения», разрушают богослужебный календарь, начинают оправдывать содомию.
Поэтому сама объективная реальность подсказывает нам, что связь русскости и православия не имеет никакого отношения к этнофилетизму. Напротив, эта связь взаимно укрепляет православную христианскую традицию и идентичность русского народа и большой русской нации, которая включает и другие народы.
Поэтому в максиме Достоевского «русский – значит, православный» ничего еретического нет. В конце концов, и Церковь наша называется «Новым Израилем», что означает фактически нацию христиан. А история Юго-Западного края, история многовековой борьбы запорожских казаков, православных братств, полемистов за русскую идентичность подтверждает, что именно русская идентичность способна победить и обернуть вспять все попытки ополячивания, окатоличивания и обукраинивания народа.
Соответственно, для военных побед в СВО, для идеологических побед и для успешной рерусификации освобождённых регионов необходимо укрепление именно русской православной идентичности. Необходимо осознание Русской армией себя как воинства Святой Руси. Именно и только русская православная идентичность может обосновать возвращение нашего Юго-Запада в состав России.
Алексей Сергеевич Селиванов, публицист, глава Луганского отделения Ассоциации православных экспертов
.jpeg)
1.