Сегодня не стало Павла Николаевича Баринова. Не могу сказать, что был ближе всех к усопшему. Но считаю нужным написать о нем, как о человеке, оставившем в моей жизни свой след.
С Павлом мы немало встречались на всевозможных выставках, конференциях, семинарах. А еще и в неофициальной обстановке, бывало, и за рюмкой чая. А больше всего по телефону, когда звонишь на минуту, а беседа растягивается на полчаса-час. Наверное, не так просто найти людей со столь полярными оценками определенных событий и личностей в нашей истории. Павел был убежденным монархистом, как всем известно.
Однако через пару минут обмена саркастическими замечаниями мы неизменно и незаметно переходили к обсуждению веры и Церкви. В наше время не так уж часто встретишь людей с убеждениями, а уж следующих своим убеждениям и ценностям в повседневной жизни раз-два и обчелся. Павел Николаевич был убежденным православным христианином, сложившимся, настоящим миссионером и воином Царствия небесного. Он был как бы человеком евангельского времени, когда говорилось – иди и делай, и человек шел и делал. Так и Павел никогда не упускал времени, чтобы благовествовать случайному встречному, вступиться в борьбу за добро и правду.
Я думаю, что его выступления и участие в различных митингах и пикетах надолго запомнятся извращенцам всех мастей, растлевающим наше общество и наших детей, предателям и ненавистникам нашей страны. С ним можно было спорить о методах и деталях, но отказать ему в убежденности, целеустремленности и нечастой для нас напористости и энергичности нельзя.
Как непримирим был Павел Николаевич к врагам народа, так добр и мягок он был к друзьям и товарищам. В ответ на его примиряющий взгляд и добросердечные слова и самому не хотелось спорить по пустякам.
Весной я узнал от Павла Николаевича о его тяжелом недуге, одно название которого должно было повергнуть в ужас и отчаяние. Желая поддержать его, я высказал несколько спорную шутку, что ему как христианину не столь уж страшно заглянуть ТУДА. И Павел мои слова оценил. Ему было, наверное, страшно и горько, но он твердо знал, что ТАМ и КТО ТАМ его ждет. Последний раз я видел его перед Пасхой в онкодиспансере, он был искренне рад, что его навестили, как всегда полон планов и идей. Планировал сбежать из больницы, чтобы провести конференцию памяти Императора Павла Первого. Разумеется, сомнения в необходимости соблюдать больничный режим были им легко отвергнуты. И Павел с успехом провел это свое последнее в жизни мероприятие, в честь своего тезки, о чем поведал мне всего несколько недель назад по телефону. А потом телефон замолк, и сегодня произошло то, что произошло.
Остается лишь сказать, что смерть вырвала из рядов патриотов России еще очень молодого человека, после которого остались несовершенные дела и нереализованные идеи. Лучшей памятью о Павле Николаевиче Баринове будет наша разносторонняя деятельность на благо Отечества.
Константин Ерофеев, адвокат, публицист
1. В.Е.Семёнов - автору и всем