«Союзники оказались наголову ниже Советского Союза»

Семьдесят лет тому назад, 22-23 июня 1944 года, началась операция «Багратион». В ней можно сопоставить не столь значительное число битв. Во Второй мировой войне эта знаменитая операция смело заслуживает названия одной из выдающихся и решающих битв, наряду с Московской, Сталинградской, Курской и Берлинской операций. Она проходила в сложных условиях, болотистой и лесистой Белоруссии. Операция «Багратион» была подкреплена группой армии «Центр», состоящей из отборных частей, которые в 41 году дошли до Москвы. 

Итоги операции впечатляют. В результате была разгромлена более чем миллионная группировка немцев, взято в плен более 150 тысяч немцев. Это больше, чем было взято под Сталинградом. Союзники усомнились в численности пленных, и тогда Сталин 17 июля 1944 года приказал прогнать 57 тысяч пленных немцев по улицам Москвы. Сбылось их желание, они оказались в Москве. Правда, не в том качестве, в каком рассчитывали. Тем самым, они показали, что ждет тех, кто ищет квартиры в Москве, Севастополе или Симферополе. Символичен следующий знак — позади их шли поливальные машины — знаковый символ, идущий еще из Евангелия, со смыванием праха ног тех нечестивцев, которые замыслили попрать священную землю России, священную землю Москвы. 

К сожалению, значение операции «Багратион» затмевается операцией «Оверлорд». При всем моем уважении к мужеству англичан, американцев, французов, поляков, следует сказать, что эти операции не сопоставимы. Начнем с того, что союзники обладали пятикратным превосходством в живой силе, десятикратным — в танках, одиннадцатикратным — в самолетах. Более того, судя по многому, с ними вполне могли играть в поддавки. Перед самым началом операции «Оверлорд» истребительная авиация немцев была перебазирована на север, поближе к границам Германии для охраны Рейха, а танковые дивизии почему-то были уведены в место высадки. Неудивительно, учитывая то, что группировкой немецких войск командовал генерал Роммель, будущий участник заговора 20 июля 1944 года. В финале с Белоруссией в поддавки никто не играл. По воспоминаниям генерал-майора ВДВ, ветерана Великой Отечественной войны, кавалера многих боевых орденов Александра Васильевич Пыльцына, сопротивление оказывалось крайне ожесточенное. Особенно, как он вспоминает, были бои за Брест, когда немцы пытались вырваться на Варшавскую дорогу. И, тем не менее, его батальон стоял насмерть, были большие потери, сам он был тяжело ранен, но немцев не пропустили. 

На Западе любят вспоминать о сопротивлении. Но до высадки союзников общая численность всех членов сопротивления во Франции не составляла и 25 тысяч человек. В Белоруссии под немцами, при свирепейших преследованиях, число партизан насчитывало 300 тысяч человек и более, притом, что Белоруссия по численности в 10 раз меньше Франции. Белоруссия потеряла четверть своего населения. И, тем не менее, в отличие от Франции, в Белоруссии были целые партизанские края с десятками деревень. Как об этом вспоминает участник битвы за Белоруссию Владимир Дмитриевич Мелентьев, им случалось ходить в совершенно нетронутые села. Просто потому, что их защищали партизаны. Такого Франция не знала никогда. Она жила сравнительно мирно под немецким игом. Работали все структуры. Все, вплоть до французской полиции, получали зарплату. Французские парни воевали на восточном фронте в легионах СС. И если не считать английских бомбежек, Франция войны особо не ощущала, не то, что многострадальная Белоруссия. Итак, это несравнимо. Несравнимо это еще и потому, что во Франции союзникам еще не удавалось брать пленных в тех количествах, в которых они были взяты в плен в Белоруссии. «Фалезский мешок» кончился прорывом немецких войск. И большая их масса была благополучно уведена к границам Германии, на которых немцам удалось закрепиться. 

С точки зрения тактики и стратегии союзники оказались наголову ниже Советского Союза, где расцвел талант таких генералов как Константина Константиновича Рокоссовского, гения операции «Багратион». Вечная слава погибшим воинам, павшим за освобождение Белоруссии и Восточной Польши. Низкий поклон немногим, оставшимся живыми свидетелями и участниками этих событий.