Недавно главный редактор Русской Народной Линии уважаемый Анатолий Дмитриевич Степанов опубликовал статью, в которой выступил с идеей немедленно заключить мир на основе Анкориджских переговоров, то есть на основе нынешней линии фронта (статья «Что такое "похабный мир"? И каким представляется мирный договор с Украиной?» и статья «О реальности угрозы "революции справа". Разъяснения и дополнение к статье о "похабном мире"»). Немедленно на него обрушился шквал критики, при этом зачастую очень злой. Его обвиняли в продажности, предательстве, работе на Украину. «Русскую народную линию» даже переименовали в Украинскую.
В этой ситуации хочется сказать пару добрых слов в адрес А.Д. Степанова. Он не предатель, он добродушный и миролюбивый человек, который, как и многие, устал от четырехлетней войны, и он жалеет о ее жертвах. Он кое в чём прав, в частности – в том, что наши потери велики, положение нелегкое. Вся беда в том, что эта статья, как и некоторые предыдущие, говорит о его нежном сердце, но не изъясняет дела удовлетворительно.
Его предложение трудно назвать иначе, как маниловскими мечтаниями. Анкориджские переговоры – прошлогодний снег, такой же, как стамбульские договоренности. Ни Украина, ни стоящая за ней Объединенная Европа на них сейчас не пойдут. (Разумеется, имеются в виду т.н. элиты и прежде всего правительства, народ Украины и народы Европы не в счёт, это лишь скот для всемирной бойни, согласно планам Клауса Шваба). Сам А.Д. Степанов справедливо замечает: украинское правительство держится только во время войны. Зеленский давно лишён своей легитимности: единственное для него оправдание – военное положение и война. Тогда возникает вопрос: зачем ему мир, который может стоить ему власти, а может быть и свободы, и жизни?
В военном отношении сейчас Украина (и стоящая за ней Европа) достаточно сильна. У нее абсолютное господство в воздухе благодаря беспилотникам. Украинские генералы и их западные военные советники прекрасно знают слабые места России и сейчас бьют по ним. Украина отмобилизована и мотивирована, чего не скажешь о нас. И не стоит надеяться на то, что мы сможем перебить всех боеспособных украинцев: их смогут заменить наёмники из других стран. Для Европы стратегическое поражение России вопрос жизни и смерти: только так она надеется решить свои многочисленные проблемы.
И нам нечего надеяться на «доброго дедушку Трампа»: если бы он захотел, он бы разрешил украинскую проблему. Между тем, до сих пор украинская армия пользуется данными американской разведки, в том числе для ударов по Москве и Санкт-Петербургу и другим городам, до сих пор Америка оказывает ей военно-техническую помощь.
По словам финского президента Александра Стубба, все страны НАТО одобряют удары в глубину России. Российские дипломаты говорят о неизбежности прямого столкновения НАТО с Россией в 2030 г. (не исключено, что и раньше).
Глава бельгийского генштаба цинично заявил, что у НАТО «есть еще несколько лет благодаря крови украинцев, которые покупают нам это время». Сейчас очевидно, что никто с нами на мир не пойдёт. И даже если мы, смалодушествовав, согласимся на границы 1991 года, предав на гибель и унижение наших сограждан из Донбасса и Запорожья, то совершенно ясно, что и тогда нас не оставят в покое. Когда у НАТО накопится достаточно сил, европейцы разыграют какую-нибудь провокацию, вроде Гляйвица в 1939 г., благо опыт есть, и все равно нападут на нас.
У нас нет никаких союзников, кроме Господа Бога. И спасти нас может не очередной договорнячок, вроде Минских соглашений, а всенародное покаяние, приход к Богу, осознание всеми подлинных, глубинных целей нынешней войны и внушение русскому народу духа веры вместо духа уныния, мобилизация, и духовная, и физическая, которая неизбежна в свете сказанного выше и преобразование государства Российского из торговой фирмы, непригодной ни к каким серьезным испытаниям, в военный лагерь, или крепость. Только так мы сможем победить. И другого выхода нам очевидно нет – или победить, или исчезнуть.
Протодиакон Владимир Василик, профессор Санкт-Петербургского государственного университета, профессор Сретенской духовной академии, доктор исторических наук, кандидат богословия
О мечтательности и трезвомыслии
Послесловие к статье протодиакона Владимира Василика
Я, конечно, благодарю отца Владимира, который нашёл время и силы пожурить меня за мечтательность, защитить от всяких подзаборных хамов, нападающих на меня, и предложить свой трезвый взгляд на проблему будущего военной компании на Украине. Автор беспокоится, что из-за своего «нежного сердца» я не смог «изъяснить дело удовлетворительно».
И вот суровый сердцем отец протодиакон изъясняет нам дела. Только удалось ли ему это? Достиг ли он своей цели? Прочтение текста показывает, что совсем не удалось. Мечтательности у сурового отца Владимира, оказывается, еще больше, чем у нежного сердцем главного редактора РНЛ. А вот трезвомыслия как раз и не достаёт.
Словом, я лишний раз убедился, что мечтательность свойственна как раз моим оппонентам, а я стараюсь предложить трезвый взгляд на события.
Непонятно только, почему отец Владимир решил, что я «выступаю с идеей немедленно заключить мир на основе Анкориджских переговоров». Где я к этому призывал?
Коль есть такая вольность в интерпретации, повторю свои главные тезисы.
1. Россия стремится заключить с Украиной мирный договор. Мы не раз это предлагали и участвовали в переговорах об условиях мира: и в Минске, и в Стамбуле, и в Анкоридже. Всё время договорённости срывались не по вине России.
2. Руководство России никогда не ставило задачу ликвидировать государство Украина и присоединить к РФ все земли этого государства (или разделить их с соседними государствами). В Кремле прекрасно понимают, что в таком случае никто в мире Россию не поддержит, а значит – реализовать нам это не удастся. Да нам это, по большому счёту, и не нужно. В идеале нам нужна союзная России Украина, как часть русского мира.
3. Поэтому СВО должна завершиться мирным договором с Украиной, детали которого должны определить Президент России Владимир Путин и его сотрудники. Я, по крайней мере, доверяю Путину, Лаврову, Белоусову, они сумеют добиться самых выгодных для страны условий. Но условия договора, понятно, будут не только выгодными для России, ну и компромиссными, ибо всякий мирный договор – это всегда компромисс.
4. В идеале, конечно, нам нужен мирный договор с Западом, поскольку именно там находятся подстрекатели войны, но не факт, что сейчас это удастся сделать. Что же касается правомочности Зеленского или другого лица, с которым будет подписан договор, то это тоже вопрос деталей договорённостей, в чём, полагаю, наши дипломаты лучше меня разбираются.
5. Можно ли будет назвать мирный договор капитуляцией Украины? В каком-то смысле да. Нынешний киевский режим официально ставит цель восстановить государство в границах 1991 года, а поддерживающий Украину блок НАТО ставит цель нанести России стратегическое поражение. Этого не будет, условия мирного договора будут другими, а значит это капитуляция нашего противника.
Где тут мечтательность? Напротив, как раз самое что ни есть трезвомыслие, чуждое как пораженчеству, так и опасному шапкозакидательству.
Анатолий Дмитриевич Степанов, историк, главный редактор «Русской народной линии», председатель «Русского Собрания», член Союза писателей России
