Демография.ру обратилась к экспертам с вопросом:
«Как вы считаете, ювенальная юстиция принесет для российского общества больше вреда или пользы?»
Владимир Хомяков, сопредседатель движения «Народный собор»
Ювенальная юстиция — это крайне опасное новшество, которое внедряется у нас исключительно из политических соображений и не имеет под собой никаких реальных обоснований, несущих общественную полезность.
Есть западный опыт ювенальной юстиции, как правило, негативный: преступность молодежная там не снижается, в то время как семьи разрушаются, а дети изымаются у родителей сотнями тысячами в год.
Я думаю, что в наших условиях ювенальная юстиция приведет к следующим последствиям:
- будет разрушен институт семьи;
- ведение так называемых омбудсменов в школах, которые будут поощрять доносы детей на учителей и своих родителей, может напрочь разрушить систему образования;
- наконец, эти самые детишки, которые сейчас при помощи этой самой ювенальной юстиции смогут тиранить своих родителей, когда вырастут, вряд ли захотят иметь детей. Это отрицательно скажется на демографии;
- кроме того, фактическая безнаказанность малолетних преступников до 18 лет неизбежно приведет к росту малолетних преступников, в том числе тяжких преступлений. Это касается в первую очередь роста наркомании — наркодилеры будут в каждом дворе и в каждом классе. Это касается также молодежи, используемой всякими подрывными экстремистскими элементами.
Таким образом, подходить к этому вопросу по принципу «давайте попробуем, а потом посмотрим» ни в коем случае нельзя. Система защиты детей, безусловно, необходима, но она должна быть построена на нашей культуре, на наших ценностях и непременно с широким общественным обсуждением.
Игорь Белобородов, кандидат социологических наук, директор Института демографических исследований
Предлагаемая правовая новация в области так называемой защиты детства — это очередной виток наступления государства на семью и детско-родительские отношения. В эпоху раннего коммунизма тоже собирались полностью отменить традиционную семью и объединить трудящихся в коммуны. Эта опасная утопия не осуществилась, но крови попить успели.
Вот и сейчас нечто похожее. Только влияние «международной общественности» более активное. К нам приезжают представители зарубежных организаций и навязывают свои понятия о воспитании детей в российской семье.
Причем делают это те люди, которые уже разрешили у себя однополые браки, усыновление извращенцами детей, легализовали наркотики, проституцию и т. д. Как видим моральный портрет современной Европы не так уж привлекателен.
После этого отечественные ювеналы еще смеют говорить, что российская ювенальная юстиция будет вводиться не по западному образцу, а совершенно иначе — с пользой для всех, на благо для каждого.
Не верьте! Зачем тогда эти многочисленные гранты? Зачем этот политический десант из ООН, Юнисеф и т. д.?
Впрочем, интереснее другое — как наши сторонники детской юстиции будут внедрять ее в регионах, к примеру, Северного Кавказа? Или там ее внедрять не будут? Если эта мерзость, полностью противоположная традиционному семейному укладу и в целом человеческой природе, будет вводиться избирательно, то угнетаемая часть населения будет вправе поставить вопрос о социально-правовой дискриминации конкретных социальных групп.
Нельзя исключать, что могут возникнуть отряды народной самообороны. Человек способен на все, когда у него отнимают его детей.
Вообще иногда возникает впечатление, что все это нужно отдельным персонам, близким к правящей группировке.
Разврат в СМИ (в первую очередь на ТВ), массовая иммиграция, «насилие в семье», алкоголизм, наркомания — это те проблемы, которые очень эффективно и в краткие сроки можно решить. Причем в рамках существующего правового поля и без массовых репрессий.
Однако если все это устранить, то народ сможет вздохнуть спокойнее и начать полноценно жить, а этого кое-кому очень не хочется…
Игорь Смыков, юрист-правозащитник
Мое отношение к ювенальной юстиции резко отрицательное, ибо из-за нее резко ухудшаются семейные отношения. То, что сейчас происходит, когда показывают спившихся алкоголиков, которые действительно жестоко относятся к детям, это исключение. Таким способом людей готовят к ювенальной юстиции.
Что это значит? Это значит, что ребенок будет иметь право подать в суд на родителя за то, что он не дает ему играть в компьютер или смотреть какие-нибудь программы; за то, что он поставил его в угол или отругал.
То есть вместо патриархальных родительских отношений, характерных для России, вводятся договорные американские отношения. Это будет на корню разрушать всю систему отношений исторически сложившихся между российскими родителями и их детьми.
Есть все основания считать проект «Ювенальная юстиция» является частью информационной войны, цели которого — устранить родителей и педагогов от воспитания детей, в то время как молодым поколением займутся специалисты по «правам и свободам ребенка» (толкуемые в либерально-нигилистическом ключе).
Таким образом, с помощью «промывания мозгов» молодое поколение можно сделать легко управляемым «электоратом».
Георгий Тюрин, почетный адвокат России, президент Российской правозащитной ассоциации «Отцы и дети»
Ювенальная реформа в России повредит обществу в том случае, если ее выполнение будет возложено на старые советские кадры. Если же это будут делать ответственные люди, а самое главное, любящие детей, и делающие для их пользы и сейчас очень многое, тогда успешное проведение данной реформы возможно и она не ударит по семье.
Люди, которые будут ее проводить должны осторожно и с максимальной ответственностью подходить к детям, потому что бездумно изымать детей из семьи нельзя! Но в то же время нельзя бездумно, как это делают современные органы опеки, передавать детей кому попало.
Еще раз повторю, что те советские женщины, которые сейчас этим занимаются, не могут сделать ничего хорошего. Ведь история разрушения семьи уходит именно в советское прошлое.
Причем разрушен институт семьи был целенаправленно — путем выдавливания из семьи отцов и выставления в качестве образца семьи матери-одиночки, которая одна воспитывает детей, а помогают ей в этом советские социальные институции — органы опеки, администрации различных уровней, комиссии по делам несовершеннолетних при ОВД и т. д. и т. п. Все это советское переустройство семьи показало полную нежизнеспособность, поэтому институт семьи как таковой давно разрушен.
В принципе, ювенальная юстиция, конечно, нужна, но только в том случае, если ее будут осуществлять не бывшие советские судьи.
Сейчас вся проблема российского правосудия — вынесение неправосудных приговоров по уголовным делам и решений по гражданским делам — заключается в том, что правосудие осуществляют бывшие советские судьи, привыкшие к совсем другой ментальности людей и другой детской институции. Они убеждены, что дети как бы изначально являются малолетними преступниками, которых нужно держать в ежовых рукавицах и изолировать от общества.
Ювенальная юстиция не должна касаться нормальных семей. Если семья живет нормально, счастливо, то к ней и претензий у общества никаких быть не должно. У нас, ведь, большинство нормальных семей. Слава Богу, с обоими родителями, которые воспитывают современных ученых, политиков т. д. При этом российская семья исполняет свои функции воспроизводства и воспитания детей, несмотря на противодействие государственных органов.
Основная задача — построить работу юстиции так, чтобы воздействие происходило на неполные, асоциальные, криминальные семьи — вот на что должна быть направлена система ювенальной юстиции.
Елена Зарова, директор Благотворительного фонда защиты жизни и. традиционных семейных ценностей (Нижневартовск), многодетная мама
Если рассматривать в масштабах страны, то, все-таки больше будет вреда, потому что асоциальных семей, которые действительно имеют проблемы с детьми, — совсем небольшой процент. То есть на самом деле очень немного детей, страдающих от произвола неблагополучных родителей.
Ювенальная юстиция в предлагаемом виде фактически провоцирует всех детей, в том числе из благополучных семей по поводу и без повода жаловаться на родителей. В результате нарушается психологическая основа воспитания, традиционная для России.
Есть даже утверждения психологов и соответствующие разработки подтверждающие, что дети в семье которых присутствует правильная иерархия отношений, имеют более положительные показатели здоровья. И, наоборот, когда мир в семье переворачивается вверх ногами и иерархия нарушается, у ребенка возникают душевные травмы.
К примеру, когда родители, увлекаясь модными воспитательными системами, наделяют его излишней самостоятельностью и говорят: «Ты же умный, ты же сам все понимаешь», — в этот момент ребенок остается наедине с проблемой и у него рушится вся система мироздания, он испытывает сильный стресс. Ведь ребенок в силу возраста в трудной ситуации всегда рассчитывает на помощь родителей, на их совет, поддержку.
В случае введения ювенальной юстиции будет происходить то же самое. Если ребенку раньше нужно было беспрекословно слушаться родителей, то в рамках ювенальной юстиции он будет иметь право на «независимость» от родителей и у него не будет иерархической настройки.
В заботе о детях, которые действительно страдают от асоциальных родителей, нужны иные меры, а не ювенальная юстиция, которая только разрушает психику детей из нормальных семей.
Вардан Багдасарян, доктор исторических наук, профессор, член-корреспондент РАЕН
С моей точки зрения, от ювенальной юстиции больше вреда, поскольку ломается традиционная воспитательная модель, которая сложилась в России.
Эта традиционная воспитательная модель не основывалась на правовых отношениях между родителями и детьми, о базировалась на отношениях духовного взаимодействия.
Внесение же сюда какого-то правового аспекта не усиливает демографический потенциал российского общества, а, наоборот, в большей степени его ослабляет.
Лариса Павлова, адвокат, член Московской коллегии адвокатов, член Правления некоммерческой организации «Родительский комитет»
Предложения лоббистов ювенальной системы ориентированы на внедрение в РФ чуждой англо-американской системы права, направлены на точечные изменения в законодательства, разрушают при этом всю систему судебных, правоохранительных и исполнительных органов.
У сторонников ювенальной юстиции отсутствует единая концепция изменений семейного законодательства, судебной и правоохранительных систем, научная, практическая обоснованность, полный финансовый просчет бюджетных затрат вносимых предложений, их соответствие традиционным духовно-нравственным ценностям и религиозным установкам.
Например, нам уже предлагается внести изменения в семейное законодательство и дать определения семьи юридической и фактической, полной неполной, традиционной и альтернативной (надо понимать гомосексуальной или лесбиянской). Депутат Жириновский предложил вообще разрешить два брака (старая жена и новая жена) и так далее.
И все это серьезно предлагалось с трибуны парламента в октябре этого года, на слушаниях, организованных комитетом по вопросам семьи.
Дать подобные определения — эта значит разрушить понятие семьи и систему семейной жизни в России.
Результаты деятельности ювенальной юстиции в странах запада, опыт работы пилотных проектов в РФ демонстрируют повсеместно крайне отрицательные результаты:
- возрастание преступности среди несовершеннолетних,
- распад семейных связей,
- попирание прав родителей,
- распространение порочных привычек среди молодежи,
- активный протест родителей,
- увеличение количества дел по лишению родительских прав.
На парламентских слушаниях в ГД РФ внесено предложение о создании региональных баз неблагополучных семей. Понятно, что, попав однажды в подобный список вряд ли удастся «отмыться». А ведь для этого будет достаточно простого заявления или звонка соседей о неладах в вашей семье.
Это ли не вмешательство в дела семьи? Но все под благим намерением помочь детям…
Вевюрко Илья Сергеевич — историк философии, религиовед, специалист по философской и богословской антропологии, ведущий эксперт Фонда им. Питирима Сорокина
Прежде всего следует ответить на вопрос, кто это — мы?
Мы — это абсолютное большинство родителей в России. А также: педагоги, воспитатели, учителя средней и высшей школы, юристы, священнослужители, деятели культуры, ученые, религиозные лидеры коренных народов России. Нас много, и с каждым днем становится все больше — по мере того, как люди узнают, что такое ювенальная юстиция.
Сегодня наша обеспокоенность связана с тем, что некоторые международные соглашения, принятые Россией1, могут быть истолкованы как обязывающие к введению на всей её территории ювенальных судов.
Между тем, западный опыт ювенального правосудия показал, что оно
- не снижает растущую в последнее время волну насилия против детей;
- не уменьшает уровня преступности среди самих несовершеннолетних2;
- не решает эффективно проблемы взаимоотношений между родителями и детьми.
В чем же плюсы ювенальных судов? Они заключаются в более внимательном, чем в обычных судах отношении к тому обстоятельству, что на скамье подсудимых оказался ребенок.
То есть, эти плюсы могут быть реализованы, и действительно реализуются практикой особых исправительных мер, принимаемых в отношении несовершеннолетних преступников.
Но и теперь всем известно, что дети не сидят в одних тюрьмах со взрослыми. Несомненно, следует и ещё улучшать законодательство в этой сфере, до тех пор, пока наши «исправительные» заведения (не только детские, но и взрослые) не станут отвечать своему наименованию.
Единственный резонный аргумент в устах лоббистов ювенальной юстиции-то соображение, что «не может судья быть специалистом во всех областях»3.
Действительно, было бы хорошо, если разные «специалисты» судили мужчин и женщин, детей и стариков, государственных коррупционеров и пенсионеров, укравших батон хлеба. Но к специальной судебной системе все это не имеет никакого отношения.
Если же нас убеждают в том, что обычный суд якобы непоправимо травмирует психику ребенка (которая, очевидно, уже была травмирована, раз он пошел на преступление), то следует сказать, что ещё прежде она была травмирована телевидением и молодежной субкультурой, не говоря о таких распространенных у нас явлениях, как, например, детское бродяжничество.
За всеми разговорами о гуманности скрывается один непреложный факт: ювенальные суды можно использовать не только для отвода от наказаний несовершеннолетних преступников (польза чего сама по себе сомнительна), но и для изъятия детей у родителей при «ненадлежащем» воспитании, включая и недостаток материальных средств, надлежащую меру которых будет устанавливать ювенальное правосудие.
К чему это приведет в России с её, мягко говоря, небогатым населением и милицейско-судебным произволом, вообразить легко.
Итак, наше решительное несогласие вызывает не какой-то безотчетный страх перед новым или неведомым, а, напротив, точные данные о применении на практике того, что недобросовестные пропагандисты пока расхваливают в теории.
Мы против того, чтобы:
- государство и международные структуры брали на себя роль традиции в определении норм семейных отношений;
- несовершеннолетние правонарушители, легко уходящие от ответственности, стали основной рабочей силой наркодельцов и террористов;
- суды решали судьбы семей, признанных неблагополучными по критерию материального достатка;
- прокуроры и судьи рассматривали законность родительских методов воспитания;
- воспитатели и педагоги были судимы за попытки дисциплинарного воздействия на воспитанников и учеников;
- дети были наделены правом давать юридическую оценку любых поступков собственных родителей;
- родители, воспитатели, учителя лишились всякой возможности силой пресекать, когда это требуется, явления детского алкоголизма и разврата;
- дети коренных народов России, отнятые у законных родителей, массово поставлялись за рубеж, где им, якобы, гарантированы достойные условия.
Вместо всего этого мы предлагаем следующее:
1. Направить государственные средства на решение проблемы беспризорности, ориентируясь на опыт 1920–1930-х гг.
2. Ужесточить наказания за преступления в отношении несовершеннолетних (в том числе со стороны родителей) до меры, позволяющей квалифицировать эти преступления как тягчайшие.
3. Улучшить систему детских исправительных учреждений.
4. Создать федеральную целевую программу по финансовой поддержке малоимущих семей, многодетных семей и приютов семейного типа.
5. Вернуть школе воспитательные функции в объеме, позволяющем регламентировать меры дисциплинарного воздействия на учеников.
http://www.demographia.ru/articles_N/index.html?idR=23&idArt=1587
