Знаменитая московская церковь во имя св. Архангела Гавриила находится близ Чистопрудного бульвара в скромном и маленьком Архангельском переулке, которому она и дала имя. В советское время он носил название Телеграфный. В историю Москвы эта церковь вошла как Меншикова башня, которую в народе еще величали "сестрой Ивана Великого".
Как известно, ее построил в начале XVIII столетия светлейший князь Александр Данилович Меншиков как домовый храм при своем новом московском дворце в Мясниках.
Однако, вопреки этому расхожему мнению, первая, еще деревянная церковь св. Архангела Гавриила существовала здесь задолго до того, как в этих краях обосновался светлейший князь, - еще в XVI столетии. Впервые она упоминается в летописи в 1551 году, где именуется Гаврииловской церковью в Мясниках. В то время она была обыкновенным приходским храмом в старинной слободе московских мясников, которые поселились тут еще в XV столетии, и дали название этой местности и ее главной улице - Мясницкой. Отходы их деятельности сливались в местный водоем - запруду от реки Рачки, прозванный Поганой Лужей или Поганым прудом. О поселении московских мясников тех времен ныне напоминает и название Костянского переулка в районе Сретенки.
А уже в 1620 году этот храм именовался "Гавриила Великого, что на Поганом пруде" и был центром Патриаршей Гаврииловской слободы. Тогда же, в первой половине XVII столетия, вместо деревянного был выстроен каменный трехшатровый храм старинной московской архитектуры дониконовских времен - вероятно, по типу церкви Рождества Богородицы в Путинках. Он простоял недолго - на его месте была возведена Меншикова башня.
Появление Меншиковой башни в Москве предопределила историческая петровская эпоха. Уже в самом начале правления Петра I Мясницкая улица стала главной парадной дорогой, по которой царь ездил из Кремля в Немецкую слободу и Лефортово. И на ней стали селиться приближенные царя и московская знать: в числе новых жителей Мясницкой достаточно назвать только имена Феофана Прокоповича и князя Меншикова.
Так получилось, что оба владения этих двух соседей, никак между собою не связанных, оказались причастными к истории Московского Почтамта. Старый Почтамт прежде находился на Мясницкой, 42, где когда-то был двор Феофана Прокоповича, а в 1780-х годах перебрался на отрезок Мясницкой в черте Белого города за бульваром, в бывший дворец князя Меншикова, с домовой церковью во имя св. Архангела Гавриила.
Меншиков приобрел себе владение в Мясниках в самом конце XVII века. Прежде оно принадлежало Дмитриевым-Мамоновым, - один из членов этого рода даже женился на царевне Прасковье Ивановне, дочери царя Ивана VI, одно время правившего вместе с Петром I. А в 1699 году эти земли за 2 тысячи рублей купил ближайший "друг царев" и начал строить там свой знаменитый дворец с роскошным садом.
Прежде всего, он занялся благоустройство прилегающей территории. Жить по соседству с Поганой лужей светлейший князь не захотел и повелел ее вычистить. С тех пор мясницкий водоем стал называться Чистыми прудами.
Главное же, что князь Меншиков, приобретя это владение, сам стал прихожанином старинного Гаврииловского храма. И тогда в самом начале XVIII века князь решил перестроить его в новом вкусе как домовую церковь при своем московском дворце.
Новая церковь была ему нужна и для того, чтобы устроить в ней придел для чудотворной иконы - Меншиков, находясь в городе Полоцке, приобрел образ Полоцкой Божией Матери, написанный, по легенде, самим евангелистом Лукой. Вернувшись в Москву, он приказал сначала обновить старую мясницкую церковь св. Архангела Гавриила и устроить в ней Введенский придел, куда и поместил икону. А затем Введенский придел был сооружен и в самой Меншиковой башне, где он существовал до XIX столетия.
Одну из главных трудностей для историков представляет имя архитектора Меншиковой башни, построенной в стиле раннего петровского барокко. Официально им признан известный московский зодчий И. Зарудный, хотя часто называют и архитектора Трезини, построившего в Петербурге собор Петропавловской крепости. Дело в том, что первоначально купол Меншиковой башни венчал огромный шпиль-игла, как и Петропавловский собор в северной столице, а на самом его верху тоже была позолоченная фигура ангела с крестом. Даже ходила легенда, что знаменитый Петропавловский шпиль был всего лишь точной копией московской Меншиковой башни.
Загадочная Меншикова башня овеяна тайнами - легенд о ее истории и судьбе слагалось великое множество. Иногда считают, что автором проекта новой церкви был сам Петр I, собственноручно исполнивший ее чертеж. Такое не раз случалось с московскими церквями - кроме Меншиковой башни, Петру приписывается, например, авторство церкви Святых Апостолов Петра и Павла на Новой Басманной, тоже, кстати, построенной И.Зарудным.
А поскольку, как известно, высота Меншиковой башни изначально на 3,2 метра превышала высоту Ивана Великого, то другая легенда гласит, будто князь Меншиков в гордыне захотел превзойти самого царя Петра. Потому он и выстроил у себя на дворе собственную домовую церковь выше главной кремлевской колокольни, и был наказан Богом за гордыню против государя.
Еще говорили, что Меншиков захотел затмить Сухареву башню, незадолго до того возведенную по указу Петра, которую в народе прозвали "невестой Ивана Великого".
Так или иначе, только первоначальная высота Меншиковой башни, превышавшая священную высоту главной московской колокольни, была не только ее отличительной особенностью, но и причиной, по которой она сразу же сникала себе народное недоверие.
К тому же на башне церкви Меншиков поместил часы-куранты с боем, купленные в Лондоне за огромные деньги - такого еще не случалось с московскими храмами. Эти часы играли каждый час и били четверти, а их 50 колоколов в полдень звонили целых полчаса. В народе все эти новшества сочли за проявление княжеской гордыни и ожидали возмездия.
Меншикову не удалось долго прожить в своем роскошном Мясницком дворце и помолиться в новой церкви - Петр I приказал ему переселиться в новую столицу Санкт-Петербург, где он был назначен губернатором. Московская церковь осталась недостроенной, часы сломались, а огромный верх угрожал падением.
Беда пришла в 1723 году. 13 июня того года священник церкви Архангела Гавриила после вечерни присел на паперть передохнуть, но вдруг упал мертвым. На следующий день, когда его тело понесли в храм на отпевание, прямо над церковью внезапно нависла небольшая туча, трижды прогремел гром, и с последним ударом молния зажгла купол. Страшный пожар продолжался два часа - его не могли залить из-за очень большой высоты башни. Верх башни целиком сгорел, и на землю обрушились все 50 колоколов, подавив много людей, спасавших от огня церковную утварь.
Полоцкую икону после пожара перенесли в придел церкви, а в 1726 году тяжело заболевший Меншиков потребовал ее к себе в Петербург. После его выздоровления икона осталась в домовой церкви знаменитого дворца светлейшего князя на Васильевском острове.
В 1727 году, когда опальный Меншиков был сослан, образ пропал. Потом капитан лейб-гвардии Михаил Приклонский рассказывал, что видел эту икону в молельне императрицы Елизаветы Петровны, когда стоял в дворцовом карауле. Так, что возможно, образ находился потом и в Зимнем дворце.
А мясницкий дворец Меншикова сначала был пожалован в вечное владение "бриллиантовому" князю А.Б. Куракину, увековеченному знаменитым парадным портретом кисти Боровиковского, затем от его семьи перешел к богатому армянину И. Лазареву, а от него, в свою очередь, к Московскому Почтамту. Ныне его здание на Мясницкой улице вобрало в себя старинный дворец Меншикова.
А вот Архангельская церковь так и оставалась недостроенной. Лишь в 1787 году ее восстановил после пожара известный московский масон Гавриил Захарьевич Измайлов, живший неподалеку на Мясницкой. Тогда и появился ее винтообразный купол, напоминающий горящую свечку. Церковь была украшена масонскими символами и эмблемами с латинскими надписями, которые только в 1852 году повелел уничтожить митрополит Московский Святитель Филарет (Дроздов).
В 1821 году Меншикова башня была причислена к почтовому ведомству и именовалась церковью Архангела Гавриила при Почтамте как его летний (неотапливаемый) храм. Еще в 1806 году Директор Московского Почтамта Федор Ключарев построил рядом с ней зимнюю теплую церковь св. Феодора Стратилата, освященную по его именинам.
Обе почтамтские церкви несильно пострадали в 1812 году, потому что за взятку, полученную от директора Почтамта, французские солдаты перед отступлением не сожгли их, а только для виду разбрасывали вокруг горящую солому, и здания не загорелись.
Храм св. Архангела Гавриила, как и соседний Стратилатовский, также был закрыт только в 1930-е годы и тоже ненадолго по сравнению с другими московскими церквями - уже после войны в нем разместилось Антиохийское подворье (см. нашу публикацию от 19 февраля с.г.).
Только ныне существующий в храме иконостас был перенесен в него в 60-х годах минувшего столетия из разрушенной церкви Петра и Павла в Преображенской слободе. А старый иконостас самой Меншиковой башни по благословению Патриарха Алексия I в 1969 году передали в Успенскую церковь г. Махачкалы.
В настоящее время церковь св. Архангела Гавриила действует.
Как известно, ее построил в начале XVIII столетия светлейший князь Александр Данилович Меншиков как домовый храм при своем новом московском дворце в Мясниках.
Однако, вопреки этому расхожему мнению, первая, еще деревянная церковь св. Архангела Гавриила существовала здесь задолго до того, как в этих краях обосновался светлейший князь, - еще в XVI столетии. Впервые она упоминается в летописи в 1551 году, где именуется Гаврииловской церковью в Мясниках. В то время она была обыкновенным приходским храмом в старинной слободе московских мясников, которые поселились тут еще в XV столетии, и дали название этой местности и ее главной улице - Мясницкой. Отходы их деятельности сливались в местный водоем - запруду от реки Рачки, прозванный Поганой Лужей или Поганым прудом. О поселении московских мясников тех времен ныне напоминает и название Костянского переулка в районе Сретенки.
А уже в 1620 году этот храм именовался "Гавриила Великого, что на Поганом пруде" и был центром Патриаршей Гаврииловской слободы. Тогда же, в первой половине XVII столетия, вместо деревянного был выстроен каменный трехшатровый храм старинной московской архитектуры дониконовских времен - вероятно, по типу церкви Рождества Богородицы в Путинках. Он простоял недолго - на его месте была возведена Меншикова башня.
Появление Меншиковой башни в Москве предопределила историческая петровская эпоха. Уже в самом начале правления Петра I Мясницкая улица стала главной парадной дорогой, по которой царь ездил из Кремля в Немецкую слободу и Лефортово. И на ней стали селиться приближенные царя и московская знать: в числе новых жителей Мясницкой достаточно назвать только имена Феофана Прокоповича и князя Меншикова.
Так получилось, что оба владения этих двух соседей, никак между собою не связанных, оказались причастными к истории Московского Почтамта. Старый Почтамт прежде находился на Мясницкой, 42, где когда-то был двор Феофана Прокоповича, а в 1780-х годах перебрался на отрезок Мясницкой в черте Белого города за бульваром, в бывший дворец князя Меншикова, с домовой церковью во имя св. Архангела Гавриила.
Меншиков приобрел себе владение в Мясниках в самом конце XVII века. Прежде оно принадлежало Дмитриевым-Мамоновым, - один из членов этого рода даже женился на царевне Прасковье Ивановне, дочери царя Ивана VI, одно время правившего вместе с Петром I. А в 1699 году эти земли за 2 тысячи рублей купил ближайший "друг царев" и начал строить там свой знаменитый дворец с роскошным садом.
Прежде всего, он занялся благоустройство прилегающей территории. Жить по соседству с Поганой лужей светлейший князь не захотел и повелел ее вычистить. С тех пор мясницкий водоем стал называться Чистыми прудами.
Главное же, что князь Меншиков, приобретя это владение, сам стал прихожанином старинного Гаврииловского храма. И тогда в самом начале XVIII века князь решил перестроить его в новом вкусе как домовую церковь при своем московском дворце.
Новая церковь была ему нужна и для того, чтобы устроить в ней придел для чудотворной иконы - Меншиков, находясь в городе Полоцке, приобрел образ Полоцкой Божией Матери, написанный, по легенде, самим евангелистом Лукой. Вернувшись в Москву, он приказал сначала обновить старую мясницкую церковь св. Архангела Гавриила и устроить в ней Введенский придел, куда и поместил икону. А затем Введенский придел был сооружен и в самой Меншиковой башне, где он существовал до XIX столетия.
Одну из главных трудностей для историков представляет имя архитектора Меншиковой башни, построенной в стиле раннего петровского барокко. Официально им признан известный московский зодчий И. Зарудный, хотя часто называют и архитектора Трезини, построившего в Петербурге собор Петропавловской крепости. Дело в том, что первоначально купол Меншиковой башни венчал огромный шпиль-игла, как и Петропавловский собор в северной столице, а на самом его верху тоже была позолоченная фигура ангела с крестом. Даже ходила легенда, что знаменитый Петропавловский шпиль был всего лишь точной копией московской Меншиковой башни.
Загадочная Меншикова башня овеяна тайнами - легенд о ее истории и судьбе слагалось великое множество. Иногда считают, что автором проекта новой церкви был сам Петр I, собственноручно исполнивший ее чертеж. Такое не раз случалось с московскими церквями - кроме Меншиковой башни, Петру приписывается, например, авторство церкви Святых Апостолов Петра и Павла на Новой Басманной, тоже, кстати, построенной И.Зарудным.
А поскольку, как известно, высота Меншиковой башни изначально на 3,2 метра превышала высоту Ивана Великого, то другая легенда гласит, будто князь Меншиков в гордыне захотел превзойти самого царя Петра. Потому он и выстроил у себя на дворе собственную домовую церковь выше главной кремлевской колокольни, и был наказан Богом за гордыню против государя.
Еще говорили, что Меншиков захотел затмить Сухареву башню, незадолго до того возведенную по указу Петра, которую в народе прозвали "невестой Ивана Великого".
Так или иначе, только первоначальная высота Меншиковой башни, превышавшая священную высоту главной московской колокольни, была не только ее отличительной особенностью, но и причиной, по которой она сразу же сникала себе народное недоверие.
К тому же на башне церкви Меншиков поместил часы-куранты с боем, купленные в Лондоне за огромные деньги - такого еще не случалось с московскими храмами. Эти часы играли каждый час и били четверти, а их 50 колоколов в полдень звонили целых полчаса. В народе все эти новшества сочли за проявление княжеской гордыни и ожидали возмездия.
Меншикову не удалось долго прожить в своем роскошном Мясницком дворце и помолиться в новой церкви - Петр I приказал ему переселиться в новую столицу Санкт-Петербург, где он был назначен губернатором. Московская церковь осталась недостроенной, часы сломались, а огромный верх угрожал падением.
Беда пришла в 1723 году. 13 июня того года священник церкви Архангела Гавриила после вечерни присел на паперть передохнуть, но вдруг упал мертвым. На следующий день, когда его тело понесли в храм на отпевание, прямо над церковью внезапно нависла небольшая туча, трижды прогремел гром, и с последним ударом молния зажгла купол. Страшный пожар продолжался два часа - его не могли залить из-за очень большой высоты башни. Верх башни целиком сгорел, и на землю обрушились все 50 колоколов, подавив много людей, спасавших от огня церковную утварь.
Полоцкую икону после пожара перенесли в придел церкви, а в 1726 году тяжело заболевший Меншиков потребовал ее к себе в Петербург. После его выздоровления икона осталась в домовой церкви знаменитого дворца светлейшего князя на Васильевском острове.
В 1727 году, когда опальный Меншиков был сослан, образ пропал. Потом капитан лейб-гвардии Михаил Приклонский рассказывал, что видел эту икону в молельне императрицы Елизаветы Петровны, когда стоял в дворцовом карауле. Так, что возможно, образ находился потом и в Зимнем дворце.
А мясницкий дворец Меншикова сначала был пожалован в вечное владение "бриллиантовому" князю А.Б. Куракину, увековеченному знаменитым парадным портретом кисти Боровиковского, затем от его семьи перешел к богатому армянину И. Лазареву, а от него, в свою очередь, к Московскому Почтамту. Ныне его здание на Мясницкой улице вобрало в себя старинный дворец Меншикова.
А вот Архангельская церковь так и оставалась недостроенной. Лишь в 1787 году ее восстановил после пожара известный московский масон Гавриил Захарьевич Измайлов, живший неподалеку на Мясницкой. Тогда и появился ее винтообразный купол, напоминающий горящую свечку. Церковь была украшена масонскими символами и эмблемами с латинскими надписями, которые только в 1852 году повелел уничтожить митрополит Московский Святитель Филарет (Дроздов).
В 1821 году Меншикова башня была причислена к почтовому ведомству и именовалась церковью Архангела Гавриила при Почтамте как его летний (неотапливаемый) храм. Еще в 1806 году Директор Московского Почтамта Федор Ключарев построил рядом с ней зимнюю теплую церковь св. Феодора Стратилата, освященную по его именинам.
Обе почтамтские церкви несильно пострадали в 1812 году, потому что за взятку, полученную от директора Почтамта, французские солдаты перед отступлением не сожгли их, а только для виду разбрасывали вокруг горящую солому, и здания не загорелись.
Храм св. Архангела Гавриила, как и соседний Стратилатовский, также был закрыт только в 1930-е годы и тоже ненадолго по сравнению с другими московскими церквями - уже после войны в нем разместилось Антиохийское подворье (см. нашу публикацию от 19 февраля с.г.).
Только ныне существующий в храме иконостас был перенесен в него в 60-х годах минувшего столетия из разрушенной церкви Петра и Павла в Преображенской слободе. А старый иконостас самой Меншиковой башни по благословению Патриарха Алексия I в 1969 году передали в Успенскую церковь г. Махачкалы.
В настоящее время церковь св. Архангела Гавриила действует.
_1.jpg)