Себе на уме, с кривой речью жлоба играя в блистательной гайдаевской ленте «Не может быть!», М. Кокшёнов работает так, будто впрямую изымает чудо образа из недр феноменальной зощенковской речи, показывающей слом человека…
Кипит игрой!
Кокшёнов запоминается почти в любом в эпизоде, превращая его в сгусток блеска: вот секретарь в задрипанном учрежденье такого же городка: секретарь, сквозь какого рвётся нелепый Шура Балаганов: не предполагая какой сюрприз подстерегает его в пространстве кабинета.
Более, чем в ста фильмов снявшись, наиболее полно воплощаясь в комически-бурлескном амплуа, Кокшёнов дебютировал в фильме, чья судьба – быть отнесённым к классике: «Женя, Женечка и Катюша»…
Жадный его, до смешного жадный солдат Захар резко впечатывался в зрительскую память…
Точность жеста, и тонкость трактовки человеческих пороков: сатирические характеристики дара – впрочем, сколько ни хватай пороки за шкирки: выворачиваются: склизкие они у них.
В «Маленьких трагедиях» играет слугу Альбера…
Жуликоватый торгаш Стёпа из световой комедии Гайдая «Спортлото-82» - весь построенный на инстинктах, словно поставивший задачу доказать отсутствие в человеке души…
Лёха Пряхин из «Самой обаятельной и привлекательной» - лопуховатый, такой… из народных низин: сколько таких по жизни бродит, рассовано по её закоулкам…
Кокшёнов растворялся в персонажах, показывая, как любая индивидуальность достойна внимания.
Потом выступал в качестве режиссёра коммерческих комедий: девяностые круто переставляли привычную мебель, щедро забирая безвозвратно наработанное прежними годами…
Кокшёнов – любим зрителем, подлинная народность заложена в сердцевине его дара…
Всё остаётся: фильмы, роли…
