9 ноября (ст.ст.) 1867 г. в Москве родился Владимир Николаевич Ипатьев (ум. 29.11.1952 г. в Чикаго) - всемирно известный учёный в области органической химии, основоположник химии высоких энергий. Он внёс фундаментальный вклад в химическую науку созданием новой области - каталитических реакций при высоких температурах и давлениях.
«Ипатьев был одним из тех немногих естествоиспытателей, которые соединяли в себе уникальные способности прокладывать новые пути в фундаментальных исследованиях, с одной стороны, и создавать новые виды материального производства на этой основе, с другой», - писал его биограф. Известный американский нефтехимик Ф.Уитмор поставил Ипатьева в один ряд с М.В.Ломоносовым и Д.И.Менделеевым. Во время празднования 75-летия Ипатьева в Чикаго его называли волшебником, заложившим основы химии XX века, но в СССР его имя было под запретом.
Свою карьеру он начинал как военный: окончил 3-ю военную московскую гимназию (1885), Михайловское артиллерийское училище (1887), Михайловскую артиллерийскую академию (1992), где интерес к химии пробудил знаменитый А.Е.Фаворский: «Нигде вы не научитесь так точно мыслить и рационально ставить опыты, как при изучении органической химии».
В 1895 он защитил первую в истории академии диссертацию по химии, за которую Русское физико-химическое общество присудило ему малую премию им. Бутлерова, ещё через четыре года - докторскую диссертацию и стал профессором академии. После этого открытия следовали за открытиями, причём многие из них - в области взрывчатых веществ. В 1914 г. Императорская академия наук избрала генерала Ипатьева членом-корреспондентом, а в 1916-м - академиком. Рекомендовавшие его в академию учёные Вальден, Голицын и Курнаков отмечали: «Работы Ипатьева отличаются бòльшим разнообразием, нежели работы Сабатье, получившего в 1912 г. Нобелевскую премию... Россия заняла в области изучения контактного катализа новую, более твёрдую, бесспорно совершенно самостоятельную позицию».
В годы первой мировой войны он проявил незаурядные организаторские способности в должностях председателя Комиссии по заготовке взрывчатых веществ и руководителя Химического комитета Главного артиллерийского управления. Комитет, в который входили многие крупнейшие русские химики, держал в руках организацию производства порохов, взрывчатых веществ и лекарств, руководил поисками новых источников сырья, разрабатывал принципиально новые технологии. В результате производство взрывчатых веществ выросло с 50 т в месяц до 3300. Работа Комитета и лично В.Н.Ипатьева привела, по существу, к созданию отечественной химической промышленности.
События 1917 г. он встретил неприязненно, но за границу не уехал, решив отдать силы и опыт своей родине. Он стал членом президиума ВСНХ и председателем Технического совета химической промышленности. На этих постах он провёл гигантскую работу по восстановлению промышленности и научных исследований, и не зря Ленин назвал его «главой нашей химической промышленности». Его наградили премией им. Леина, а 60-летие отметили с большой помпой. Газеты писали: «Начиная с первых послеоктябрьских дней, Ипатьев - первый начальник химической промышленности. Всё, что было сделано потом, было сделано им... Если мы когда-нибудь поставим химическую промышленность на уровень с западноевропейской, то мы можем тогда смело сказать: это было сделано благодаря трудам Владимира Николаевича».
Однако в конце 1920-х начали сгущаться тучи: «дело Промпартии», аресты и расстрелы сотрудников Ипатьева, друзей, руководителей военной (в т.ч. химической) промышленности. Самого Ипатьева пока не трогали, но из президиума ВСНХ вывели. Будучи в это время с женой за границей на лечении, он решил не возвращаться до прояснения обстановки, но при этом он регулярно присылал на родину не только все материалы своих исследований, но и многие необходимы приборы и реагенты. В 1931 г. переехал в США, стал профессором университета, работал в ряде фирм, продолжал свои фундаментальные исследования. За свою жизнь он получил более 400 патентов на изобретения, в том числе на высокооктановый бензин для авиации. В 1936 г. ему предложили вернуться в СССР, но он отказался. Не будем бросать в него камни: в стране набирала обороты «ежовщина».
Позднее дважды - в 1944 и 1951 годах - Ипатьев хлопотал через посла Громыко о возвращении домой, но получал отказ. В книге воспоминаний («Жизнь одного химика. Воспоминания», Нью-Йорк, 1945) Владимир Николаевич напишет: «...У меня самого в душе до конца жизни останется горькое чувство: почему сложились так обстоятельства, что я принужден был остаться в чужой для меня стране, сделаться её гражданином и работать на её пользу в течение последних лет моей жизни». На его могиле - обелиск с надписью на английском языке: «В память русского гения Владимира Николаевича Ипатьева».
Один из учеников Ипатьева, американский профессор Сайнс, сказал: «Вы, русские, не представляете, кого вы потеряли в лице Ипатьева, не понимаете даже, кем был этот человек. Каждый час своей жизни здесь, в США, всю свою научную деятельность он отдал России. Беспредельная любовь к родине, какой я никогда и ни у кого из эмигрантов не видел, была той почвой, на которой произрастали все выдающиеся результаты исследований Ипатьева».
P.S. «Ипатьевский дом» в Екатеринбурге, где был расстрелян последний русский император Николай II с семьёй и близкими, принадлежал младшему брату В.Н.Ипатьева Николаю, русскому офицеру, инженеру железнодорожных войск, общественному деятелю, умершему в 1938 г. в эмиграции.
