О возрождении манихейской ереси в эволюционистском богословии протоиерея Александра Меня

Бывший СССР  Православие и эволюционизм   Проблемы церковной жизни  Отец Александр Мень 
0
3260
Время на чтение 34 минут

 

- Для меня религиозное мировоззрение как-то иначе не мыслится, чем в плане эволюции.

Протоиерей Александр Мень [16 ].

 

Вот ведь в чем дело, отец Александр. Теперь ясно... какие силы являются для Вас темными, а какие светлыми. Тьма для Вас, отец Александр, это традиционное русское святоотеческое Православие во всех его зрелых формах, каких оно достигло в процессе своего исторического развития.

Митрополит Антоний (Мельников) [3].

 

От редакции. Начинаем публикацию серии статей, которые будут положены в основу новой книги протоиерея Константина Буфеева «ПРАВОСЛАВНОЕ УЧЕНИЕ О СОТВОРЕНИИ и модернистское богословие». Эта книга задумана автором как продолжение его монографии «ПРАВОСЛАВНОЕ УЧЕНИЕ О СОТВОРЕНИИ и теория эволюции», изданной в 2014 году и получивший гриф «Допущено к распространению Издательским советом Русской Православной Церкви ИС 14-324-2902».

1.     Историческая преамбула

 

Протоиерей Александр Мень - одна из самых заметных в России церковных фигур второй половины XX века. Популярность его была обусловлена тем исключительным статусом, который он получил в СССР. Отец Александр имел личную поддержку на Западе, был непосредственно связан с диссидентским движением и зарубежными СМИ. Он неоднократно печатался в Брюсселе и Париже и в результате оказался достаточно известным общественно-церковным деятелем.

Процветание этого «опального протоиерея» проходило в период господства государственного атеизма, когда большинство других священнослужителей не имели возможности ни публиковать свои богословские труды, ни даже открыто проповедовать Слово Божье с амвона. Эта сфера находилась под строгим контролем уполномоченных по делам религии (порой, что греха таить, действовавших через церковно-иерархическую структуру).

Январский номер Журнала Московской Патриархии 2015 г. увенчан статьёй с красноречивым заголовком: «Год памяти протоиерея Александра Меня» [7, с. 94]. Сегодня много говорят о его «миссионерских» и «просветительских» делах. Всем известно о его страшной кровавой кончине. К сожалению ни в одном официальном православном издании не было представлено материалов, посвящённых рассмотрению догматической позиции «гонимого» священника.

Этот анализ, однако, необходим для выработки объективного отношения к его духовному наследию. Наше небольшое исследование творчества о. Александра посвятим узкой теме - его отношению к богословской проблеме осмысления эволюционного учения.

Тревожные публикации, содержащие критику его богословских взглядов, неоднократно появлялись в печати [2, 3, 29, 6]. К сожалению, они обычно воспринимались как частное суждение отдельных лиц, а не как голос соборной Церкви.

Отец Александр, безусловно, был «человеком широких взглядов». Деятельность его можно рассматривать с различных позиций - с социальной, с политической, с национальной, с экуменической, с богословской. Заводя разговор о католицизме или баптизме, и даже о духовной практике йогов или экстрасенсов, о. А. Мень проявлял известную толерантность. Он старался не говорить «нет», но весьма часто выказывал неоправданную терпимость даже к откровенно антихристианским учениям и течениям. Протодиакон Андрей Кураев весьма метко охарактеризовал его, сказав, что в каждой аудитории он стремился быть «батюшкой да» [14, с. 81].

При этом протоиерей Александр всегда оставался сознательным эволюционистом. Исповедание эволюционизма было у него проявлением веры, глубоким внутренним убеждением.

На его духовное становление определяющее воздействие оказал весьма почитаемый им основатель телеологического эволюционизма П.Т. де Шарден. К переводу на русский язык книги Тейяра «Божественная среда» о. А. Мень как ответственный редактор написал солидное предисловие, в котором воспел «светлый облик этого инока-учёного и пророка-гуманиста» [21, с. XXIV]. Он не поскупился на похвалу и высокую духовную оценку «выдающегося ученого и мыслителя» [21, с. V] являющегося к тому же «прямым преемником библейских пророков» [21, с. XX] - Тейяра: «Он - явление в высшей степени значительное» [21, с. V].

Отвечая на вопрос, «что же даёт учение Тейяра де Шардена современному христианскому сознанию», прот. Александр выделил три момента.

«1....Он указывает на любовь к Богу как на ведущую силу эволюции ноосферы.

2. Тейяр со своим научным синтезом помогает возникающему диалогу между христианами и нехристианами. Для многих марксистов христианство понятно и даже приемлемо в форме тейярдизма.

3. Синтез Тейяра вносит свою лепту в построение целостного христианского мiросозерцания» [21, с. ХХIV].

Согласиться с такой оценкой тейярдизма мы можем лишь в том, что он вполне «понятен и даже приемлем» для нехристиан (в том числе для марксистов) - поскольку приземлÑ