Фото: AFP © Genya SAVILOV
Ну вот что тут можно сказать, если без грустной усмешки / констатации на тему «мы же вас предупреждали, что и в Европе тоже бывает зима»... Как свидетельствуют данные лондонской биржи ICE, цена январского газового фьючерса на хабе TTF в Нидерландах в конце прошлой недели снова пусть не катастрофически, но всё же довольно-таки уверенно выросла. В этот раз до $1244 за 1 тыс. куб. м, или €106,5 за МВт·ч (данные на пятницу по базовому для континентальных рынков хабу TTF). При этом общий рост стоимости газа в Европе по сравнению с ценой закрытия накануне, в четверг, составил около 6%. Всего же с начала минувшей недели цена контракта по индексу всё того же нидерландского TTF выросла почти на 18% — с $1050 за тысячу кубов в понедельник до примерно $1230 в пятницу.
И это уже начинает выглядеть как достаточно неприятный тренд.
Что при этом, безусловно, необходимо отдельно отметить — такими высокими, как в конце прошедшей недели, цены не были с «пикового» октября. И что ещё важнее, если средняя стоимость январских фьючерсов в прошлом месяце составила $960, то сейчас, хоть и по весьма предварительным данным, но она уже поднялась до примерно $1130. И тренда на снижение, как вы видите, пока что-то не наблюдается.
Паники тем не менее нет.
Картина хоть и выглядит достаточно для европейских потребителей неприятно, вполне укладывается в прогноз, который, хоть и смотрится несколько пессимистически, в целом вполне терпим. А для крупных европейских концернов, защищённых, как правило, от временами по-настоящему безумной волатильности на спотовых рынках «длинными контрактами» с российским поставщиком, так и вовсе, в общем-то, по факту выглядит достаточно привлекательно. Старая истина: для кого-то кризис — это всего лишь дополнительные возможности. Просто напомним, к примеру, что чуть ранее начальник профильного департамента российского «Газпрома» Александр Иванников сообщил: представляемый им холдинг, во-первых, не ожидает какого-либо заметного снижения цены на газ в Европе в ближайшие месяцы, а во-вторых, стоимость газа на споте в районе $1 тыс. за 1 тыс. куб. м, согласно собственному газпромовскому прогнозу, безусловно, отнюдь не является устойчивой.
Такие, простите, дела.
И вот из этого, наверное, при анализе ситуации на энергетических рынках ЕС и прогнозов по «транзитным коридорам» всем нам и следует исходить: сложившаяся на континентальных газовых рынках ситуация, судя по всему, и российский «Газпром», и его европейских партнёров вполне себе даже и устраивает. И менять эту пусть и относительно «временную позитивную стабильность» им, в общем-то, совершеннейшим образом ни к чему. Пример из другой области, просто достаточно показательный, это вам любой человек, хоть когда-то обдуманно игравший в тот же футбол, подтвердит: бесконечно «улучшать положение» для игрока — почти 100%-но запороть удачный момент.
И, простите, зачем?
Особенно если учесть, что российская сторона и без того ведёт себя подчёркнуто корректно и прагматично. Но на сегодняшний момент времени разрешение европейского энергетического кризиса — да ещё, допустим, путём каких-то уступок с российской стороны хоть экономического, хоть политического порядка — банально не наш вопрос.
Nothing personal just business. Нам, кажется, так объясняли?
Ну так что ж, русские неплохие, как выясняется, ученики...
Что тут особенно характерно, так это то, что в декабре «Газпром» ещё и довольно серьёзно нарастил поставки газа в страны Старого Света. Правда, на ценах это, как вы видите, особенно не сказалось.
Если в ноябре суммарные поставки российского концерна по всем европейским клиентам составляли в среднем 335 млн кубических метров в сутки, то в декабре выросли до 426 млн кубов, то есть более чем на четверть (примерно на 27%, если быть совсем занудливо-точным, хотя в данном случае это не очень принципиально). А вот что принципиально, так это тот медицинский факт, что данный рост поставок русского газа в Европу вообще примерно никак не сказался ни на украинском, ни на польском транзитных газовых коридорах. И тут всё тоже довольно просто и вполне в духе новейшего времени прагматично. Сейчас попробуем пояснить почему.
И начнём с вещей вполне очевидных даже для рядового обывателя, а именно с тарифов на транзит. Которые той же Украиной, к примеру, установлены для «Газпрома» на беспрецедентно высоком для европейских рынков уровне: при прокачке дополнительных объёмов цена этой самой прокачки составляет, извините, приблизительно $38 с копейками за тысячу кубометров. Что более чем в два раза дороже, чем стоит прокачка голубого топлива по первому, уже действующему «Северному потоку». С окончательной же сертификацией и введением в коммерческую эксплуатацию Nord Stream 2 она, напомним, должна ещё и дополнительно снизиться, в том числе и по первому маршруту.
И разумеется, вовсе не для того, чтобы окончательно загнобить несчастную украинскую ГТС. Просто там другая формула цены, а в снижении стоимости транзита заинтересованы как покупатели в лице европейских энергетических концернов, так и продавец в лице российского «Газпрома».
То есть те самые бенефициары Nord Stream и Nord Stream 2, которые, в отличие от украинских властей, не заинтересованы в максимальных доходах именно «с трубы» — глупо было бы, «их» деньги в другом. А трубы, лежащие на дне холодной суровой Балтики, — это не цель, а средство. Способ надёжно и быстро доставить товар из пункта А в пункт В, а не способ слупить дополнительного бабла как с продавца, так и с покупателя. В чём они оба как-то солидарно не слишком сильно заинтересованы, признаться.
И именно это, а отнюдь никакая не политика, и является основной причиной того, что «Газпром», для того чтобы увеличить поставки, поднимает газ из своих европейских ПХГ и до предела напрягает европейскую нитку «Турецкого потока», а не наращивает «украинский транзит». Ещё раз: ничего личного, только бизнес. Хотя, по большому счёту, для крупного российского бизнеса поддерживать нынешний Киев и из политических соображений никакой радости нет.
Ну а исходя из реальной картины поставок — украинская ГТС уже давно просто по факту не основной, а в самом лучшем случае один из вспомогательных маршрутов российского газового транзита.
Более того (сейчас совсем смешную вещь скажу), даже польский маршрут, также стоящий в последнее время не до конца, мягко говоря, заполненным, для «Газпрома» сейчас в разы выгоднее и привлекательней украинского. В том числе и чисто с точки зрения цены. И именно этим польскому и украинскому газопроводам, судя по всему, и придётся по итогу конкурировать между собой за «грязный и тоталитарный» русский газ.
Точнее, за те крохи, которые останутся, образно говоря, упав, к радости «неосновных транзитёров», с германского и/или турецкого барского праздничного стола: главные игроки на поле «русского транзита» теперь именно они.
И именно новые хабы и переформатируют сейчас под себя европейские рынки — при дружеском нейтралитете «Газпрома», разумеется. Которому, безусловно, приятней иметь дело с солидными игроками из северо-западного европейского промышленного кластера, а не с украинской или даже польской шпаной. И никто, кроме самих Украины и Польши, вполне самостоятельно выбравших себе роль главных энергетических лузеров Европы, в этом, признаться, не виноват.
Всё сделано исключительно их собственными руками.
И за это новым европейским выгодоприобретателям даже не пришлось особо сильно платить.
Смешней получилось разве что у соседней для Польши и принципиально отказавшейся от контракта с «Газпромом» гордой балтийской Литвы: там уже второй раз за месяц в порт Клайпеды, откуда в своё время отшвартовался гигантский плавучий терминал сжиженного природного газа Independence, взамен «тоталитарного» русского трубопроводного газа приходит вполне «демократический» СПГ.
Русский, естественно.
Из Высоцка.
Другого попросту нет...
