Наблюдатели неоднократно обращали внимание на противоречивые сигналы, исходящие из недр администрации Байдена
В один и тот же день разные чиновники могут пообещать новые санкции против «Северного потока – 2» и заморозку действующих санкций, гарантировать Киеву поддержку в случае «российской агрессии» и тут же заявить, что если Украина спровоцирует Россию, то никто Киев спасать не будет, потребовать от Германии отказа от энергетического сотрудничества с Россией и заявить, что США не будут давить на Берлин, чтобы не испортить с ним отношения.
Эта противоречивость настолько подорвала уважение к возможностям Вашингтона, что даже мелкие украинские вожди осмелились подвинуть американские креатуры с хлебных должностей. Более того, после выволочки, устроенной ему официальной делегацией США, Зеленский не изменил свою политику. Украинский президент, который боится собственной тени, которого до полусмерти пугали немногочисленные демонстрации радикалов на Банковой, вдруг фрондирует в отношении страны, от которой зависит само существование Украины, которая способна местных президентов менять хоть дважды в день. Откуда вдруг такая смелость? И почему США не демонстрируют свою обычную жёсткую реакцию?
В поддержку Украины выступили 14 сенаторов-республиканцев, но весьма сомнительно, что по этому вопросу им удастся достичь двухпартийного консенсуса. Тем более что основная борьба идёт внутри команды Байдена. Ведь противоречащие друг другу сигналы исходят не только от различных американских ведомств, но и непосредственно из Белого дома. То есть сражающиеся группировки окопались в ближайшем окружении президента США.
Напомню, что эпопея противоречивых заявлений началась с заданного Байдену провокационного вопроса, считает ли он Путина убийцей. Невнятный ответ американского президента, явно не готового к данному вопросу, американские СМИ с подачи отдельных чиновников интерпретировали как полное согласие с данным утверждением. После чего началось информационное наступление, имевшее целью вынудить американскую администрацию резко ухудшить отношения с Россией, сделать какой бы то ни было компромисс невозможным и стимулировать конфронтацию как в рамках украинского кризиса, так и по вопросу об СП-2.
Заметим, что эти два вопроса непосредственно связаны между собой и касаются закрепления за Россией большей части европейского рынка газа с одновременным резким снижением роли и значения украинского транзита. Потеснить Россию на европейском газовом рынке мечтают американские сланцевики. Для них это вопрос выживания. Причём рассчитывать они могут только на силовую поддержку американского государства, поскольку их предложение неконкурентоспособно по сравнению с российским.
При всех различиях администрации Обамы и Трампа подходили к вопросу об «энергетической безопасности» ЕС со сходных позиций. Речь шла о том, что в рамках «атлантической солидарности» ЕС должен в первую очередь закупать американский газ, а уж затем закрывать российским те объёмы, которые не смогут поставить американцы. Чтобы сделать Европу сговорчивее и снизить привлекательность российского предложения, США на протяжении полутора десятилетий активно дестабилизировали ситуацию на Украине, что должно было поставить под угрозу объёмы и ритмичность поставок. Борьба с обходными газопроводами и попытки вывести на рынки ЕС альтернативных российским поставщиков (достаточно мелких, чтобы их потом можно было без проблем подвинуть) также были частью этой американской стратегии. В этом отношении интересы Вашингтона и киевского режима, установившегося после путча 2014 года, совпадали.
Поскольку же в качестве создателей украинского кризиса выступали Госдеп, ЦРУ и (во вторую очередь) Пентагон, нет ничего удивительного, что в качестве официальных представителей интересов углеводородчиков в администрации Байдена засветились госсекретарь Энтони Блинкен и его заместитель Виктория Нуланд. Именно они недавно срочно отправились в Киев требовать от Зеленского восстановления в должностях американских креатур, в первую очередь главы «Нафтогаза» Коболева.
Сейчас уже видно, что их миссия оказалась провальной. Не только никто не восстановлен в должностях, но после их отъезда уволены ещё три проамериканских министра — здравоохранения, инфраструктуры и развития экономики, торговли и сельского хозяйства. Более того, Зеленский начал давление на Кличко (которого в Киеве считают вероятным американским ставленником на следующих президентских выборах) и обозначил расхождение с Ахметовым, большая часть активов которого находится как раз в сфере «грязной» энергетики.
При этом речь не идёт о развороте Киева от США к России. «Пророссийского» Медведчука (партия которого опирается на умеренных избирателей, недовольных засильем национал-радикалов) образцово-показательно душат. На своей последней пресс-конференции Зеленский обещал обязательно его додушить. То есть Киев переориентируется с одной американской внутриполитической группировки (углеводородной) на другую (экологическую).
Борьба демократов с Трампом потребовала мобилизации всех сил Демократической партии. В результате проведённой мобилизации резко вырос вес представителей нетрадиционных меньшинств и экологистов, получивших в действующей администрации лучшие позиции, чем они имели даже в администрации Обамы. Они добились от Байдена отзыва разрешения на строительство нефтепровода Keystone XL из Канады. Изменения в украинской политике и сложные танцы вокруг СП-2 тоже их рук дело.
В администрации верхушку айсберга экологистов представляют официальный вице-президент Камала Харрис и председатель Совета по внутренней политике Сьюзан Райс, которую враги называют неформальным президентом. Экологистам удалось отбить атаку углеводородчиков, начатую вопросом, считает ли Байден Путина убийцей, и самим перейти в контрнаступление. Постоянные утечки информации о недееспособности Байдена обеспечивают экологистам подстраховку. Если углеводородчики смогут перехватить контроль над президентом, его можно будет отправить в отставку по причине явной недееспособности (без всякого импичмента, процедура довольна проста), и формальная власть перейдёт к Харрис, которая мало что понимает, но зато является убеждённой экологисткой.
Почему экологисты ослабляют давление на Россию и её энергетические проекты? Потому что они абсолютно уверены, что будущее за «чистой энергией», и стремятся, чтобы США первыми перешли на её использование, что должно дать им технологическое преимущество. С этой точки зрения экологистам даже выгодно, чтобы Россия выиграла схватку за европейский рынок у американских углеводородных компаний. Ведь последние финансируют избирательные кампании противников экологистов. Если они разорятся, то американская внутриполитическая альтернатива «чистой энергии» резко ослабеет.
Экологисты настолько уверены в преимуществе «чистой энергии», что не сомневаются, что после победы над своими оппонентами в США они смогут быстро вытеснить «грязные» российские энергоносители из Европы и, опираясь на технологическое превосходство, вернуть США статус глобального гегемона. Поэтому они не боятся временного (как они считают) укрепления позиций «Газпрома» в Европе.
Можно было бы удивляться такой вере в ничем не подтверждённый миф, но в последние годы вся политика Демократической партии построена на мифах: на мифе о «чистой энергии», на мифе о необходимости «позитивной компенсационной дискриминации белых», на мифе о глобальном потеплении и т.д. Американцы потому и проигрывают в последние десятилетия, что сознательно отказались от прагматичной политики расчётов и перешли к эмоциональной политике веры.
Радикальные американские демократы являются неолеваками — гремучей смесью троцкистских, анархистских, зелёных и либеральных идей, которые они называют марксизмом и на базе которых собираются построить светлое будущее, в которое планируют штыком загнать всё человечество. Исторический опыт показывает, что фанатиков нельзя переубедить, им только можно дать возможность разбить себе лоб о каменную стену. Тем более что в этот раз фанатики разрушают не российское, а американское государство, а их вера в «чистую энергию» объективно играет в пользу России.
