Турция – не рядовой член НАТО, её армия в альянсе самая большая после США по численности и боевому составу. Эрдоган при каждом удобном случае напоминает, что турецкая армия – основное звено южного фланга НАТО. Ему вторит глава МИД Чавушоглу: «Турция никогда не поставит под угрозу целостность оборонительной системы Североатлантического альянса, а Соединенные Штаты являются основным союзником». Турция выступает за интеграцию Баку и Тбилиси в военные структуры НАТО, проводит с Азербайджаном и Грузией совместные учения и манёвры, содействуя этим республикам в подготовке кадров и переводе на натовские стандарты вооружений.
В июле Эрдоган уволил около 30 генералов и адмиралов, среди которых командующий ВМС Джихад Яйджы, а также генералы Метин Темель (командующий 2-й армией) и Зекай Аксакаллы (командующий спецназом); их ещё совсем недавно называли героями – они руководили военными операциями в Сирии. По данным турецких СМИ, причиной увольнения стал их «чрезмерный антиамериканизм» и разногласия с министром обороны Х. Акаром и начальником ГШ Я. Гюлером – сторонниками развития отношений с Соединёнными Штатами и НАТО. В то же время 1 июля Турция заявила, что заблокирует принятие нового плана альянса на Балтике, если страны блока не признают курдские партию «Демократический союз» (PYD) и Отряды народной самообороны (YPG) террористическими организациями.
Отношения с Россией
В 2019 году исполнилось 100 лет установлению дипломатических отношений между Турцией и Россией. По этому поводу в российских официальных СМИ прошла серия публикаций, авторы которых превозносили значение соглашений, «имеющих стратегическое значение и носящих долгосрочный характер». Речь шла о строительстве первой турецкой АЭС «Аккую» (2010), газопровода «Турецкий поток» (2016), о поставках российских систем ПВО С-400 (2017). Проблемы при этом обходились, хотя главным достижением, пожалуй, является то, что это было первое столетие в многовековой истории российско-турецких отношений, когда наши страны не воевали между собой. Нельзя не отметить, правда, что в последние годы они неоднократно вплотную приближались к красной черте, и всякий раз причиной были действия турецкой стороны.
Торжественная церемония открытия газопровода "Турецкий поток". Фло: kremlin.ru
24 ноября 2015 года турецкий истребитель F-16 сбил бомбардировщик Су-24 ВКС РФ, выполнявший задачу по уничтожению боевиков запрещённой в России террористической группировки ИГ* в САР. Российский пилот был расстрелян протурецкими боевиками на территории Сирии. В. Путин назвал инцидент «ударом в спину», и это самое мягкое, что можно было сказать в той ситуации. В последующих выступлениях российский президент прямо обвинял турецкие власти в пособничестве террористам в Сирии и Ираке. Москва ввела санкции и потребовала от Анкары извинений и возмещения ущерба; после длительной паузы Эрдоган ограничился посланием, в котором выразил сожаление, о компенсации же речь не шла.
9 августа 2016 г. турецкий лидер по приглашению российской стороны прибыл в Санкт-Петербург, где состоялись переговоры «об усилении сотрудничества в области безопасности» и совместной борьбе с ИГ. В конце того же месяца Турция ввела войска на север Сирии и начала операцию «Щит Евфрата», формально направленную против ИГ, а на деле – против курских вооружённых формирований. Одновременно Анкара продолжала жонглировать разрешениями на пролёт самолетов ВКС РФ, следовавших в Сирию, то позволяя, то запрещая, и вынуждая российские самолёты делать крюк через Иран и Ирак.
В декабре 2016 г. в Анкаре был убит российский посол А. Карлов. Примечательно, что турецкие спецслужбы дали террористу завершить свою речь перед камерами (её смысл сводился к одному: «Это вам за Сирию!»), после чего застрелили его, не сделав даже попытки захватить. Складывается впечатление, что им было важно не допустить показаний – ведь все радикальные исламистские группировки находятся в Турции под жёстким контролем, а степень осведомлённости МИТ хорошо продемонстрировала история с саудовским консульством в Стамбуле.
В 2017 г. был создан Астанинский формат сирийского урегулирования – Россия, Турция и Иран выступили в качестве стран-гарантов. При этом они занимали и занимают позиции не просто различные, но подчас противоположные и действуют соответствующе. События конца 2019 – начала 2020 г. в Идлибе в очередной раз осложнили отношения между Россией и Турцией настолько, что возникла опасность прямого вооружённого столкновения. Лишь экстренная встреча В. Путина и Р. Эрдогана 5 марта 2020 года в Москве позволила согласовать режим прекращения огня и избежать развития ситуации по крайне опасному сценарию. Причиной такого развития событий было то, что Анкара фактически отказалась выполнять взятые на себя обязательства согласно сочинским договорённостям (разоружение боевиков, разблокирование трасс М4 и М5).
Российско-турецкие переговоры в Москве, 5 марта 2020 г. Фото: kremlin.ru
В некоторых турецких СМИ радикальной направленности Эрдогана обвинили в уступках, в потере лица и даже потребовали реванша. И не удивительно: в Турции давно ведётся активная антироссийская пропаганда с использованием самых недостойных приёмов. Даже официальные лица не гнушались тиражирования заведомо ложных сообщений – от «ударов ВКС РФ по школам и больницам в Сирии» до «применения бойцами российских ЧВК в Ливии химического оружия против смирных жителей». В начале 2020 года были обнародованы результаты социологического исследования стамбульского университета Кадир Хас. Если в 2018 г. среди опрошенных граждан Турции 37,4% назвали РФ «другом и союзником» (тоже немного), то в 2019-м – всего 23,2%. Результаты исследований текущего года ещё неизвестны, однако ожидается дальнейшее снижение рейтинга России. В августе 2020 года директор Института стратегического планирования Александр Гусев отметил, что «русофобия на территории Турции – не миф, а реальная проблема, которая обостряется с каждым годом».
Несмотря на договорённости в Астане и Сочи, практические действия Турции не оставляют сомнений: это политика, враждебная РФ, причём не только в Сирии. 14 мая 2020 г. бывший министр обороны Турции Фикри Ышык заявил, что отношения между Россией и Турцией являются «не стратегическими, а тактическими». Этот тезис прослеживается во многих заявлениях и главное – действиях высокопоставленных турецких лиц, включая президента. 14 июня в Анкару должны были прилететь С. Лавров и С. Шойгу, но согласованный визит с целью обсуждения ситуации в Сирии и Ливии турецкая сторона отменила буквально в последние часы. В переводе с дипломатического это означает – нам с вами не о чем говорить.
Так называемое «стратегическое соглашение» в сфере нефти и газа на практике обернулось для России неожиданным образом: доля РФ в поставках газа в Турцию в последние три года неуклонно сокращается. Согласно данным энергетического регулятора Турции EPDK за март 2020 г., бывшая недавно лидером Россия заняла лишь пятое место, уступив Азербайджану, Катару, Ирану и Алжиру. Российская доля на турецком газовом рынке составляет ныне 9,9%, что сопоставимо с американской (9,4 %). Уже возникли и финансовые споры – семь турецких частных компаний, заключивших долгосрочные контракты на закупку газа у «Газпрома» с условием «бери или плати», в 2019 году по факту отобрали менее 15% от согласованных объёмов и не смогли выполнить свои платёжные обязательства. Их задолженность составляет около 2 млрд долл., и маловероятно, что они погасят этот долг. Проблему, вероятно, придётся решать на межправительственном уровне, но компании частные и вполне могут обратиться в суд. Тем более что есть прецеденты с Украиной и Польшей, когда «Газпром» нёс миллиардные потери.
Российские ЗРК С-400 в Турции. Фото: Хюрриет
Что касается ЗРК С-400, то сделка состояла из двух частей – поставка полкового комплекта, изготовленного в РФ, и совместное производство второго комплекта с передачей технологий. Российская сторона вовремя доставила в Турцию технику и оказала помощь в обучении персонала. По плану С-400 должны были заступить на боевое дежурство в апреле 2020 г., однако этого не случилось до сих пор. Ссылки МО Турции на «пандемию» смехотворны – коронавирус ни в одной стране мира не повлиял на боевую подготовку войск. При этом известно, что в июне турки провели практические тренировки по выявлению способности РЛС С-400 обнаруживать и сопровождать воздушные цели, в качестве которых выступили истребители F-16, выполнявшие полёты на малых и сверхмалых высотах с постановкой помех. Есть основания полагать, что в этих тестах участвовали американские специалисты. И хотя накануне стало известно о подписании контракта на поставку Турции второго полка систем ПВО С-400, о переговорах по передаче технологий ничего не сообщается - не исключено, что они зашли в тупик, и причины очевидны. Как заявил глава МИД Чавушоглу, «наша позиция по урегулированию вопроса вокруг С-400 не изменилась: мы предлагаем США создать техническую рабочую группу с участием НАТО». И добавил: «Мы готовы купить комплексы Patriot, если нам поступит хорошее предложение». Под хорошим предложением подразумевается передача технологий.
Доступ к новейшим технологиям и развитие ВПК – в числе основных задач Анкары. Турция – один из главных партнёров по производству американских истребителей-бомбардировщиков пятого поколения F-35, её ассигнования превысили 1,35 млрд. долл. После перевода производства сотен компонентов и узлов этого самолёта из Турции в США (так Вашингтон отреагировал на контракт С-400) турецкие власти объявили, что намерены заменить американские F-16 истребителем национальной разработки. Перспективный боевой самолёт (имеет обозначение ТF-X или MMU) создаётся при головной роли турецкой авиастроительной корпорации Turkish Aerospace Industries (TAI) в сотрудничестве с корпорацией BAE Systems, которая отвечает за двигатели. Прототип TF-X должен совершить первый полёт в 2023 году.
Отдельно необходимо остановиться на политике Эрдогана в регионе Чёрного моря. Турция не только не признала возвращение Крыма в состав РФ, но резко активизировала ВТС с Украиной. На вооружение ВСУ поставляются оперативно-тактические БЛА Bayrаktar TB-2, оснащённые высокоточными авиабомбами MAM-L, системы тактической связи УКВ и КВ-диапазонов, соответствующие стандартам НАТО, и многое другое. Это вооружение активно применялось против Луганской и Донецкой народных республик.
После визита В. Зеленского в Анкару в августе 2019 г. было создано украинско-турецкое СП Black Sea Shield («Щит Чёрного моря»). Реализуются совместные проекты в сфере высокоточного оружия и аэрокосмических технологий, систем защиты бронетехники и др. 6 декабря 2019 г. совершил первый испытательный полёт турецко-украинский ударный БЛА Akinci, оснащённый турбовинтовым двигателем разработки ГП «Ивченко-Прогресс». Турция закупила у «Укрспецэкспорта» зенитно-ракетные комплексы С-125М1 «Печора-M1», которые затем были поставлены в Ливию и переданы ПНС.
ВВС США в последнее время заметно активизировались в непосредственной близости от российского черноморского побережья. Помимо разведывательной авиации, полёты периодически выполняют и стратегические бомбардировщики B-1B, дозаправку которых осуществляют самолёты KC-135R Stratotanker ВВС Турции.
В начале марта Эрдоган объявил о проведении тендера на реализацию стратегического проекта – строительство канала «Стамбул», который должен соединить Мраморное море с Чёрным параллельно Дарданеллам. О подобном говорил ещё в XVI веке Сулейман Великолепный, а затем все последующие султаны, но только Эрдоган решил воплотить турецкую мечту в реальность. Правительство Турции в 2018 году утвердило маршрут канала, его длина составит около 65 км, ширина – 160 м и глубина – 25 м.
Многие эксперты полагают, что главная цель проекта – стремление обойти Конвенцию Монтрё (1936 г.), ограничивающую количество и тоннаж судов из нечерноморских стран, которым разрешено входить в Чёрное море через Босфор. Предполагается, что ежегодно через новый канал будет проходить до 85 тысяч судов всех типов. Строительство канала планируется завершить в 2023 году.
Очередной вызов Эрдогана. 29 мая в Стамбуле прошли массовые торжества под названием «Фестиваль завоевания» – в этот день в 1453 году султан Фатих Мехмет захватил Константинополь, столицу Византийской империи.
10 июля Эрдоган подписал указ об отмене музейного статуса собора Святой Софии и его передачу в собственность Управления по религиозным делам в качестве мечети. Спустя две недели там прошёл намаз с участием президента. Для проведения мусульманских богослужений христианские мозаики на стенах храма закрыли шторами, а в интерьер добавили ковры. Тему закрыли, объявив, что отныне это мечеть Айя-София, причём круглосуточная.
Напористость Эрдогана вызывает ассоциации с событиями, происходившими в веймарской Германии в 20-х – начале 30-х годов ХХ века. В Вашингтоне рассчитывают использовать султана в своих интересах, но не исключают, что от него можно ожидать всякого. Поэтому в октябре 2019-го специально оборудованные самолёты С-17 из состава 62-го крыла (Prime Nuclear Airlift Force) ВВС США вывезли с авиабазы Инджирлик ядерные бомбы B61-3/-4. Что называется, от греха подальше.
