© РИА Новости / Максим Богодвид
Среди поправок к Конституции особое место занимает закрепление за Россией исторического и юридического правопреемства. Попробуем разобраться, почему это важно и актуально.
Да, многим это может показаться удивительным, но до сих пор статус правопреемника Советского Союза за нашим государством нигде не был закреплен юридически. К моменту распада СССР в 1991 году усилиями либеральной общественности была создана такая атмосфера, при которой восторжествовал курс на отторжение всего, что было связано с "проклятым коммунистическим наследием". Борясь с памятью о нем, российские либералы взяли курс, фактически копирующий слова большевистского гимна: "Отречемся от старого мира, отряхнем его прах с наших ног!" Поэтому даже формальное упоминание государства, разрушенного в 1991-м, считалось недопустимым. Подобный идеологический подход породил затем массу юридических проблем в нудных переговорах с рядом бывших республик СССР по дележу собственности и долгов.
Кстати, в этом Россия значительно отличалась от некоторых своих соседей. Как это ни парадоксально звучит, на Украине до сих пор действует закон "О правопреемстве", согласно которому она является полным правопреемником Украинской ССР — даже несмотря на декоммунизацию, фактический и юридический запрет всего, что связано с коммунистическим прошлым этой республики.
Для России же придумали довольно неоднозначную формулировку "страна-продолжатель", с самого начала вызвавшую вопросы у специалистов и закрепленную лишь в ряде подзаконных актов. Считается, что она родилась на совещании глав государств СНГ в Алма-Ате 21 декабря 1991 года. Тогда все согласились, чтобы Россия "продолжила членство СССР в ООН, включая постоянное членство в Совете Безопасности, и других международных организациях".
Однако последний представитель СССР в ООН Юлий Воронцов позже откровенно признавался, что этот термин подкинули нам из Вашингтона: "Вот формулировка, да, она была рекомендована западными странами, в том числе Соединенными Штатами. У них очень хорошие юристы, они, конечно, нашли хорошую форму". Собственно, с данным американским термином, не закрепленным в российском законодательстве, мы и живем по сей день. И это периодически порождает у некоторых "заклятых друзей" России соблазн воспользоваться неоднозначностью его трактовки с тем, чтобы поразить наше государство в правах и полномочиях.
Эти усилия заметно активизировались в последние годы, когда наши балтийские соседи и особенно Украина стали периодически поднимать вопрос о "незаконности" пребывания России в рядах постоянных членов Совета Безопасности ООН, а соответственно — о лишении ее права вето.
Разговоры о том, что устоявшаяся структура Организации Объединенных Наций устарела и нужно менять порядок применения вето, ведутся давно, и эту тему часто затрагивают на трибуне Генассамблеи отдельные страны. А Украина в последнее время просто-таки бредит идеей обратиться в Международный суд ООН с требованием лишить Россию членства в организации. Согласно данной логике, Россия не является правопреемником СССР, а поэтому получила место, закрепленное за ним в Совбезе, незаконно. Мол, Москва должна была с распадом Союза подавать заявку на членство в ООН, как это сделали другие республики. По мнению Киева, Украина и Белоруссия — исключение, поскольку наравне с СССР были учредителями Организации Объединенных Наций в 1945 году (аккурат на днях мы отметим 75-летие подписания ее Устава).
Данный подход, конечно же, не выдерживает никакой критики, а потому до сих пор не обсуждался на высоком международном уровне. В конце концов, многие государства с момента подписания Устава меняли названия и границы, уведомляя об этом международное сообщество и продолжая соблюдать обязательства предшественников. Это относится и к Украине, которая подписывала Хартию ООН как Украинская ССР.
Это, кстати, касается и постоянных членов Совбеза. Классический пример — многолетние споры о членстве Китая в данной структуре. Первоначально ведь учредительные документы ООН подписывал представитель Гоминьдана. Китайская Народная Республика, провозглашенная 1 октября 1949 года, долго — вплоть до 1970-х — не была представлена в Объединенных Нациях, несмотря на активные попытки Москвы признать очевидное право КНР на место в Совбезе. И лишь резолюция Генассамблеи от 25 октября 1971 года восстановила справедливость: КНР получила полномочия представлять Китай, а Тайвань лишился членства в ООН.
Но споры по поводу Китая можно объяснить тем, что на одно и то же место в организации претендовали два государственных образования. Именно поэтому неоднократно принимали резолюцию о необходимости решать данный вопрос отдельно. В случае же с членством России в ООН никаких споров не было. Как сказано выше, все республики бывшего СССР, включая Украину, согласились с этим. Не в последнюю очередь — под нажимом Запада, которому необходимо было утвердить фактическое правопреемство России для выплаты ею общесоюзных долгов и закрепления за Москвой международных обязательств Союза в сфере безопасности.
Украина, надувая щеки, постоянно акцентирует внимание на том, что она была одним из учредителей ООН. Но киевские политики удивятся, если почитают статьи западных СМИ, подробно описывавших споры о формировании этой организации три четверти века назад. Практически везде писали, что учредители — Россия, Украина и Белоруссия. Мало того, не секрет, что Сталин пытался добиться участия в ООН в качестве полноправных членов всех 16 существовавших на тот момент республик (тогда была еще и Карело-Финская ССР).
Первый представитель Украины в ООН Дмитрий Мануильский прямо заявил в 1945 году в Сан-Франциско: "Все 16 советских республик будут добиваться членства в Организации Объединенных Наций, что даст СССР 16 мест в Генеральной ассамблее. Россия сейчас имеет три места — для Великороссии, Украины и Белоруссии". Подчеркнем это неприятное для современного Киева слово: для Великороссии, то есть для РСФСР.
Такие амбиции Сталин пояснял вполне логично: среди учредителей ООН были доминионы и фактические колонии Британии (Канада, Австралия, Индия, Южно-Африканский Союз и другие), мягко говоря, не вполне самостоятельные в принятии внешнеполитических решений. Соответственно, СССР хотел несколько уравновесить ситуацию. Но Запад пошел на компромисс лишь по Украине и Белоруссии. Так что Киеву в условиях декоммунизации лучше не вспоминать, кому он обязан своим участием в ООН.
Именно попытки подвергнуть ревизии роль, миссию, структуру ООН побудили Владимира Путина выступить с инициативой проведения встречи постоянных участников Совбеза. И неслучайно в своей фундаментальной статье, приуроченной к 75-летию Победы, глава российского государства отдельно указал на опасность такого подхода: "Звучащие довольно часто в последние годы призывы отменить право вето, отказать постоянным членам Совбеза в особых возможностях на деле безответственны. Ведь если такое произойдет, Организация Объединенных Наций по существу превратится в ту самую Лигу наций — собрание для пустых разговоров, лишенное каких-либо рычагов воздействия на мировые процессы; чем все закончилось, хорошо известно".
Закрепление официального статуса правопреемника СССР в Основном законе Российской Федерации должно снять многие вопросы, связанные с упомянутыми интригами. А заодно и положить конец "особому мнению" некоторых наших либералов о том, что "Российская Федерация не продолжает собою в праве, а заменяет на своей территории государство, незаконно однажды созданное". По такой "логике" нынешняя Россия должна лишь каяться да платить долги бывшего Союза, но ни в коем случае не быть его преемником.
Следует особо подчеркнуть: предлагаемые поправки к Конституции не ограничиваются лишь закреплением юридического правопреемства от СССР, они подчеркивают непрерывность российского государства на протяжении тысячелетней истории. То есть речь идет и об историческом правопреемстве Российской Федерации от Руси, Российской империи и Советского Союза. Наконец мы не отрекаемся "от старого мира". Наконец мы закрепляем необходимость защищать историческую правду от посягательств извне и изнутри.
