Карантин отменили в такой ясный майский день, что эффективный менеджер Василий встал в пять утра и пошел на работу пешком, глупо улыбаясь. Так его радовало все! Во дворе он обнял дворника Фарида, который немало удивился (раньше Вася неизменно ворчал о понаехавших). Автобусы с людьми, следовавшие мимо, вызывали умиление, хотя еще пару месяцев назад Вася неизменно помянул бы недобрым словом мэра, отменившего маршрутки. Все ему нравилось, все. Встретив толпу рабочих, которые меняли брусчатку, Вася прослезился. Их было много, ни на одном не было маски, и они стояли кучно: более трогательного зрелища Василию давно не приходилось видеть.
На работе Вася сначала заплакал в охранника, потом в уборщицу Марью Викторовну, потом прошел орошать слезами опенспейс. Там уже все дружно обнимались. Вася с раскаяньем вспомнил те времена, когда раздражался от тесного соседства с толстым и потеющим коллегой Григорьевым и мечтал о собственном кабинете. Нет, никаких отдельных кабинетов, только в товариществе возможно покорение новых рабочих вершин.
Вася обнял Григорьева и крепко прижал к себе.
— Прости меня, Григорьев, — виновато сказал он. – Мне не нравилось, как ты пахнешь, но теперь я готов вечность провести рядом с тобой.
— Все собрались?
Это гендиректор Тимур Сергеевич вошел в опенспейс и с доброй отеческой улыбкой осмотрел собравшихся менеджеров.
— Во-первых, я очень рад вас всех видеть живыми, здоровыми и не заразившимися. Можете не садиться, будем считать – приказ вольно. – Поговаривали, что до того, как стать гендиректором фирмы по производству сельскохозяйственного оборудования, Тимур Сергеевич служил не то в войсках, не то в органах. – Во-вторых, если вы думаете, что сейчас я заставлю вас вкалывать за все карантинное время – расслабьтесь. Я ж не зверь какой.
— Да мы не против, Тимур Сергеевич, мы не против, — зашумели менеджеры. – Мы же все это время не работали! Очень это, оказывается, утомляет.
— Не работали, — кивнул Тимур Сергеевич. – Да у нас только производства и работали! И программист Миша сайт поддерживал на удаленке. Да, Миша?
Миша кивнул, дескать, поддерживал.
— И знаете что? – спросил Тимур Сергеевич. – Ни одной креативной рекламной кампании не было запущено. Ни одного документа по улучшению техники производства не было представлено. И ничего! Не развалились. А потому – все сейчас берут ручки и пишут заявления по собственному желанию. Кроме Миши. Миша пишет о переводе на удаленку.
Застыла тишина.
— А вот! – рявкнул Тимур Сергеевич. – Сокращение штатов у нас. Кризис! Как сказал премьер Мишустин, время новых возможностей.
…Домой Вася ехал в автобусе. Ему пришлось стоять, но, хотя это и наполняло смутной радостью его опечаленное сердце, все же не могло развеять тоску. Становилось понятно, что за время карантина о пользе сокращения штатов задумался не только Тимур Сергеевич. А значит, рассылай резюме эффективного менеджера, не рассылай – питаться еще долго придется запасами гречки. Возможно, разбавляя ее запасенным корнем имбиря и туалетной бумагой.
У дома Вася встретил дворника Фарида. Тот был без метлы, чисто одет и Вася в первый момент едва его узнал.
— Фарид! – воскликнул он, вспомнив, что утром зачислил дворника в разряд лучших друзей. – А ты что это такой красивый?
— Увольняюс, — пояснил Фарид. – Я с сэмьёй пэреезжаю. В Сыбир. Харошый город Москва, но бэспокойный. Будэм жыть в Омскэ городе, я на танковый завод, можэт, устроюсь. Я по образованию инжэнэр.
— Вот это да, — поразился Вася, но мышление его работало уже в другую сторону. – Фарид, а на твое место, на место дворника, еще никого не нашли?..
Неделю спустя Вася подметал тихий двор в Выхино. Он негромко и незлобиво ругался на тех дураков, что набросали окурки на детской площадке. Вася подходил к ним, объяснял, что это место отдыха и что здесь можно максимум вейпить. Ему не надавали по морде, поскольку всеобщее дружелюбие было еще слишком сильно разлито в воздухе, но и курить не перестали.
Вася, впрочем, не злился. Ему нравился свежий воздух, нравилось здороваться с соседями, нравилось делать улицы чище. Опять же, бесплатный фитнес.
— И чего я раньше такой дурак был, — вслух подумал Вася и продолжил подметать окурки.
