Девятого марта практически на территории амстердамского аэропорта Схипхол, под гул самолетов, стартует резонансный судебный процесс по делу о гибели малайзийского "Боинга" над Донбассом в июле 2014 года. К большому сожалению, приходится констатировать, что голландская сторона превращает это, бесспорно, важное событие скорее в судебное телешоу, растянутое на несколько сезонов и с заранее известным вердиктом. В таких условиях рассчитывать на настоящее правосудие вряд ли приходится.
Не будем вдаваться в историю вопроса — об этом написано огромное множество статей. Если сосредоточиться на фактах, которыми следствие по данному делу поделилось с публикой, то известно лишь, что в качестве обвиняемых в причастности к преступлению планируют предъявить трех граждан России и одного украинца. Причем сами следователи признают, что эти люди не сбивали самолет, а фамилии их взяты исключительно из "пленок СБУ", чье происхождение более чем сомнительно (о чем речь ниже), а также от самопровозглашенных "следователей" мутной группировки Bellingcat.
Следует пояснить (а то в различных СМИ появились не совсем верные данные по этому поводу), что сегодня, 9 марта, никто не собирается выносить вердикт. Это лишь начало длительного пути, который может занять годы. При выделении бюджета на данный процесс обсуждался период в три года. Сам же суд уже определил график заседаний вплоть до 26 марта следующего года — и это явно лишь начало.
На первых заседаниях планируют определить участников процесса. Например, одна из интриг заключается в том, предъявят ли тех четверых, кого Международная следственная группа за уши притянула в качестве обвиняемых. Понятно, что они не собираются присутствовать лично, но как минимум одного из них на процессе представит группа российских и голландских адвокатов. Причем те уже выразили озабоченность влиянием СМИ, заранее сформировавших общественное мнение по поводу виновных в трагедии. Напомним, что голландские газеты уже на следующий день после катастрофы указали "убийц", среди которых есть и нынешние "обвиняемые". Далее следователи работали скорее на создание доказательной базы под эту "единственно правильную" версию, чем на поиск истины.
На первых заседаниях суда также предполагается установить, на каком этапе находится расследование. Здесь надо подчеркнуть, что, в отличие от многочисленных сообщений различных медиа, следствие по делу MH17 не просто не закончено — даже не достигло завершающей фазы. Об этом говорит хотя бы то, что следователи до сих пор призывают откликнуться свидетелей, а те, кого непосредственно могут обвинить в том, что именно они сбили "Боинг", не определены даже приблизительно.
То есть, по большому счету, при наличии лишь косвенных данных относительно обвиняемых судебные действия даже нельзя было бы начинать до окончания следствия и определения всего круга тех, кого считают виновными. Но в том-то и дело, что такой подход применяется к нормальному, честному процессу. А в данном случае даже представители окружного суда Гааги, который будет рассматривать дело, прямо признаются, что случай особый, отличающийся от обычных.
Процесс уже обставлен различными элементами шоу, что также предопределило выбор помещения для него — "тюремное" здание, к которому Гаагский суд не имеет никакого отношения. Главное объяснение: пресс-центр там рассчитан на 500 журналистов. То есть никто не скрывает, что судей больше заботит медийное освещение, чем собственно юрисдикция.
Можно было бы поприветствовать такую открытость. Однако мы слышим и заявления следственной группы о том, что есть некие "свидетели запуска ракеты", которых в последний момент заслушают в закрытом режиме, анонимно. Якобы это ради их безопасности. Можно себе представить, кто и что при таких условиях может наговорить, — проверить-то все равно невозможно ввиду секретности. А если вдруг что-то пойдет не так, есть вариант закрыть слушания для публики под предлогом эпидемии коронавируса. Такое тоже рассматривается.
Одна из интриг — перечень вещественных доказательств, приобщенных к делу. Например, есть сомнения в том, что там окажется корпус ракеты "Бук", с помпой предъявленный миру на пресс-конференции в мае 2018 года как часть "той самой" ракеты, сбившей "Боинг". Напомним: затем Минобороны России представило документы, неопровержимо свидетельствующие о том, что это ракета, еще в декабре 1986-го перевезенная на Западную Украину и после распада СССР оставшаяся на вооружении украинской армии. После этого следователи "вдруг" резко потеряли всякий интерес к данному вещдоку, еще вчера казавшемуся им столь ценным.
Судя по всему, главные "доказательства" — по-прежнему подозрительные аудиозаписи разговоров неких лиц, обсуждающих якобы перевозку установки "Бук" в июле 2014 года. Их предоставила Служба безопасности Украины. При этом следствие снова чудесным образом "забыло" о том, что первоначально обвинения России и ополчения ДНР в причастности к трагедии также базировались на записях СБУ (так называемые "пленки Наливайченко"). Но как только стало понятно, что озвученная в них версия (о том, что "Боинг" сбит некими "казаками из Чернухино") резко расходится с объективными данными, эти записи вдруг потеряли значение. И тут же СБУ предъявила новые аудиофайлы. Заметьте, никто ни в следственной группе, ни в тех западных СМИ, которые активно тиражировали "пленки Наливайченко", даже не задались вопросом о том, кто же ответственен за фейк и как можно доверять людям, которые этот фейк сочинили.
Между тем независимая международная группа журналистов Bonanza Media предъявила подробнейший анализ последних "пленок СБУ" (подчеркнем, только они и лежат в основе обвинений против тех четырех лиц, которые заочно предстанут перед судом), проведенный опытным малайзийским аудиоэкспертом Акашем Розеном. В 143-страничном отчете содержится посекундный разбор всех файлов, звуков, шумов на этих записях. Не вдаваясь в подробности, приведем лишь основной вывод эксперта: эти аудиофайлы "уже были отредактированы, подделаны или подверглись манипуляциям".
Ясно, что западные СМИ, проигнорировав это, дружно бросились обвинять Bonanza в "работе на Кремль". По той лишь причине, что одна из участниц этой группы, Яна Ерлашова, когда-то работала на RT. То, что она давно там не работает, — не аргумент. Журналистка все равно "придерживается кремлевской линии в освещении MH17", что свидетельствует об ангажированности. Точно так же обосновывают "аргументы" по поводу второго участника группы — голландского журналиста Макса Ван дер Верффа. Видите ли, он "всегда продвигает мысль о том, что Россия, скорее всего, не была причастна к уничтожению MH17". Значит, эти люди, по мнению западных СМИ, не могут считаться независимыми и ссылаться на них не следует (то, что вечно цитируемый Bellingcat постоянно придерживается версии извечной вины России практически во всех бедах, никого не смущает).
Исходя из всего вышесказанного, заранее можно прогнозировать политически ангажированное судилище. С одной стороны, юридические последствия его ничтожны. В конце концов, это не международный трибунал, на создании которого долго настаивали Нидерланды и Украина, а всего лишь районный суд Гааги, чья юрисдикция не распространяется на Россию. Но при этом мы должны понимать, что сам процесс используют в качестве долгоиграющего пропагандистского шоу, нацеленного на дискредитацию российской политики. Для того он и затевается. А вовсе не для того, чтобы наказать виновных в трагедии MH17. Те давно известны и даже названы публично Советом безопасности Нидерландов еще пять лет назад, но пока вряд ли предстанут перед судом. Его задача — в ином.
