Неизбежность незалежности

«Ровно 35 лет назад Украина провозгласила свою независимость, положив начало той трагедии, которую сейчас переживает эта земля. Именно откол Украины от единого государства закрепил распад Советского Союза, что стало одним из важнейших событий двадцатого столетия. Заметьте, в этом сходятся практически все. Правда, оценивают с разных позиций», - пишет политолог Владимир Корнилов в статье, опубликованной в авторской колонке на РИА Новости.

Автор статьи напомнил, что Владимир Путин назвал распад СССР «крупнейшей геополитической катастрофой века», а Збигнев Бжезинский — «одним из трех наиболее важных изменений в геополитических контурах Европы».

«Можно долго рассуждать о том, что независимость Украины стала результатом событий в Москве и авантюрной политики зарождающегося политического класса Российской Федерации, - отметил он. - Но если все-таки попробовать отрешиться от эмоциональных оценок (хотя как тут отрешиться от эмоций?), то можно однозначно констатировать: провозглашение независимости Украины и проведенный 1 декабря 1991 года референдум, закрепивший данное решение, были совершенно незаконными, антиконституционными действиями. Собственно, они и заложили основы всего того беззакония, которое царит сейчас на Украине», - убежден Владимир Корнилов.

Он напомнил, что «меньше чем за полгода до решения Верховной рады о выходе из СССР (то есть 17 марта того же 1991-го) на Украине, как и в большей части Союза, был проведен референдум, который однозначно продемонстрировал желание украинцев жить в составе единого государства. В 23 из 27 административных регионах УССР большинство населения (свыше 70%) проголосовало за сохранение Союза. Лишь в трех галицких областях, где местные власти параллельно устроили свой незаконный референдум, более 70% проголосовали против Союза, а в Киеве за сохранение СССР высказались 45%, против — 53%».

Владимир Корнилов отметил, что «киевские чиновники пошли еще на одну хитрость, организовав дополнительный вопрос — о поддержке "Союза советских суверенных государств на началах Декларации о государственном суверенитете Украины". Эту идею, которая давала политическим пройдохам вроде Кравчука и Мороза возможность торговаться за свои полномочия с Москвой, одобрили еще больше украинцев — 80% избирателей. И как тут не вспомнить, что в указанной декларации, одобренной таким колоссальным большинством, Украина провозглашалась нейтральной, внеблоковой, безъядерной республикой. То есть именно эту идею одобрили жители УССР!»

«А дальше наступили события августа 1991 года в Москве. Заметим, что украинские "элиты" (тогда это слово еще выглядело смешным) как воды в рот набрали, когда на экранах советского телевидения появились кадры "Лебединого озера". Спикер Верховного совета УССР Леонид Кравчук вечером 19 августа выступил с двойственным заявлением, которое некоторыми даже было воспринято как поддержка ГКЧП ("То, что произошло, должно было произойти"). То есть Киев откровенно выжидал. И в случае чего наверняка поддержал бы любую из победивших сторон», - считает политолог.

«Зато после провала "переворота в Москве" практически все эти кравчуки моментально провозгласили себя "победителями над диктатурой" и кинулись провозглашать независимость с формулировкой: "В связи со смертельной угрозой, нависшей над Украиной…". Хотя от этой "угрозы" уже и след простыл.

А дальше последовала череда совершенно незаконных и неконституционных действий Рады. Во-первых, она запретила Компартию — по сути, единственную на тот момент массовую политическую партию, способную организовать хоть какую-то идеологическую кампанию против отделения от Союза. Даром что 331 из 450 депутатов был избран именно от КПУ! Все партийные СМИ были тут же переданы под контроль государства и, конечно, даже не пикнули против независимости. Кстати, спустя несколько лет Конституционный суд Украины признал данный запрет незаконным, что лишний раз подчеркивает незаконность и событий августа 1991-го», - пишет автор статьи.

«Во-вторых, - продолжил он, - Рада провозгласила референдум 1 декабря, хотя не имела на это полномочий. И здесь очень важно сравнить, в каких условиях проходили два противоположных референдума 1991 года на Украине. На мартовском была обеспечена полная свобода высказываний и митингов, печатались мнения обеих сторон, из Галиции и зарубежной диаспоры на протяжении нескольких месяцев на восток Украины ехали эшелоны агитаторов, республика была буквально завалена листовками, агитирующими и за, и против. Во время же кампании, предваряющей декабрьский референдум, любая агитация против независимости, по сути, была запрещена.

Можно найти в украинских архивах массу листовок за незалежность, но вы фактически нигде не найдете листовки против. Исключение составляет Крым, который к тому времени уже объявил автономию и жил своей отдельной от "материка" жизнью. Показательным является тот факт, что в остальной части УССР единственная известная листовка против независимости была отпечатана в Донецке Интердвижением Донбасса. Причем производили ее подпольно — типография даже отказалась выходные данные на ней указывать, боясь репрессий».

«А когда лидер радикальных националистов Левко Лукьяненко приехал в Донецк и увидел данную листовку, он пришел в ярость и, размахивая ею в эфире местного телеканала, требовал найти и привлечь к ответственности ее авторов. Такая вот, с позволения сказать, свобода агитации!

Причем обратите внимание, о чем предупреждали активисты Интердвижения тогда своих сограждан: о развале экономики, розни между народами, возрождении бандеровщины, национализме, гражданской войне! Помнится, тогда многие воспринимали это как чрезмерное преувеличение. Теперь же, спустя годы, мы видим, что все самые страшные предзнаменования сбылись!» - констатировал Владимир Корнилов.

«Они не могли не сбыться! – уверен он. - Выбрав путь (подчеркнем еще раз: незаконный путь!) развала государства, киевские чиновники предопределили неизбежность дальнейшей трагедии. Нет, были еще варианты смягчить последствия этой катастрофы. Например, сразу после провозглашения независимости началась довольно живая дискуссия о будущем государственном устройстве Украины. Ряд политических сил (включая то же Интердвижение Донбасса и, на удивление, националистический Народный рух Украины) предложили тогда вариант федерации. Он теоретически давал в будущем возможность мирно, без крови, разойтись антагонистическим регионам нового государственного образования — по примеру Чехословакии. Возможно, это был последний шанс избежать потрясений и кровопролития. Не воспользовались, чем обрекли свою страну».

«Тридцать пять лет назад автор этих строк принимал активное участие в агитации против отрыва Украины от России. Помнится, как 1 декабря 1991 года люди на избирательных участках недоуменно крутили бюллетени, вопрошая, где можно дописать: "…но в составе Союза". Ведь все эти многочисленные агитаторы за независимость объясняли им: "Для того чтобы объединиться, надо сначала разойтись". И обещали просто райскую жизнь: сейчас избавимся от "нахлебников" — и Украина заживет за счет своих богатейших ресурсов!

Если бы тогда украинцам рассказали, что спустя несколько десятков лет их сыновей и внуков будут насильно тащить на убой в качестве пушечного мяса в войне против России, голосование было бы иным. Хотя наверняка мало кто поверил бы. Как не верили в предсказание гражданской войны — неизбежного следствия незалежности», - заключил Владимир Корнилов.