Некоторое время назад эксперты гадали, как будет оформлен форс-мажор, который позволит Петру Порошенко перешагнуть через выборы. Большинство склонялось к тому, что нынешняя власть попытается разыграть донбасскую карту, искусственно вызвав обострение на линии фронта. Однако украинский лидер решил зайти совсем с другой карты, что в целом логично. Если в течение почти пяти лет, пока идут полноценные боевые действия, а украинские военные сотнями и даже тысячами гибнут в котлах, у Киева не возникало потребности вводить в стране какой-то особый порядок управления, почему бы вдруг такая необходимость появилась из-за какого-то обстрела, захлебнувшейся атаки или, наоборот, удачного прорыва на отдельном участке?
Военную тему, и без того давно уже выжатую досуха, необходимо было как-то модернизировать, добавить ей размаха и новых сюжетных линий. Надо сказать, что Порошенко оказался человеком в высшей степени изобретательным. Ему удалось перенести войну, которую Украина якобы ведёт с российским агрессором, с суши на море, использовав при этом тот убитый резерв, которым всё ещё, вопреки всем законам природы, располагает украинская армия.
Три убогие лодчонки, занырнувшие в Керченский пролив, позволили-таки привести в действие механизм торпедирования выборов, хотя пока об этом речи вроде бы не идет. Военное положение вводится якобы всего на два месяца. Тем не менее всё предельно ясно и без дополнительных разъяснений. Президента должны были выбирать 31 марта следующего года, однако теперь об этом можно забыть, поскольку предвыборная кампания в условиях военного положения проводиться не может.
Пётр Алексеевич про себя всё понимает правильно. Политик с таким фантастическим антирейтингом способен сохранить власть, только узурпировав её. Что, собственно, и происходит прямо на наших глазах, хотя скажем прямо - разыгранный цирк с конями из-за феерической дешевизны и малой убедительности задействованных средств выдаёт организаторов с потрохами. В своё время, когда Саакашвили принимал решение о военной операции в Южной Осетии, он действительно рассчитывал военным путем взять под контроль мятежную республику. Его артиллерия подвергла Цхинвал совсем нешуточному обстрелу, в результате которого погибли российские миротворцы, осетинские ополченцы и мирные жители.
Три мелкие ржавые посудины никаких боевых действий вести не могли и не планировали. Единственное, на что они были пригодны, - быть задержанными за вторжение в российскую акваторию и нарушение правил судоходства в Керченском проливе. Теперь поговорим немного о последствиях. В августе 2008 года мировые СМИ и политический истеблишмент Запада в течение пары недель хором говорили о российской агрессии в Южной Осетии. Однако никакой серьёзной поддержки Грузии оказано не было по одной простой причине. Действия России были исключительно ответными. Её войска начали заходить в зону боевых действий через сутки после их начала. При таких исходных данных рассчитывать на сколько-нибудь обоснованные резолюции международных организаций у обвинителей не было никаких оснований. Именно поэтому истерика на тему злодеяний Москвы так и не вышла за границы медиапространства.
Сейчас ситуация складывается похожим образом. На словах западные политики уже начали и будут продолжать поддерживать украинскую власть, традиционно обвиняя Россию, но серьёзной поддержки Порошенко не получит, поскольку всем ясно, что речь идёт о дешевой провокации с совершенно определённой целью - нынешний президент намерен удержать в своих руках власть во что бы то ни стало. И, похоже, это ему удастся сделать.
Кроме того, он очень хотел бы интернационализировать конфликт на Азовском море, чтобы в него имели основания вмешаться другие государства. Но для этого необходимо было, чтобы Россия первой применила силу, чего нет и в помине. Поэтому комплексная задача пока выполнена только наполовину. Глава Украины создал-таки форс-мажор на пустом месте, и теперь отмена или перенос выборов становятся почти неизбежными. Но предоставить западным странам повод для вмешательства в ситуацию у него не получилось. Как не получилось в 2008 году у Саакашвили, который и настроен был и действовал куда более серьезно.
