Когда Белому дому мало санкций ООН
Вопрос о том, развернут ли США масштабную экономическую войну с Китаем, возник не сегодня. Во-первых, Вашингтон взял курс на новый протекционизм; во вторых, появились так называемые вторичные экономические санкции, которые США ввели за нарушение китайскими компаниями и банками американских санкционных мер против других стран - в первую очередь против КНДР, России и Ирана. Что касается прямых экономических санкций против Китая, то китайцам не надо объяснять, что это такое: такие санкции Америка практиковала со времён событий 1989 года на площади Тяньаньмэнь.
О первом из двух названных направлений (новый протекционизм США) писали в последнее время много. А вот о втором направлении почти не говорят, хотя вторичные санкции против китайских компаний, организаций и физических лиц применялись Вашингтоном уже не раз. Так, в июле 2012 года Минфин США ввёл санкции в отношении Bank of Kunlun, обвинив его в предоставлении финансовых услуг попавшему под санкции Elaf Islamic Bank (Ирак). С тех пор финансовая разведка США активно работает по китайскому направлению, расширив в феврале 2017 года антииранский санкционный список компаний и физических лиц, в который попали 2 компании и 3 гражданина Китая.
Китайская компания ZTE, второй по значимости производитель телекоммуникационного оборудования в Китае, была в начале 2017 года оштрафована правительством США на рекордные 1,2 млрд. долл. Причиной стало нарушение со стороны ZTE режима санкций: компания продавала американское оборудование и программное обеспечение в Иран и Северную Корею. Наложенный на ZTE штраф явился самым крупным штрафом за нарушение санкций в истории США.
Со времени прихода в Белый дом Дональда Трампа серьёзным раздражающим фактором для новой американской администрации стала Северная Корея. Как известно, Совбез ООН принял несколько резолюций о введении санкций против КНДР, обязательных для исполнения всеми государствами-членами ООН. Пекин и не пытается оспаривать резолюции, выполняя предписанные санкционные действия против своего соседа. Однако Вашингтону мало санкций ООН, он ввёл против Пхеньяна дополнительные санкции и требует, чтобы другие страны тоже в них участвовали, угрожая вторичными санкциями тем, кто откажется идти в фарватере США.
Пекин категорически против односторонних санкций США в отношении КНДР, справедливо полагая, что последняя используется Вашингтоном в качестве средства давления на Китай. Китайские компании и китайские чиновники сохраняют определённый уровень отношений со своим северокорейским соседом, не нарушая решений ООН. Вашингтону с его «индивидуальной» санкционной политикой это не нравится, отсюда угроза вторичных санкций в отношении китайских юридических и физических лиц.
В сентябре 2016 года под санкции попала компания Dandong Hongxiang Industrial Development Co Ltd, обвинённая американской стороной в оказании финансовой помощи КНДР и проведении торговых операций, которые способствуют развитию ядерной программы Северной Кореи. В отношении компании ZTE Вашингтон заявил, что она подозревалась в продолжении поставок телекоммуникационного оборудования в Северную Корею. Похожее расследование Министерство торговли США ведёт в отношении Huawei, крупнейшей в мире китайской телекоммуникационной компании, добиваясь от неё предоставления документации по поставкам в Иран, Сирию, КНДР, Судан и на Кубу.
В июне 2017 года Министерство финансов США объявило о введении санкций в отношении китайского Bank of Dandong, штаб-квартира которого расположена у границы с КНДР.
23 февраля 2018 года США объявили о введении санкций в рамках противодействия ядерной и баллистической программе Северной Кореи, которые коснутся 27 судоходных и транспортных компаний, 28 судов и одного физлица. Фигуранты списка - из КНДР, Китая, Сингапура, Тайваня. Поводом для этих ограничений стали нелегальные поставки топлива Северной Корее, хотя перед этим китайская таможня обнародовала данные, согласно которым в предыдущем месяце из Китая в КНДР не поступило ни капли мазута, нефти или бензина.
Одной из наиболее зловещих угроз Вашингтона в адрес Пекина стало сделанное в сентябре 2017 года заявление министра финансов Стивена Мнучина, который предупредил, что если Китай будет нарушать санкции в отношении КНДР, то Вашингтон может отрезать Пекин от финансовой системы США и «международной долларовой системы». Угроза министра финансов США не прошла незамеченной. Отрезать китайскую финансовую систему от международных расчётов - это уже не точечные и не вторичные санкции. Это полномасштабная экономическая война, которая захватит весь или почти весь мир. Напряглась даже Европа. Британский экономист Джефф Томас заявил, что экономическая война с Китаем приведёт к катастрофическим последствиям для мировой экономики, а для США станет, по сути, экономическим самоубийством.
Пекин, естественно, реагирует на угрозы. Такой реакцией стала, например, разработка систем платежей и расчётов, альтернативных СВИФТ. В 2015 году Китай запустил платёжную систему CIPS (Cross-Border Interbank Payment System), предназначенную для осуществления международных расчётов в китайских юанях. К началу работы системы в её составе насчитывалось 19 прямых участников - китайских банков и банков иностранных, имеющих отделения в Китае. Кроме того, членами CIPS стало 176 организаций со статусом непрямых участников - 38 национальных и 138 зарубежных коммерческих учреждений. Непрямые участники представляли 50 стран и юрисдикций с шести континентов мира. Китайские СМИ сообщили, что в конце марта сего года Народный банк Китая, осуществляющий общее управление проектом CIPS, приступил ко второй фазе реализации проекта, когда будет обеспечено повышение скорости операций, произойдут снижение издержек и переход на круглосуточную работу, будет расширен круг участников.
Вместе с тем CIPS не страхует китайские компании и банки от блокировки транзакций, осуществляемых в долларах США. В международных расчетах Китая доллар всё ещё остаётся валютой № 1, юань занимает второе место. На XIX съезде КПК осенью 2017 года и на сессии ВСНП в марте 2018 года китайские партийно-государственные лидеры неоднократно заявляли, что важной задачей Китая является интернационализация юаня. Думаю, однако, что с учётом вероятности перерастания торговых противоречий Вашингтона и Пекина в экономическую войну более актуальной является де-долларизация китайской экономики и международных расчётов КНР.
Post Scriptum. Эта статья была завершена, когда 20 мая вице-премьер Госсовета Лю Хэ, находясь в Вашингтоне, заявил, что Китай и США достигли договорённости, согласно которой торговой войны между ними не будет. Данное сообщение не изменило моей оценки перспектив отношений двух стран. Во-первых, достигнутая договорённость представляет собой лишь политическую декларацию (договариваться об отказе от повышения пошлин по тем или иным товарным группам гораздо сложнее). Во-вторых, противодействие сторон из сферы торговли может перейти в другие сферы.
Китайская сторона предложила пакет мер по сокращению дефицита торгового баланса между двумя странами на 200 млрд. долл. в год. Полагаю, однако, что в обмен на эти торговые уступки Пекин будет требовать более свободного доступа китайских капиталов на американский рынок.
США и Китай - две крупнейшие экономические державы, которым на одной планете тесно. Конкуренция, незаметно переходящая в торгово-экономическую войну, является сутью их отношений. Лозунги «социализма с китайской спецификой» не могут заслонить того, что на самом деле перед нами «империализм с китайской спецификой», когда вывоз капитала становится преобладающим по сравнению с вывозом товаров (в терминологии Ленина). Китай подошёл к такой точке развития, и в ближайшие годы мы будем наблюдать замещение экспорта китайских товаров экспортом китайского капитала. А пока борьба двух экономических сверхдержав не носит лобового характера, одним из её средств выступают вторичные санкции США против китайских банков и компаний. И отказываться от них никто не собирается.
